Музыкант и преподаватель Павел Семанивский: «Музыкой мы можем представить Бога, в Которого мы верим»

19 02 2016 |
Беседовал Игнат Меренков

Перед нами — украинец, который с 2006 года с семьей живет и работает в Мексике — в адвентистском университете Монтеморелос, штат Нуево Леон. Его супруга — преподаватель по классу скрипки, а герой нашего интервью является дирижером симфонического оркестра в данном университете, а также ведет класс оркестрового дирижирования, класс оркестровки и методологию преподавания деревянных духовых инструментов.

 

Главная тема беседы — что является главным в христианской музыке и насколько она может быть разнообразной; как повысить качество музыки в церкви и какова в этом роль священнослужителей и других христиан; как общество влияет на церковь и каким может быть вклад верующих в культуру общества. Среди вопросов есть и такие, по которым часть церковной аудитории ведет дискуссии.

Павел, расскажите об университете Монтеморелос. Как Вы туда попали и часто ли удается бывать на родине?

 

— После окончания Донецкой консерватории имени С. С. Прокофьева я работал в школах искусств, в театре оперы и балета, а также в хоре консерватории города Донецка. Был пресвитером пятой донецкой адвентистской общины. Также совершал служение музыкального руководителя в Восточной конференции Церкви адвентистов седьмого дня в Украине. Затем в университет Монтеморелос пригласили преподавать супругу, но оказалось, что работа по профилю есть и для меня.

 

Это учебное заведение основано в 1942 году. Там обучается более двух тысяч студентов; более 60 различных предложений для образования от среднего уровня и заканчивая высшим образованием в разных сферах знаний (теология, педагогика, психология, медицина, технические дисциплины, журналистика, искусство), этот университет — один из самых крупных адвентистских учебных заведений не только в Мексике, но и в Латинской Америке. Вообще, в Мексике три адвентистских университета: в городах Монтеморелос, Навахоа на северо-западе Мексики, и университет Линда Виста на юге.

 

Теперь, несмотря на жизнь вдали от Украины, я стараюсь каждый год приезжать и посещать своих родителей, которые живут в городе Иловайске Донецкой области. При каждом приезде стараюсь оказывать посильную помощь в служении в церкви. Так было в июле 2014 года на Международном конгрессе адвентистских дирижеров и музыкальных руководителей, а также и в декабре следующего года. Часть своего отпуска я использовал, чтобы послужить в украинской церкви своими знаниями и исследованиями в области музыки. На музыкально-богословской конференции «Музыка. Богослужение. Миссия» (14–15 декабря 2015 г.) в г. Буче Киевской области я проводил семинары о музыке в церкви, о богопоклонении, о той вести, которую мы как христиане можем донести благодаря музыке. Подготовка к выступлениям для меня была очень интересной. Надеюсь, что эти семинары были интересны и для слушателей, потому что они основывались не на философских исследованиях атеистических авторов, а на библейских откровениях. Например, я говорил о первоначальном замысле Бога, создавшего музыку, о том, как она применяется на Небе и какова Божья воля в использовании музыки здесь, в нашем земном поклонении.

 

Центром музыкального поклонения должен быть Бог

 

Вы говорили о музыке, которую исполняют небожители, о небесной модели богопоклонения. Мы понимаем, что там все идеально, ведь на Небе царит полная гармония. Но ведь мы сталкиваемся с трудностями здесь, на земле. Люди несовершенны, далеко не все умеют красиво петь или играть… Можно ли в этом случае воплотить небесную модель?

 

— Самый главный вопрос решается не количеством или наличием профессионалов или талантов, а качественной направленностью музыкального служения. Небесная модель богопоклонения в книге Откровение, в 4, 5 и 19 главах, нам показывает христоцентричность поклонения, т.е. мы видим, что всё исходит от трона Божьего, там берёт своё начало музыка и так открывается её предназначение. И этот круг, как описано в пророческой книге, расширяется: сначала четыре живых существа, затем двадцать четыре старца, затем великое множество — так распространяется прославление. Потом оно возвращается обратно по тому же принципу: великое множество, двадцать четыре старца, четыре живых существа, и так замыкается круг. Последнее слово — за Богом. И когда доходит очередь до Творца сказать Своё слово, Он говорит: «Хвалите Бога», призывает нас к прославлению. Эллен Уайт (одна из основателей и реформаторов Церкви адвентистов седьмого дня — ред.) пишет, что музыка на Небе никогда не прекращается. Мы видим главный принцип небесной модели: всё от Господа исходит и к Нему возвращается. И здесь на первом месте не стоит вопрос количества — сколько и чего есть в церкви, а чего нет, но всё, что делается — оно богоцентрично. Однако бывает, что у музыкантов и исполнителей иногда смещаются акценты. Музыкант может почувствовать себя центром внимания, прославления себя самого. Даже на духовных концертах мы не застрахованы от искушений сместить акценты. Поэтому надо помнить главное — Бог должен быть центром.

