Бей И. Г. [Рец. на:] Гавриїл (Кризина), архім.: Паламізм та духовно-культурне відродження православної екумени – К.: Видавничий відділ Української Православної Церкви, 2011. – 216 с.

Кажется, что украинское богословие начинает «выходить из тени»: вскоре после появления блестящей монографии Юрия Черноморца о византийском неоплатонизме вышла монография профессора, доктора богословских наук архимандрита Гавриила Кризины, посвященная другому, не менее значительному явлению византийской культуры – паламизму. Более того, автор монографии претендует на освещение влияния паламизма на духовно-культурную жизнь православных стран.

У этой работы серьезные рецензенты – три доктора богословия, два из которых – профессоры, а третий – кандидат исторических наук. Работа рекомендована к печати Ученым советом Ужгородской богословской академии имени святых Кирилла и Мефодия.

Как цель работы заявлена «попытка, опираясь на святоотеческое богословское наследие свят. Григория Паламы и его ближайших сподвижников-исихастов, раскрыть роль и значение паламизма в духовно-культурном возрождении православной экумены, стран, традиционно входивших в сферу религиозного и культурного влияния Византийской империи…» (стр. 6). Объектом исследования является «паламизм как метафизическое учение, изложенное свят. Григорием Паламой и его последователями о бытии, Боге и человеке, которое подает обоснование исихазма как одного из методов святоотеческой православной аскетики, а также его духовно-культурное проявление в странах православного мира» (стр. 7).

Монография состоит из шести глав, каждая из которых будет проанализирована ниже.

Первая глава «Историография исследований святоотеческого наследия свт. Григория Паламы», как заявлено во «Введении», посвящена характеристике и анализу наследия святителя и современному состоянию вопроса.

Эта глава (стр. 13-45) является весьма сокращенным конспектом статьи Д. И. Макарова, как раз посвященной историографии паламизма.¹ Вероятно из-за того, что Макаров не раскрыл инициалы К. Ф. Радченко, фамилия Константина Федоровича как женская у архим. Гавриила не склоняется (стр. 6, 19). Поскольку статья Макарова посвящена российской историографии, в ней необходимости приводить перечень работ Мартина Жюжи (Jugie Martin), а потому этого перечня нет и у автора рассматриваемой монографии.²

В предложении на стр. 19-20 указаны работы пяти авторов, но в сноске приводится мнение шестого. Следует отметить, что архим. Гавриил строго следует правописанию источника, поэтому фамилию известного румынского богослова и патролога Думитру Станилоае, указывая на несуществующую страницу в его издании,³ транслитерирует то как «Станілоає» (стр. 24, 100), то как «Стенілоає» (стр. 38). На стр. 35 автор монографии приводит цитату из работы Георга Вундерле, ссылаясь на стр. 65 из 62 страниц.⁴

Однако если оставить формальные придирки, остается констатировать, что в этой главе нет ни характеристики, ни анализа наследия св. Григория Паламы (как и ни одной ссылки на его сочинения, что ожидалось бы при анализе наследия). Казалось бы, несмотря на эти недостатки, мы найдем здесь освещение современного состояния вопроса. Но кроме упоминания фамилий современных исследователей на стр. 44-45, нет указаний ни на одну из их работ. Отметим, таким образом, что с поставленным перед собой заданием автор монографии не справился.

Во второй главе (стр. 47-71) – «Духовно-этическое состояние византийского общества эпохи Палеологов (1300-1453 гг.)» – по замыслу автора «всесторонне рассматривается культурная ситуация эпохи раскрытия свт. Григорием Паламой святоотеческого учения исихазма и «исихастских споров»…»

Действительно, читатель найдет в этой главе описание эстетической трансформации, происходившей в византийском обществе под западноевропейским влиянием, базирующееся на пересказе советских авторов 60-70-х гг. Здесь же и первая цитата из свт. Григория Паламы (стр. 64). Из западных авторов упоминается работа Андре де Аллё (на нее ссылается и о. И. Мейендорф), остальные авторы упоминаются без работ. А не найдет читатель отзывов современников, которые цитировались бы напрямую, а не в пересказах, не найдет и рассмотрения современных западных концепций Ренессанса как такового и «палеологовского возрождения» в частности. Содержание этой главы отображает состояние советской византологии до начала 80-х годов прошлого столетия.

