Источник наших знаний о личности Понтия Пилата - это, в первую очередь, Новый Завет. Даже люди, которые не сталкивались близко с Евангелиями, прекрасно знают, что так звали римского прокуратора в Иудее, по чьему приказу был распят Иисус Христос. Многие, не зная о том, что - помимо Евангелий - существуют ещё какие-то рассказы об этом прокураторе, всерьёз считают, что только этим распятием роль Пилата в истории и ограничилась. Однако, такой вывод неверен.

 

Существуют и другие, более достоверные, свидетельства о его деятельности. Хотя - как мы увидим это дальше - свидетельств таких крайне мало и полной картины жизни и личности Понтия Пилата нам не дают...
         
В нашем языке имя Пилата стало нарицательным; этим словом обозначают жестокого человека, мучителя. Так, в словаре Даля можно найти слово "пилатить", которое и означает "мучить, тиранить".
       
С этим именем связано также известное выражение "умывать руки". В древности этот обычай указывал, что человек не берёт на себя ответственность за происходящее, символически "смывает с себя грех". В русском языке это выражение стало обозначать "снимать с себя ответственность за то, что происходит". В Евангелии от Матфея рассказывается, как Пилат, когда увидел, что никакими средствами ему не удаётся убедить евреев и освободить Назарянина, совершил омовение рук и сказал: "Невиновен я в крови праведника сего - смотрите вы!". Надо ли говорить, что выражение это также приобрело далеко не уважительный смысл. Обычно так говорят о том, кто остаётся в стороне от происходящих событий, хотя и имеется возможность как-то повлиять на их ход.

Это что касается общепринятого - "народного" - представления о Понтие Пилате. Оценка его деятельности, которую дают исследователи Евангелий и раннего христианства, в общем-то ничем не лучше. "В довершение всего прокуратором Иудеи был Понтий Пилат, человек грубый и ограниченный, не понимающий психологии населения управляемой им провинции, словом, тупой римский чиновник", - пишет З. Косидовский в "Сказаниях евангелистов". В другой книге высказывается мнение, что Пилат был снят с должности прокуратора Иудеи "за жестокость".

 

Ничего выходящего за рамки логики в таких характеристиках с первого взгляда нет. Наместники провинций не так уж редко попадали под суд и за жестокость, и за вымогательства. Совершенно не исключено, что в ряду наместников, применявших в своей практике и жестокость, и вымогательство, находится и Понтий Пилат. Честно говоря, было бы по меньшей мере странно, если б однажды оказалось, что Пилат был "отцом родным" для вверенной ему провинции. Но вот что касается "плохого" управления - так это как посмотреть...

 

О "хороших" или "плохих" деятелях - равно как и о "мягких" и "жестоких" - мы знаем из источников, принадлежащих авторам определённой народности. Каждая книга создавалась человеком со своими привычками, убеждениями, симпатиями и антипатиями. Если римские авторы приписывают императору Тиберию излишнюю и даже бессмысленную жестокость, то Филон Александрийский пишет о нём в самых восторженных тонах - якобы он "хранил иудейское богослужение", и дальше в том же духе. А объясняется этот восторг всего лишь тем, что никаких мер против иудаизма на территории Палестины Тиберий не принимал.

 

 

В то же время из книг Тацита и Светония мы знаем, что на территории Италии иудаизм был при нём одно время запрещён: последователи этой религии ссылались в провинции. Сопоставив это, можно так выразить отношение Тиберия. Не так уж он был расположен к иудаистам, как это радужно расписывает Филон; но в то же время отдавал себе отчёт в том, что действия против иудаистов в Палестине могут привести к очень нежелательным последствиям. Если бы он действительно стал проводить репрессии в отношении яхвистов в Иудее, то война там имела бы все возможности начаться на 30 - 35 лет раньше, чем началась на самом деле.
       
Изложение иудея Флавия в местах, где речь идёт о Понтие Пилате, не сопровождается какими-либо яркими эпитетами типа "мучитель", "тиран", "изверг" и так далее. Идёт повествование об определённых достойных - с точки зрения автора - упоминания событиях, и притом довольно обстоятельное. Вполне возможно, что спокойный тон связан с тем, что книги Флавия были написаны в Риме - "Иудейские войны" были лично просмотрены Веспасианом и одобрены. Естественно допустить, что если в исходнике подобные отзывы и были - то они были просто убраны в последующих экземплярах.

 

Рассказ о Пилате у Филона приводится как фрагмент из письма, адресованного Гаю Калигуле. Вот и возникает вопрос: почему Флавий в сочинении, которое оценивал Веспасиан, убрал характеристики Пилата, в то время, как в письме Калигуле эпитетов и определений хоть пруд пруди? Ведь и Калигула, и Веспасиан - оба были римскими императорами; а Флавий и Агриппа, письмо которого цитирует Филон - оба были иудеями.
       