 

Есть и другие нюансы. Например, в небесном богопоклонении задействованы абсолютно все небожители, все являются участниками этого служения и выражают своё восхищение Богом в весьма творческой форме. Там нет разделения на тех, кто выступает, и зрителей или слушателей, там все вносят свой вклад и восхищаются Богом, а не артистом или исполнением. И музыка является инструментом, тем способом, которым они выражают своё богопоклонение. Исходя из других текстов Библии, мы видим, что музыка также готовит сердца людей для того, чтобы они могли принять то откровение, которое Господь желает дать через Свое Слово.

Адвентистскую церковь иногда называют чересчур консервативной в плане музыки. Считается, что в некоторых протестантских церквях музыкальное прославление приобретает более вольные, современные формы, в то время как адвентисты склоняются больше к традиционным гимнам, классической, академической музыке. Вы согласны с таким определением, или же это стереотип?

 

— Я бы так не сказал, что эта церковь консервативна в плане музыки. У адвентистов мы можем видеть различные стили, не только классический. Однако в выборе стиля музыки на богослужении определяющим фактором является вопрос богопознания. Когда мы правильно понимаем цель собрания, и Кому мы приносим эту жертву хвалы, тогда найдём правильный стиль и подберем другие элементы поклонения, которые включают в себя не только музыку, но и выбор одежды, манеру поведения и т.д. которые влияют на атмосферу всего богослужения... Богопознание стоит на первом месте. Музыкой мы можем даже без слов рассказать другим, в какого Бога мы верим, можем возвеличить Его или наоборот — умалить. Поэтому следует ориентироваться не на тенденции других церквей, будь то либеральные или консервативные, а на то, какого Бога мы желаем представить поклоняющимся: такого, каким Он представлен в Библии или такого, Который понравился бы всем…

 

Однако здесь есть и определенная сложность, ведь Бог в Библии представлен в разных ракурсах: как Бог близкий (когда Христос пришёл на нашу землю, облекся в нашу плоть и был близок к нам) — и Бог далёкий, великий, возвышенный, Сущий на небесах, Которому поклоняются все жители вселенной, закрывая свои лица, перед Которым умолкает вся земля. Оба этих образа есть в Библии. Вот здесь иногда возникает небольшая напряжённость: в каком ракурсе мы хотим представить Бога — в ракурсе Его величия или Его близости. Например, то, что уместно на молодежном лагерном собрании, может не всегда подходить для богослужения в церкви и наоборот. От этого представления и контекста ситуации и зависит выбор стиля музыки и всего остального. Музыка может быть хорошей, но не подходящей для определённого контекста.

 

Иногда в церквях люди хотят чётких, однозначных ответов на вопросы о том, что допустимо в музыке, а что нет. Например, в одной украинской общине посчитали неприемлемым включать на богослужении рождественскую мелодию из передачи польского телеканала “Glos Nadziei” («Голос надежды»), т.к. там в аранжировке присутствовал ударный инструмент и, возможно, синкопы. Другой пример — передача на телеканале «Надія» «Гирт Теп. Музыка в моей жизни». Ее гость играет на ударной установке, а сам ведущий исполняет на рояле джаз. Некоторые люди не одобрили такую передачу, ссылаясь на решения, принятые в церкви в 1970-х годах. Можно ли в христианской музыке прийти к какому-то единому для всех решению или нужно оставлять такие вопросы на личный суд каждого человека?

 

— В литературе христианских авторов, пытающихся дать определение хорошей и плохой музыки, можно встретить немало примеров, когда они, пытаясь описать плохую, недуховную музыку, берут какой-то один элемент из нее — например, музыкальный инструмент или определённый ритм, или децибелы звучания, или сложность аккорда и т. д., и выносят вердикт, что это всегда плохо, потому что это услышали в плохой музыке. Однако мы можем найти эти элементы и в хорошей музыке: те же литавры, барабаны применяются в классической музыке, которая, как считается, позитивно влияет на слушателя. В классической музыке присутствуют и синкопы, и сложные аккорды. Вычленить какие-то элементы из плохой и сказать, что они являются проблемой и носителями зла будет неправильно. Ответ нужно искать в другом.

