Меджлис крымскотатарского народа выразил искреннее соболезнование родным, близким, друзьям и соратникам Елены Боннэр "в связи с постигшей всех нас тяжелой утратой" - кончиной известной правозащитницы, супруги покойного академика Андрея Сахарова, сообщает корреспондент "Религии в Украине".

Елена Боннэр была одним из наиболее последовательных и принципиальных правозащитников в СССР, выступавших в поддержку прав крымскотатарского народа, говорится в соболезновании.

"В памяти крымскотатарского народа навсегда останется мужество и стойкость, продемонстрированные ею во время Омского процесса 1976 года – судилища, организованного советским режимом над участником крымскотатарского национального движения и правозащитника Мустафы Джемилева, на который она приехала из Москвы вместе с Андреем Сахаровым".

Елена Боннэр скончалась 18 июня в Бостоне (США) в возрасте 88 лет. Из ее биографии известно, что в 14 лет она осталась без родителей, поскольку родители были репрессированы сталинскими карательными органами. С началом войны Елена Боннэр добровольцем пошла на фронт, демобилизована в августе 1945 года в звании лейтенанта медицинской службы и с инвалидностью второй группы. В послевоенное время Боннэр закончила Ленинградский мединститут, работала в системе здравоохранения, одновременно занималась литературной деятельностью, печатаясь в журналах «Нева», «Юность, «Литературной газете» и других изданиях. В 1960-80 годы Елена Боннэр занималась активной правозащитной деятельностью в Советском Союзе.

О религиозных предпочтениях четы Андрея Сахарова и Елены Боннэр мало что известно. Когда в 1973 они впервые попали в древний Сионский собор в Тбилиси, то поставили и зажгли свечи у одной из икон. "Потом мы как-то заговорили о Боге, о вере, о разнообразии верований среди ученых, - вспоминал физик и математик Марк Перельман. - А. Д. охотно поддерживал эти темы, говорил о религии как основном источнике морали народа. «Что касается меня... Я считаю, что внутренний смысл во всем бытии, во всем, что существует, есть. Полная неосмысленность, отсутствие какой-то духовной теплоты в мире для меня неприемлемо. То есть в какой-то мере это, наверное, религиозное чувство, но оно не выливается ни в какую религиозную систему, ни в какие-либо догматы... Вот такая у меня довольно сложная и неопределенная позиция...» По-видимому, такой же позиции придерживалась Елена Боннэр.

"В благодарной памяти крымскотатарского народа имя Елены Боннэр навсегда сохранится как символ беззаветного человеческого служения идеалам справедливости, добра и демократии", - говорится в соболезновании меджлиса.