Третья глава (стр. 73-100) – «Роль и значение свт. Григория Паламы в раскрытии святоотеческого учения исихазма» – посвящена причинам «конфликта, вызвавшего т. н. исихастские споры, поразившие византийское общество…».

Читатель найдет здесь определение архим. Киприана (Керна) понятия «мистика», приводимое В. Н. Лосским, и «исихазм» (без указания на первоисточник) (стр. 75), далее следует несколько абзацев о преп. Никифоре Подвижнике (стр. 76-78), и снова подается определение понятия «исихазм» по о. И. Мейендорфу (стр. 79-80), после чего следует изложение биографии свт. Григория Паламы. На стр. 83 архим. Гавриил вскользь («формат данной работы не позволяет тщательно рассмотреть исторические эпизоды знаменитого спора») упоминает о споре святителя с Варлаамом Калабрийским и переходит к жизнеописанию последнего с описанием спора. Впрочем, без единой ссылки на сочинения обоих его участников. Да и зачем, если об этом на русском языке со ссылками подробно можно прочитать и у о. И. Мейендорфа,⁵ и у еп. Василия (Кривошеина).⁶ На стр. 89 впервые в этой главе мы встречаемся сразу с четырьмя цитатами из «Триад» Григория Паламы с обличением языческой философии. А со стр. 90 продолжается описание противостояния святителя Григория и Варлаама, разрешающееся упоминанием двух константинопольских соборов 1341 года, осудивших Варлаама и Григория Акиндина. Архим. Гавриил приходит к смелому выводу: «осудив Варлаама, Православная Церковь осудила дух Возрождения, набиравший в это время силу» (стр. 92-93). Со стр. 94 описываются политические обстоятельства деятельности Акиндина и продолжается биография святителя. А на стр. 97 приводится цитата из свят. Григория Паламы, отсутствующая на указанной странице.

Завершается глава дословным повторением выводов С. С. Хоружего⁷ (без упоминания автора), проникшим даже в Википедию⁸ (на стр. 98-99), а на стр. 100 в приводится перечень авторов (снова без указания работ) с характерной для Хоружего опечаткой («Зезюлас» вместо общепринятого «Зизиулас»). А Яннариса здесь почему-то зовут Христасом (в одной строчке с «Зизюласом», у Хоружего – только «Хр.»).

Да простит меня читатель за столь обстоятельный пересказ главы, который был необходим для демонстрации ее бессвязности и непродуманности как непосредственно этой главы, так и остальных глав монографии профессора и доктора богословия.

В главе четвертой (стр. 101-122) – «Результаты победы взглядов свт. Григория Паламы для православных стран» – автор намеревается «определить и проследить результаты победы богословских взглядов свт. Григория Паламы в контексте культурно-исторических связей православных стран и их влияние на распространение учения исихазма».

В этой главе, описывающей культурно-исторические связи православных стран, нет ни одной страницы, посвященной отдельно Сербии, Болгарии, Грузии, православным Ближнего Востока. Есть только описание «постпаламитской» ситуации в Византии и на Руси. Однако и в этой главе не упоминается ни одна русскоязычная работа младше 1981 г. Есть, правда, цитата из брошюры Янниса Караяннопулоса (именно так траслитерируется его фамилия, написание «Карагианнопулос» свидетельствует о весьма поверхностном знании новогреческого языка) также не найдена на указанной странице.⁹

Пятую главу (стр. 123-154) – «Отражение влияния паламизма в духовно-культурной жизни православного мира» – с паламизмом связывает исключительно название и эпоха. Глава представляет конспект советской искусствоведческой литературы 70-80 гг., охватывающей период XIV-XV вв.

Глава шестая (стр. 155-187) – «Влияние паламизма на расцвет духовной жизни на Руси» – в общих чертах повторяет содержание четвертой и пятой глав. Однако шестая глава дополнена сведениями по истории Руси.