 

История вопроса о том, что хорошо и что плохо, довольно долгая. Многие инструменты, которые мы считаем хорошими, раньше считались плохими. Например, в церкви поначалу не был принят орган, о нем вели спор. Под вопросом было и фортепиано, и духовые инструменты — ведь все это используют в разных стилях музыки. Поэтому вопрос не в инструменте, или в музыкальном элементе, а в том, как им пользуются. Те же элементы могут передавать нечто возвышенное и теми же инструментами можно умалить идею.

 

Кроме того, нужно учитывать и культурные традиции: если тот или иной способ исполнения оскорбляет чувства поклоняющегося, то лучше не применять его. Может, то, что вы делаете, само по себе и неплохо, может, со временем это и найдёт своё применение в церкви, но если оно сейчас задевает чьи-то чувства, то кому польза от этого? Нужно учитывать и уважать мнение тех, кто пришел поклониться Богу. Но в то же время надо и воспитывать вкусы. Если есть какая-то правда, то нужно её здраво преподносить. В своих семинарах я говорил, что важно сочетание двух элементов: богопознания и музыкального образования. Если есть образование, тогда легче выбрать те музыкальные элементы, которые могут полнее раскрыть ваш замысел, передать определенную идею. Я сравниваю образование с инструментом, помогающим достичь музыкальной выразительности, без которого я буду лимитирован в опыте и выполнении задачи. Образование необходимо, ведь оно формирует вкус на хороших образцах исторической, классической музыки. И второе — это познание Бога, о чем я уже упоминал. Если я понимаю, насколько Он велик, или насколько близок ко мне, то я найду подходящие средства, чтобы выразить и то, и другое, не умаляя ни одно из этих качеств Творца.

 

Т. е., структурные элементы музыки нельзя выхватывать из контекста, нужно смотреть, что выражает то или иное произведение в целом?

 

— Можно применить здесь принцип «по плодам узнаете их», т. е., мы смотрим, какой плод приносит эта музыка как в самом музыканте, так и в слушающих. Всегда нужно видеть эту вертикальную и горизонтальную плоскость. Если это не приносит пользы слушающим, или не приводит к определённому знаменателю, не подготавливает к богопоклонению, то к чему такая музыка на богослужении?

 

В чём различие музыкальной традиции в адвентистской церкви в Украине и в Мексике? Есть ли существенная разница в подходе?

 

— Те же проблемы, те же вопросы поднимаются как здесь, так и там. В мексиканкой церкви так же, как и везде, обсуждается вопрос уместности или неуместности тех или иных стилей, потому что этот конфликт существует, когда мы говорим о великом Боге и передаём эту весть через неподходящий для этого стиль, то тогда чувствуется в этом определенное несоответствие.

Обучать детей музыке нужно сегодня

 

Я слышал, что во времена СССР, несмотря на то, что верующих угнетали, с музыкой в церкви дела обстояли лучше, было больше образованных музыкантов, много хороших хоровых коллективов. Сейчас сильные коллективы тоже есть, но их меньше. Что можно сказать об этой проблеме и как её решать?

 

— Так получается, что внешняя жизнь в стране влияет и на внутреннюю жизнь в церкви. В то время в советском государстве пользовались популярностью духовые оркестры, было модно создавать коллективы и развивать культуру. Этот культурный подъём оказал своё влияние и на церковь, потому что это было общее настроение. Далее, после распада Советского Союза, был спад и в сфере образования, и в сфере культуры, слабый набор в музыкальные школы, училища, институты. Упал набор в консерватории. Сейчас мы пожинаем последствия этого культурного спада; недостаток музыкантов означает, что «вчера» об этом не позаботились. Но сегодня в стране снова наблюдается тенденция к возрождению культурных ценностей, наполняются музыкальные школы, училища, в сфере образования есть конкуренция. И в церкви также наблюдается определенный подъём.

 

Музыкант не формируется ни за один день, ни за неделю, ни за месяц. Чтобы он стал профессионалом, ему нужно лет пять ходить в музыкальную школу, затем окончить училище, а потом, если это возможно, ещё получить высшее музыкальное образование. Чтобы научиться владеть инструментом или голосом, необходимо время. Я думаю, что через несколько лет должно подняться на новый уровень и музыкальное служение, при условии, если церковь будет расти количественно и если дети, которые есть в ней, будут задействованы в служении.

 

Чтобы в нашей среде была музыка, нужно сеять сегодня, а результат мы пожнём лет через пять, как минимум. Быстро — сегодня на завтра ничего нельзя сделать. Нужно вначале посадить зерно, потом ждать, пока вырастет. Сегодня нужно вести работу с родителями, побуждать их обучать своих детей музыке. Есть много научных исследований, которые показывают, как много пользы в музыкальном образовании, причем независимо от религии человека или его профессионального выбора. Музыка помогает всестороннему развитию человека. Если родители осознают это, они дадут детям музыкальное образование. А потом уже задача музыкального руководителя применить эти знания в церкви и дать дорогу творчеству, чтобы дети могли играть, петь, и для этого необходимо создавать музыкальные церковные коллективы. Для того, чтобы залатать эту брешь, нужно сегодня начать работу с родителями и их детьми, а также с подростками и молодежью.