В "Сказаниях евангелистов" Косидовский рассматривает события, описанные в книгах Флавия и относящиеся ко времени прокураторства Пилата в Иудее. Он упоминает инцидент с императорскими изображениями, размещёнными в Иерусалиме, и строительство водопровода. Но умалчивает он ещё об одном событии, описанном Флавием: это - описание того, каким образом Пилат был снят со своей должности. А момент этот оказывается очень и очень важным. Из изложения Флавия совершенно не получается сделать вывода, что Пилат был никудышным или чересчур жестоким правителем. Наоборот - несмотря на крайность мер, им принятых в отношениях самарян, в его поведении есть логика.
       
КАК СОЗДАВАЛСЯ СОВРЕМЕННЫЙ ОБРАЗ ПОНТИЯ ПИЛАТА

Необходимо хотя бы вкратце проследить, как был создан тот образ Понтия Пилата, который мы имеем сейчас.

В новозаветных сказаниях мы практически не наблюдаем указаний на Пилата-мучителя и тирана. В Евангелии от Луки содержится указание, на которое очень часто ссылаются, иллюстрируя жестокость его правления. Однако, повествование того же Луки о событиях в Иерусалиме даёт повод для сомнений, что в 13 главе речь идёт о каком-то тотальном избиении, учинённом Пилатом. Если вспомнить, что для осуждения галилеянина Иисуса Пилат счёл нужным отправить его к тетрарху Ироду, территорией которого и была Галилея (если исходить из того же Луки) - то как можно объяснить избиение галилеян, о котором идёт речь в 13 главе? 

 

В целом же все четыре евангелиста оценивают иерусалимские события как раз-таки в том смысле, что в смерти Назарянина виновны именно иудеи, а не римский прокуратор. Их не смутило даже то обстоятельство, что Пилат объявил Назарянина невиновным по римским законам - и это в то время, когда Иисус виновен как раз-таки по римскому закону "об оскорблении величества"! С чем связан эпизод с Варравой и Назарянином? С еврейским обычаем на Пасху отпускать одного из осужденных на казнь. У Иоанна говорится, что евреи, приведя Назарянина в преторию, сами туда не пошли - "дабы не оскверниться": римский прокуратор САМ выходил к ним!
       
Итак, ряд мест свидетельствует о том, что авторы Евангелий как раз-таки наоборот пытались умалить роль Пилата в казни Назарянина. Для этого даже понадобилось придумывать соответствующее имя для другого, не менее хрестоматийного, персонажа Евангелий - "Иуду" Искариота. Помимо имени, наименование "Иуда" обозначалось как обозначение иудейского народа вообще, по имени своего патриарха.
       
Однако, не только Евангелия позволяют сделать вывод о проводившемся "оправдании" Пилата. Во-первых, развиваться и распространяться христианству приходилось всё-таки на территории Римской империи - и с этим нельзя было не считаться. Во-вторых, косвенно об этом говорят и такие факты, как то, что уже при Константине Великом, например, был издан эдикт, запрещавший браки христиан с иудеями. Было ли "иудейское предательство" реальным или мнимым - неясно, однако, для христианской Европы раннего Средневековья оно было исторической аксиомой: и это сыграло свою роль в отношении всех остальных наций к евреям. Только в сравнительно недавнее время в сознание человека стала входить идея интернационализма: для средневековых людей она была неведома. Если авторы тех времён и повествуют о каких-либо еврейских погромах, то ясно, что не с точки зрения возмущения "антисемитизмом".
      
 Поэтому для средневековых христиан не представлял никакого сомнения тот факт, что Назарянин был казнён из-за предательства именно иудеев, а Пилат относился к виновникам распятия настолько же, насколько и любой представитель власти может быть виновен в утверждаемой им смертной казни. "Ибо Ирод, царь иудеев, и Понтий Пилат, прокуратор императора Клавдия, сошедшись осудили Его на распятие (ср. Лк. 23:7 сл.). Ибо Ирод боялся, что Он будет земным царем, которым он может быть низложен с своего царства. Пилат же вынужден был Иродом и окружающими его иудеями предать Его на смерть против своей воли, когда он предпочел сделать это, чем действовать против императора спасением человека, который носил имя "царь", - сообщает христианский писатель ІІ века Ириней Лионский в книге "Доказательство апостольской проповеди".

 

Другой древнехристианский автор - Тертуллиан - пишет так в своей "Апологетике": "эти книжники и вожди так ожесточились против Него, что наконец, представив Его к Пилату Понтийскому, правившему в то время Сириею со стороны Рима, насильственно истребовали у него согласия отдать им Иисуса на распятие". Все эти цитаты взяты из сочинений людей, которых называют "Отцами Церкви" - а ведь одним из критериев, по которому христиане судят о истинности или еретичности изложения - это соответствие содержания тому, что устанавливалось этими самыми Отцами.
         