Однако архим. Гавриил сумел найти брешь в работах предшественников. Он сделал тонкое наблюдение: «На примере свт. Стефана Пермского можно увидеть еще один аспект, нередко остающийся вне поля зрения исследователей (как минимум, они не делают на нем акцент), – влияние паламизма в контексте духовного и культурного возрождения Руси и ученого монашества. Оно занималось не только миссионерской деятельностью среди соседних народов, но в случае опасности для православной веры принимало активное участие в преодолении разных церковных нестроений и еретических движений» (стр. 169).

Вопреки ожиданиям в этой главе мы не найдем сведений о переводах паламитов на славянский язык, ни воспроизведения или отображения их идей в оригинальной славянской (древне-русской) литературе. Не показана какая-либо преемственность, не проведено ни одной параллели между творчеством свт. Григория Паламы и упоминаемыми архим. Гавриилом Иосифом Волоцким и Нилом Сорским.

Рассматриваемая работа состоит из двух частей, между которыми не были найдены точки пересечения – паламизм и искусствоведение Древней Руси. Более того, даже не намечена попытка охватить тему, обозначенную в названии «возрождение православной екумены», которая свелась лишь к описанию достижений иконографии единственной страны, вошедшей в упоминаемое архим. Гавриилом «Византийское содружество наций», – Руси.

Более того, из огромного корпуса западноевропейской литературы о свт. Григории Паламе, паламизме, исихазме и прочих захватываемых темах, в списке литературы из 233 единиц указаны только 5 работ на французском и немецком языках, причем все они старше 1973 года. А ведь достаточно лишь открыть используемую профессором Википедию, чтобы найти более современную литературу и на немецком, и на французском, и на английском языках. Впрочем, ссылки на эту литературу у рассматриваемого автора наверняка не будут отличаться правильным указанием цитируемых страниц.

Итак, надежда на выход украинского богословия из тени монографией профессора, доктора богословских наук и магистра богословия архим. Гавриила (Кризины) попрана. Общего обзора книги достаточно, чтобы увидеть главные недостатки монографии: этот текст - не исследование, а эпигонский конспект ряда книг по истории Византии, ее искусства и богословия.

1 Макаров Д. И. Очерки российской историографии паламизма (1860—1998 гг.) // Античная древность и средние века. – Екатеринбург: Урал. гос. ун-т: Волот, 1999. – Вып. 30. – С. 338-353. Архим. Гавриил ссылается на с. 257 этого издания. Статья Макарова доступна по адресу: Elar.usu.ru/bitstream/1234...

2 Стоило упомянуть хотя бы Gregoire Palamas in: M. Vacant et al., eds., Dictionnaire de théologie catholique, tome XI/2 (Paris 1932), col. 1735-1776; там же Palamite (Controverse), col. 1777-1818; Le schisme byzantin, aperçu historique et doctrinal. - Paris, P. Lethielleux, 1941.

3 Stǎniloae D., Isihaştii sau sihaştrii şi rugǎciunea lui Iisus în tradiţia ortodoxiei româneşti // Filocalia, VIII, Bucarest, 1979, p. 555-587. Архимандрит Гавриил приводит название статьи без диакритических знаков и ссылается на стр. 382. Статья доступна по Scribd.com/doc/66076699...

4 Wunderle Georg. Zur Psychologie des hesychastischen Gebets. - Würzburg: Augustinus-Verlag, 1949. О количестве страниц см. по Оpenlibrary.org...

5 Мейендорф Иоанн. Православие и современный мир (Лекции и статьи). – Минск: Лучи Софии, 1995

6 Василий (Кривошеин), архиеп. Аскетическое и богословское учение св. Григория Паламы // Богословские труды / 1952-1983 гг. Статьи. Доклады Переводы. Нижний Новгород, 1996. – с. 114-208; его же. Святой Григорий Палама – личность и учение (по недавно опубликованным материалам) // там же. – с. 209-229. Вторая работа в библиографии архим. Гавриила отсутствует.

7 Хоружий С. С. Православная аскеза – ключ к новому видению человека. Библиотека Веб-Центра «Омега», 2000. Доступно по адресу: lib.eparhia-saratov.ru/books...

8 Ru.wikipedia.org/wiki...

9 Отсканированное репринтное издание доступно по адресу: Scribd.com/doc/24187067...

По автора

Илья Бей, переводчик, магистр богословия, докторант Гуситсткого богословского факультета Карлова университета в Праге, член Патристического общества Чешской Республики.