 

Соглашусь, что нужно работать на долгосрочную перспективу, на годы и годы вперед. И все же, если в той или иной церковной общине нет профессиональных исполнителей или руководителей, как быть с музыкальным служением в данный момент? Ведь хочется, кроме небесной модели, о которой говорили выше, еще повышать качество звучания. Есть ли что-то, что общины могут изменить уже в ближайшей перспективе?

 

— Поделюсь опытом. Когда я совершал служение пресвитера в общине, насчитывавшей до 70 человек, то не имел возможности работать в церкви с подготовленными, обученными музыкантами. Тем не менее, в общине был человек, который умел играть на гитаре и хорошо пел, также были несколько женщин с хорошим слухом и голосом. Создав такой простой музыкальный коллектив, мы смогли совершать евангельскую работу в больнице, проповедуя словом и пением, кстати, музыка была ключом к успеху в этом служении, и на богослужебных собраниях благодаря этому царила тёплая и приятная атмосфера. Этим примером хочу сказать, что иногда мы думаем, что в нашей среде ничего нет и ждём больших талантов, в то же время пренебрегаем тем, что имеем и теряем благословения. Проявить заинтересованность в развитии этого служения — это первый и очень важный шаг. Нужно обратить внимание на детей, которые уже ходят в музыкальную школу, если таковые есть, и привлекать их к служению в церкви. Пусть это будет простой музыкальный номер во славу Бога, важен сам факт участия, где подросток сможет реализоваться, почувствовать себя нужным, это поможет сохранить молодёжь в церкви.

 

Можно пойти дальше этого. Было бы замечательно, если бы церковь проявляла инициативу и отправляла способных ребят на обучение. Обученный музыкальный лидер может вовлечь всю молодёжь в музыкальное служение, создать так называемую «малую группу». Как правило, здание церкви среди недели пустует, а ведь могло бы быть местом подготовки молодёжи, своего рода церковной музыкальной школой, и для этого можно даже пригласить преподавателя. В моей практике было так, когда одна община пригласила меня на месяц во время зимних каникул для обучения молодёжи музыке и создания коллектива, который бы участвовал в богослужениях. Церковь взяла на себя ответственность за финансовые растраты, потому что было понимание, что это стоит того.

 

Должны ли пасторы, священнослужители сами иметь музыкальное образование, или это не обязательно?

 

— Во времена библейского пророка Самуила, пишет Эллен Уайт, в так называемых «школах пророков» (теологов того времени) «основными предметами… были Закон Божий и установления, данные через Моисея; священная история, духовная музыка и поэзия» (ПП 593.4). Было бы здорово, чтобы пасторы были хотя бы немного музыкантами и музыканты хотя бы немного теологами. Желательна хотя бы начальная форма музыкального образования.

 

Но даже если пастор не музыкант, он должен быть подготовлен к пониманию сути музыкального служения, иметь соответствующее мировоззрение. Бог не создал нас всезнайками, чтобы мы одновременно были образованы во всем. Каждому Он дал свой дар, и мы должны научиться работать в команде, в коллективе. Кто-то имеет одно дарование, кто-то — другое. Когда пастор понимает важность и значимость музыки, он может строить конструктивный диалог с музыкантами, сотрудничать с ними так, чтобы общая задача, которая стоит перед церковью, была достигнута. Эта задача — обучить людей духовным ценностям и открыть Спасителя. Пасторы это делают через проповедь, но музыка может помочь в этом. Важные слова Господь поручил Моисею записать в песне, и это было для израильтян моментом духовного образования, воспитания. Музыка может готовить сердца людей для принятия истины, служить тем элементом, через который передаётся богопознание. Благодаря философской базе, которая подразумевает библейское, а не светское понимание музыки, можно достигнуть многого в сотрудничестве с музыкантами общины.

 

Также музыкальное служение в церкви необходимо планировать комитетом, где пастор вместе с музыкальным руководителем, органистом, дирижером, оператором, детским руководителем на месяц, два, три вперёд составляет подробный план, и все соответственно готовятся — тогда и будет результат.

 

Некоторые люди считают, что уровень музыкального служения в церкви будет выше, если работа музыкальных руководителей будет вознаграждаться материально. Приводят в пример организацию служения на Западе: говорят, там хористы могут даже сами оплачивать работу своего руководителя. Какой подход лучше — энтузиазм или оплата? В чем плюсы, а в чем — минусы?