Кроме того, в верующих постоянно поддерживался миф об исключительности страданий, перенесённых Иисусом в Иерусалиме. А так как эти страдания объявляются исключительным, то каким в сознании мог остаться человек, который предаёт человека подобным страданиям? Конечно же - в такой же мере жестоким. Подобные же оценки представителей римской власти мы видим во многих неканонических христианских источниках - житиях святых и мучениках, например. Естественно, многие такие оценки сейчас пересматриваются и даже отвергаются из-за того, что в повествующих об этом произведениях встречаются элементарные противоречия с историческими данными.

 

Достоверных же свидетельств о Понтии Пилате осталось от античного времени совсем немного.

 

Во-первых, это, конечно, Евангелия. Во-вторых, Пилат часто упоминается в апокрифической литературе, назначением которой было заполнение встречающихся в евангельских повествованиях пробелов. У раннехристианских писателей имя Пилата тоже упоминается - однако, связаны эти упоминания только с Назарянином и для установления каких-либо достоверных данных о Пилате нам ничего не дают.
       
 Из более достоверных источников можно назвать только книги Флавия - "Иудейская война" и "Иудейские древности" и "О посольстве к Гаю", написанное Филоном Александрийским. Таким образом, упоминается этот прокуратор исключительно в источниках, авторы которых имели иудейское происхождение - а эта мелочь значение всё-таки имеет.

 

В крупнейших источниках, где идёт речь о временах Назарянина - "Анналах" Тацита и "Жизнеописаниях" Светония - о Пилате практически ни одного слова. В первой из перечисленных книг упоминание встречается лишь только в связи с Иисусом - в месте, которое сейчас воспринимается как более поздняя вставка христианского переписчика. А ведь "плохое управление" Иудеей, расположенной вблизи восточных границ империи недалеко от Парфянского царства, с которым Рим постоянно воевал, было бы весьма заметно.
       
На основании этого более реальным видится тот вывод, что Пилат был вполне рядовым случаем наместника провинции. С точки зрения римлян он не был ни хорошим, ни плохим. То есть, такие явления, как взяточничество или казни, место имели - но не в тех масштабах, за какие обычно попадали под суд римские наместники по жалобам провинциалов или римских граждан. Правда, в этом отношении дело осложняется ещё и тем, что если б такой процесс и был - то какие основные источники мы могли бы использовать?

 

Несмотря на то, что Флавий вроде бы прямо говорит, что Пилат был отправлен в Рим для оправдания перед императором - такая мотивировка вовсе не следует однозначно из его слов. Изложенные выше рассуждения позволяют и на эти слова посмотреть в несколько ином свете. О каком-либо процессе над иудейским прокуратором в начале правления Гая Калигулы источники молчат. У Тацита фрагмент "Анналов", соответствующий времени его правления, отсутствует. Биография в изложении Светония сжата и поэтому вполне естественно, что такой процесс мог в любом случае не попасть в неё. Ни Флавий же, ни Филон Александрийский так же не говорят ни слова о подобном процессе.

 

Как складывалась судьба Пилата в дальнейшем - достоверных известий нет. Косидовский в "Сказаниях" ссылаясь на "кое-какие" данные, говорит о том, что он был наместником где-то в Южной Галлии (как своеобразное искажение этого реального события, можно трактовать место из апокрифа, где труп Пилата сначала бросают в Тибр, а затем - вылавливают, отвозят в Галлию и бросают в Рону).
       
Евсевий Памфил сообщает в своей "Истории", что Пилат при Гае Калигуле попал в опалу и вынужден был покончить жизнь самоубийством. Это, как он пишет, сообщают греческие писатели, которые отмечали события, происходящие во время Олимпиад.
       
В апокрифических сказаниях, ещё с первых веков создания христианства, содержится информация, что якобы Пилат стал христианином. На что здесь стоит обратить внимание - так это на молчание раннехристианских авторов по этому поводу (хотя о каких-то упоминаниях на эту тему у авторов ІІ века в современных источниках мелькнуло). Молчит об этом и Евсевий: хотя вроде бы, как церковный историк, он должен был бы упомянуть такое важное для христианства событие. Маловероятно, чтобы он принял этот культ - хотя на примере апостола Павла мы видим, что и в  начальній период существования христианства состоятельные римские граждане принимали участие в этом учении, содержали общины. Возможно, что и Пилат имел какую-то связь с некоторой общиной - но это уже только туманные предположения, не больше.
       
 На сообщения апокрифов о том, что "Пилат уверовал в Бога, которого распял", можно не обращать внимания. Но ясно одно: ни в Евангелиях, ни в других вошедших в  канон новозаветных рассказах нет упоминаний о том, чтобы Пилат принял христианство. Эта информация содержалась в апокрифах - книгах, которые либо с самого начала были объявлены подложными; либо были признаны таковыми после полного оформления Нового Завета в V веке. 
       
Так что вопрос о принятии Пилатом христианства остаётся только вопросом. Равно как и всё остальное, связанное с его судьбой после отъезда из Иудеи.