Регистрация в качестве субъекта публичного права дает религиозным организациям возможность открывать счета в банке, иметь собственность, строить культовые сооружения, вести международную деятельность. Между тем в 2001 году, во время правления Эдуарда Шеварднадзе, между ГПЦ и государством был заключен особый договор, наделяющий Церковь беспрецедентно большими полномочиями. Именно на этот документ ссылается теперь ГПЦ, настаивая на сохранении эксклюзивных прав.

В понедельник, когда закон был принят только в первом чтении, разгневанный Патриарх вызвал к себе лидеров правящей партии и попытался убедить их, что эти поправки "ущемят роль, статус и ранг Грузинской православной церкви". Однако парламентское большинство после долгих попыток переубедить Илию II все же приняло поправки во втором и третьем чтениях. Более того, депутаты внесли в законопроект новые поправки в части правил регистрации религиозных организаций. Если в проекте, представленном к первому чтению, предполагалось, что юридический статус будут иметь только иудейская, католическая, мусульманская и армянская церкви, то утвержденный вариант разрешает регистрировать в качестве субъектов публичного права любые религиозные организации, имеющие официальный статус хотя бы в одной стране–члене Совета Европы.

Депутаты от ЕНД не скрывают, что действовали вопреки воле главы ГПЦ из принципиальных соображений. "Давайте корректно и деликатно назовем позицию патриархии недоразумением,– сказал изданию один из лидеров ЕНД, депутат Давид Дарчиашвили.– Мы приняли это решение, поскольку строим светское, демократическое государство".

После утверждения поправок Патриархия выступила с беспрецедентно жестким заявлением, охарактеризовав решение законодательного органа как "наносящее ущерб национальным интересам Грузии и Грузинской православной церкви". С учетом авторитета ГПЦ и лично Патриарха Илии все оппозиционные партии встали на его сторону и обрушились с критикой на ЕНД. Оппозиционеры призвали правящую партию договориться с церковью. Однако в руководстве ЕНД считают, что разговаривать с Илией II бесполезно. "Это демагогия и профанация,– заявил газете источник в правящей партии.– Переговоры с патриархом шли с 2001 года, но совершенно безрезультатно. ГПЦ настаивает на сохранении дискриминационного положения, по которому юридический статус в Грузии имела только она".

Больше всех от поправок может выиграть Армянская апостольская церковь, которая получает шанс вернуть себе шесть армянских храмов (пять из них находятся в Тбилиси и один – на юге страны), где по требованию грузинской Патриархии уже несколько десятилетий запрещено богослужение. Этот вопрос не первый год отравляет отношения двух Церквей. В ходе недавнего визита в Грузию Католикоса всех армян Гарегина II главы двух Церквей прилюдно вступили в спор по этому поводу. Патриарх Илия II заявил, что требования Гарегина II будут удовлетворены "только после того, как грузинская епархия в Армении получит тот же статус и ей будут переданы несколько церквей на севере Армении". Между тем в Армении почти нет грузинского населения, то есть паствы, нуждающейся в этих церквях, в то время как только в Тбилиси, по последним данным, живут около 250 тыс. армян.
Почти сразу после принятия поправок глава европейской епархии ГПЦ владыка Зенон заявил в эфире оппозиционного телеканала "Маэстро": "Произошедшее – это большая победа Гарегина II и большое поражение Грузии, которая вскоре потеряет и церковь, и государство". Режиссер Роберт Стуруа и поэт Резо Амашукели даже обвинили Михаила Саакашвили в лоббировании интересов Армении. "Неудивительно, что Саакашвили к Грузии равнодушен. Ведь он армянин, а не грузин",– объявил Роберт Стуруа. А по мнению господина Амашукели, окончательное решение "всадить нож в спину матери-церкви" президент принял после беседы с главой МИД Армении Эдвардом Налбандяном, который посетил Тбилиси после Гарегина II. "Они сладко побеседовали и обо всем договорились, ведь оба они армяне! Что им Грузия и ее церковь?!"– воскликнул он.