 

— Не вижу противоречия между энтузиазмом и оплатой, и весьма неплохо, когда энтузиазм оплачивается. Служение музыканта в церкви приравнивается к служению левитов при храме, которые жили за счет средств храма. Служение Богу должно исходить из благодарного сердца спасённого человека, быть не из корысти, однако оплата не противоречит вышесказанному. Служение проповедническое могут совершать многие члены церкви, однако избираются люди, которые посвящают всё своё время и жизнь для этого служения, и это вознаграждается определённой оплатой. Если мы будем правильно понимать предназначение музыки в богопоклонении, то тогда, возможно, мы иначе посмотрим на подбор человека на это служение и на вознаграждение за этот труд. Думаю, что результаты не заставили бы себя долго ждать. Оплата выражает отношение администрации или руководства к совершаемой работе и выражает понимание важности совершаемого. Здесь нет ничего такого, что противоречило бы здравому смыслу и Священному Писанию. Если вопрос оплаты будет решаться в положительном смысле, это выразится и в отношении, и в отдаче. Музыкальный руководитель, вместо того, чтобы искать себе другую работу, сможет полностью посвятить себя этому служению. Результат будет очевиден. Но этот вопрос передан на рассмотрение местных общин. Могут ли они обеспечить вознаграждение работы своего музыкального руководителя или нет. Отрицательный момент может возникнуть, когда музыканты утратят понимание служения или желание участвовать в нем без вознаграждения, особенно сравнивая себя с оплачиваемыми.

Задача музыки — затронуть то прекрасное, что создал Бог

 

Христиане привыкли в церкви к духовным гимнам. Но когда происходит диалог со светскими людьми, например, не в церкви, а на «нейтральной» территории, то, как правило, последним гимны малоинтересны. Я заметил, что гораздо лучше воспринимается жанр авторской песни или знакомые широкому кругу людей песни о жизненных ценностях, такие как «Есть только миг между прошлым и будущим». Как мне представляется, эта форма музыкального диалога с людьми, далекими от церкви, пока не очень развита. Не всегда мы понимаем, с какой музыки начать общение. А Вы как считаете?

 

— Интересно, что апостол Павел призывал использовать «псалмы, славословия и песнопения духовные» (Еф. 5:19 — Синодальный перевод). В этих трёх терминах он объединил разные эпохи. Когда упоминались «псалмы», речь шла о чём-то древнем, боговдохновенном, о чём писал псалмопевец Давид. Под «славословиями» (в оригинале — гимнами) подразумевалось то, что связано с более поздней историей церкви, имеет определённую духовную ценность (эквивалент наших церковных гимнов, которым больше ста лет). Когда апостол говорил о «песнопениях духовных», то в оригинале стоит слово «ода». Ода — современный жанр во времена Павла, который получил развитие в Древней Греции. Одами воспевали поэтов, атлетов, богов и т. д. Причем это был светский жанр. Интересно, что Павел использует словосочетание «пойте оды духовные», желая подчеркнуть содержание христианских од, их отличие от светских, т. е., оды могли быть духовными и не духовными. Он обобщил в этих трёх терминах разные эпохи, разные периоды музыкальной истории и разные музыкальные стили. Поэтому и нам нужно иметь здравое мышление, чтобы знать, как применить и старинную музыку, и гимны, которые связывают нас с предыдущим поколением, и современные стили и жанры, не забывая духовный аспект. Когда мы общаемся с людьми, нужна мудрость, чтобы выбрать соответствующий ситуации стиль, эпоху, музыку. Только не следует забывать, что мы представляем Церковь и Бога.

 

Иногда в церквях проходят концерты различных коллективов и солистов, например, по случаю Рождества. Но некоторые верующие считают, что церковь — не самое подходящее место для таких мероприятий, тем более, если в качестве приглашенных исполнителей участвуют в том числе и невоцерковленные люди. Такие концерты воспринимается некоторыми консервативными христианами как нечто светское, недуховное, а здания церкви в их понимании должны быть предназначены только для богослужений. Кто здесь прав?

 

— В Вашем одном вопросе прозвучало два: об участии не членов церкви в духовных концертах и уместности такого рода мероприятий в церковных зданиях. Это непростые вопросы.

 

У нас есть церковное руководство, которое регламентирует, кто может, а кто не может участвовать в богослужении. В нем однозначно указано, что член церкви, который находится на дисциплинарном взыскании, не может участвовать в служении. Это вполне объяснимо, потому что жизнь человека, его дела говорят больше, чем слова. В то же время, когда мы приглашаем какого-то музыканта не из церкви участвовать в нашей встрече, и это видят окружающие, сам музыкант тоже становится своего рода свидетельством. Когда люди видят исполнителя, они смотрят на его жизнь, которая является даже большей проповедью, чем то, что он поёт. Эллен Уайт пишет, что мы не должны нанимать за определенную плату приглашённых музыкантов, чтобы ублажить слушателя, сделать какой-то спектакль или шоу. Однако есть ситуации, когда музыкальное служение является миссионерским, через это служение, через общение в коллективе люди узнают лучше церковь и Бога и таким образом отдают своё сердце Господу. Например, когда я учился в музыкальном училище (со мной также учились еще несколько адвентистов), то через влияние, оказанное нами, и общение в адвентистских музыкальных коллективах присоединилось к церкви до 10 человек. Думаю, что нужно, чтобы определённый совет в церкви решал, кому петь, кому нет, и в какой ситуации это может быть уместно, а в какой нет. Во всем должен быть здравый смысл.

 

Другой момент: наше служение имеет свою определённую структуру. Например, изучение Библии во время урока субботней школы имеет статус именно школы, а не богослужения и статус совершаемого служения влияет на церковные требования. Есть другие виды встреч, когда мы тоже призываем имя Божье: собрания в пятницу в церкви, миссионерские программы, домашние церкви и так далее. Есть определённое разграничение, и нужно понимать, что происходит, чего мы желаем достичь, какой у нашей встречи формат. Это может быть богослужение, субботняя школа, молодёжная встреча, творческий вечер — ко всему нужно подходить взвешенно и здраво. Есть разные форматы, не всё является богослужением и не ко всему предъявляются одинаковые требования.

 

Что касается уместности концертов в церкви, то этот вопрос требует исследования. С одной стороны, здание церкви, после его посвящения, одними рассматривается как место, отделённое только для богослужебных собраний и имеет статус храма, — отсюда, следовательно, вытекает философия предназначения и использования этого места. С другой стороны, как подметил во время семинара один из пасторов, здание церкви — это не храм, а дом молитвы; подразумевая широкий спектр услуг, который может быть оказан приходящим на это место. Объединяет эти две позиции тот факт, что Бог, устанавливая скинию, выразил желание «обитать среди народа». Всё, что происходит в здании церкви, должно быть достойным присутствия Бога и духовные, христоцентричные концерты, думаю, являются весьма уместными мероприятиями в наших церквях.

 

Некоторые христиане считают, что репертуар концертов, которые проводятся в церкви, или от имени церкви, должен включать только спокойную музыку. Если в музыке есть сильные эмоции, допустим, фонтанирующая радость или, напротив, определенный драматизм в исполнении, не всем это нравится и иногда такой репертуар или манера исполнения подпадает под запрет. Эмоциональная музыка — это хорошо или плохо?

 

— Бог создал нас гармоничными: дух, душа и тело, поэтому во всей целостности мы должны славить Бога. Если музыка не затрагивает наши эмоции, то что она тогда затрагивает? Ничего. Если музыка не эмоциональная, тогда это и не музыка. Если она не затрагивает сердце, не исходит от исполненного сердца музыканта и не волнует его как исполнителя, тогда она не будет волновать никого. Музыка должна волновать самого музыканта. Иначе она не дойдёт до адресата и никому не будет интересна. Бог говорит с нами как через разум, так и через наши чувства, а они в свою очередь откликаются в разуме. И это задача музыки — затронуть то прекрасное, что создал Бог. Кроме того, когда мы в Библии читаем о небесном богопоклонении, то видим, что описание присутствия Бога на престоле часто связано с громом и молниями. Разве это не выглядит драматично, когда звучит гром, когда дрожат небо и земля? Почитайте описание голоса Бога, похожего на шум вод многих — разве эта картина может оставить равнодушным кого-либо? Когда Христос умирал на кресте — это вселенская драма, Авраам, приносящий в жертву Исаака… и подобные образы требуют и соответствующих выразительных средств, чтобы передать это.

 

Такие популярные произведения как песня «My Heart Will Go On» из кинофильма «Титаник» всегда пользуются спросом у слушателей. Подобные заимствования из светского репертуара могут быть в христианском концерте? А инструментальная музыка из саундтреков к фильмам в качестве фонового сопровождения в церкви?

 

— Мы должны быть аккуратны в выборе музыки. Она может быть сама по себе хорошей, но в некоторых ситуациях не уместной — в том случае, если уводит от главной темы. Мы можем мысленно перенестись в какой-то знакомый кинофильм, и у нас перед глазами будут всплывать сцены из него. И, применяя такую музыку в церкви, мы можем невольно достигнуть обратного эффекта: не создать нужную атмосферу, а увести в другую. Но сказать, что это недопустимо в репертуаре — тоже нельзя, всё зависит от того, как подготовлен слушатель, какие ассоциации у него может вызвать то или иное произведение.

Мы призваны быть светом и солью

 

Я был на концерте в филармонии, где симфонический оркестр исполнял современное произведение по евангельским мотивам — «Страсти по Матфею» православного автора, митрополита Илариона (Алфеева). А нужно ли протестантам, в том числе адвентистам, уделять внимание тому, чтобы вносить определенный вклад в культуру общества, выходя на филармонии, большие концертные залы?

 

— Так и должно быть. Согласно Евангелию мы призваны быть светом и солью в этом мире. Как церковь мы не должны закрываться в наших стенах, а должны вносить вклад в наше общество — социальный, культурный. В этом наше призвание. Есть разные отделы в церкви: литературный, миссионерский, отдел детского служения, отдел здоровья, каждый из которых вносит свой вклад в общество. Музыка тоже должна стать таким вкладом. Но если мы проводим концерт, мы должны делать это с целью открыть людям Творца, а не просто ублажить кого-то. Мы должны ставить высокие цели. Сегодня в музыке славится всё, что угодно, только не Создатель. На светских концертах могут славить композитора, исполнителя, само исполнение — всё, что угодно. А небесная модель показывает, что музыка нужна для прославления Бога, поэтому важно, чтобы в наших концертах был возвеличен именно Он.

 

По мнению некоторых православных авторов, критикующих протестантизм, в среде современных протестантов нет талантливых или значимых художников, людей искусства. Но разве творчество таких авторов как латышский адвентистский композитор Модрис Закис, написавший прекрасные произведения, например, «Молитву», не может быть интересно широкому кругу людей, любящих духовную музыку? Но много ли людей за пределами церкви знают о нем? Может быть, существует определенный барьер? Как сделать так, чтобы лучшие образцы культурного достояния адвентистов видело общество, а не только те люди, которые внутри церкви?

 

— Во-первых, мы являемся немногочисленной церковью на постсоветском пространстве, в сравнении, скажем, с церквями, имеющими многовековую поддержку государства. Во-вторых, на мой взгляд, сейчас Церковь адвентистов седьмого дня в Украине является лидирующей среди протестантов по передаче духовных и культурных ценностей благодаря телевещанию. Не знаю, есть ли другие страны, кроме Украины, где церкви через СМИ могли бы вносить такой вклад в культуру и общество, как это делают телеканал «Надія» и радио «Голос Надії». Вклад в культуру ведь не ограничивается написанием картины или музыкального произведения, он разнообразен. И не это главное. Здесь не нужно соревнований, кто сделал больше, нужно сделать всё возможное. Что вам по силам — делайте. Подсчитывать результаты — дело Бога.

 

В еврейских христианских общинах музыка бывает связана с танцами. В церкви же иногда люди спорят, танец — это разрешено или запрещено. Другие говорят, что всё зависит от культурных традиций. Что Вы можете сказать о танцевальном элементе в музыке, которая не является богослужебной, но каким-то образом связана с христианским служением?

 

— В Библии есть упоминания о том, что евреи, когда пели, использовали танцевальные движения. Нужно смотреть, в контексте чего это делалось. Кроме того, танцы, которые использовались в еврейской культуре библейских времен, это не были танцы мужчины с женщиной, т. е., они не вызывали каких-то эротических ощущений. Это было выражение своих эмоций через искусство, которое представляло собой танцы либо женского коллектива, либо мужского. Эти хореографические движения выражали то, что наполняло сердце и всё это совершалось не в храме. Это не вызывало осуждения в данной культуре. К этому вопросу нужно подходить взвешенно и осторожно. Элементы, которые приемлемы в одной культуре, могут вызывать определённый культурный шок в другой. Когда мы говорим о разных культурах, нужно учитывать их контекст. И в то же время, когда мы хотим что-то применить на наших адвентистских встречах, нужно четко представлять характер этой встречи: это богослужение или встреча социального характера. Что является для нас главным: богопоклонение или вечерняя встреча, где нам просто приятно провести время вместе.

 

А вообще, всегда, когда приезжаешь из одной страны в другую, испытываешь культурный шок. Если в Украину приедет иностранец, он первое время тоже будет его ощущать. Например, в Мексике в церковной среде остро стоял вопрос: можно ли носить обручальное кольцо, будет ли это признаком духовности или нет? Здесь этот вопрос не стоит. Еще один пример — украинские верующие спорят, можно ли поставить новогоднюю ёлку, не будет ли это язычеством? А в Мексике ёлку можно увидеть в церкви, куда могут повесить денежные приношения и годовые дары. Есть отличия и в вопросе проведения субботы: то, что здесь, на территории постсоветского пространства, в день покоя непозволительно, то в Мексике позволительно и наоборот. В этих вопросах нужно идти за голосом совести. Есть моменты, которые не прописаны в Библии, и нужно пользоваться пройденным опытом и здравым смыслом.

Музыка имеет огромное влияние, если исходит из сердца

 

Вы сталкивались с конкретными случаями, когда музыка приводила людей к Богу? Знаете о случаях Божьего вмешательства через музыку?

 

— Музыка имеет огромное влияние, если она исполнена на должном уровне, и когда она исходит из сердца исполнителя, тогда касается сердец слушателей, так что они открываются действию Святого Духа. Люди способны тогда принимать важные решения. Евангелист Александр Буйон свои проповеди всегда заканчивает призывом и, как правило, приглашает певца, чтобы тот пел, когда он молится и делает призыв. Я его спросил: почему он это делает? Он говорит: потому что не всегда слово сказанное доходит до сердца слушающего. А вот слово спетое может проникнуть в те уголки сердца, куда слово сказанное не доходит. Звучит музыка, сердце человека смягчается и Дух Святой совершает свою преобразовательную работу. Прозвучал призыв и человек, услышав музыку, встал и пошёл.

 

Также евангелист Марк Финли рассказывал случай, когда сорвали евангельскую встречу, т. к. кто-то включил сигнализацию. Люди были в шоке, в панике, евангелист не мог проповедовать. После некоторого времени, когда разрешилась ситуация, за неимением времени для проповеди (оставалось 10 минут до окончания программы) он пригласил поющего, чтобы закончить эту встречу. Когда женщина пела, евангелист увидел, как лица людей меняются, как Дух Святой воздействует на их сердца. Когда М. Финли сделал призыв, 60 человек вышли вперед, чтобы принять Христа. Сердце людей было расположено не через проповедь, а посредством пения.

 

Речь идёт именно о песне или об инструментальной музыке? Мне встречались даже такие верующие, которые считали, что если музыка без слов, то она не способна выразить христианскую идею.

 

— Инструментальная музыка также может подготовить человека, создать определённую атмосферу. Библия подчёркивает, что мы можем использовать как одно, так и другое средство выразительности. Апостол Павел в Послании к Ефесянам, в 5 главе, в стихе 19, пишет: «поя и воспевая в сердцах ваших Господу…». Слово «воспевая» можно перевести как «поя и играя». Также в Послании Иакова (5:13): «Злостраждет ли кто из вас, пусть молится. Весел ли кто, пусть поет псалмы». И это выражение «поёт псалмы» означает, что «тот пусть и играет». Когда листаешь библейские комментарии к этому тексту, то находишь, что это слово может быть переведено двумя способами: и как пение, и как инструментальное исполнение.

 

Вы работаете со студентами. Есть ли у Вас свой подход, свой метод в работе с ними?

 

— Мой принцип: поставить цель и довести дело до конца, чтобы это был проект завершенный, где можно было бы увидеть и пожать плоды соделанного. Если это работа над музыкальным произведением или же над каким-то академическим проектом, это должно быть реализовано. Ничего особенного в этом нет. Стараюсь, чтобы все эти проекты, насколько это возможно, были направлены на выполнение миссии Церкви. Ставлю цели, предоставляю их в молитве Богу и приступаю к их реализации. Стараюсь поставить завышенную планку и прикладываю усилия, чтобы достичь результата, чтобы как мне, так и студенту получить взаимное удовольствие в работе.

 

Беседовал Игнат Меренков


Фото предоставлены Павлом Семанивским и Олегом Василенко

Теги:
1208







Матеріали по темі







Для того, щоб коментувати матеріали Religion.in.ua, необхідно авторизуватися на сайті за допомогою сервісу F-Connect, який використовує дані вашого профілю в соціальній мережі Facebook . Religion.in.ua використовує тільки ті дані профилю, доступ до яких ви дозволили сайту



Коментарі розміщюються користувачами сайту. Думка редакції не обов'язково збігається з думками користувачів.
Відвідувачі, що знаходяться в групі Гости , не можуть залишати коментарі в даній новині.
Останні коментарі
Опитування
настоятель парафії
парафіяльна рада разом із настоятелем та парафіянами
меценати, за кошти яких зведено храм
державні структури, що займаються реєстрацією парафій
усе, що вирішується на користь моєї конфесії, завжди правильно!
інший варіант