Эти слова из наставления оптинского старца преподобного отца Антония. Полностью звучит оно так: «Иногда и много говорится, а слушать нечего, а в другое время и одно услышишь слово, и оно остается на всю жизнь в памяти». Побывав в качестве паломников в Оптиной пустыни и Шамордино, мы увидели и узнали немало. То, что останется в памяти, пусть, на первый взгляд, и незначительное, и есть то, что нужно, – как одно единственное слово, вовремя сказанное и услышанное.

 Оптина пустынь стала ближе

 Тихо на территории Иоанно-Предтеченского скита Оптиной пустыни. Слышно даже, как упало несколько спелых плодов с обступивших нас яблонь. Паломникам разрешают взять их с собой, в утешение со святого места. Благодатная осень плывет над землей… Посетить Иоанно-Предтеченский скит, где жили старцы оптинские, большая удача. По завету старцев посторонних сюда, в скит, не пускают. Но сегодня сделано исключение – разрешено побывать в келье преподобного отца Амвросия Оптинского. Тридцать лет прожил он здесь, лишь последние годы провел в деревне Шамордино, что в двенадцати верстах от Оптиной.

 …В келье покойно и благодатно, повсюду иконы. Это запоминается. И слова старца, начертанные так, чтобы их сразу можно было увидеть, – «Помни, что судить других, – значит осуждать свою душу», – врезаются в память. В дальнем углу перед иконою Пресвятой Богородицы горит негасимая лампада. Как же хорошо и светло на сердце!

 140 монахов живут в пустыни по строгому скитскому уставу. У монастыря имеется 600 гектаров земли, огромное подсобное хозяйство. А между тем на протяжении 65 лет обитель была закрыта, почти полностью разрушена. Верующим ее вернули лишь в 1987 году. Теперь Оптина пустынь хорошеет и отстраивается: недавно возведена еще одна церковь во имя Преображения Господня, сделана часовня над могилами иеромонаха Василия и иноков Трофима и Ферапонта, убитых в пасхальную ночь в монастыре в 1993-м – трагическая весть тогда в одно мгновение облетела весь православный мир.

 Главное богатство пустыни – это, конечно, старцы. Первым был иеромонах Лев, последним – преподобный мученик Исаакий (Бобраков). Между днями их памяти без малого сто лет.


Прозорливость, умение помочь в нуждах, в избавлении от страстей, с одной стороны, и пребывание в непрестанной молитве, в посте, в воздержании от всего житейского – с другой… Все это в оптинских старцах. Их наставления, тщательно собранные и опубликованные, еще раз побуждают поверить в то, что духовный рост возможен для каждого, что милосердие Божие бесконечно. С чувством благоговения приложились мы к мощам оптинских старцев, многие исповедались, те, кто готовились, причастились.

 Любимое детище преподобного Амвросия

 Следующей остановкой стала Казанская Свято-Амвросиевская пустынь в Шамордино – любимое «детище» отца Амвросия Оптинского. Первой настоятельницей Шамординской обители была его любимая воспитанница монахиня София Астафьевна Болотова, отличавшаяся особым милосердием и добротой. Частицы ее мощей находятся в храме Казанской иконы Божией Матери.

 Позади алтарной части похоронен благотворитель обители Сергей Васильевич Перлов. Именно на средства супругов Перловых были возведены уже названный нами величественный двенадцатиглавый Казанский собор, церковь «Утоли мои печали», трапезная, детский приют, мастерские.

Над двенадцатью главами Казанского собора до сих пор высятся ажурные кресты. А когда-то они по задумке создателей были с хрустальным наполнением, и оттого в воздухе вокруг крестов появлялось радужное свечение. Кстати, в этих местах радуга по какой-то причине особенно частое явление. Вот и по пути домой перед автобусом на полнеба родилась двойная радуга, «упавшая» в поле буквально в двадцати метрах от нас…

 Непостижимая тайна Провидения
 
Особого разговора заслуживают святые источники – «Живоносный» и в честь иконы Казанской Божией Матери. К ним ведет удивительной красоты лестница в 230 ступеней. Сделана она совсем недавно на средства благотворителей. А иконы… У каждой своя чудесная история. Так, икона Богородицы «Скорительница хлебов» явилась на облаке преподобному старцу Амвросию и не раз спасала верующих от голода.

 Еще одна икона Казанской Божией Матери, специально написанная греческим иеромонахом Арсением для центрального иконостаса храма уже в наши дни, прославилась тем, что размер ее в точности совпал с тем, который для нее был оставлен, хотя и сам мастер-иконописец о нем не знал. Нельзя не восхищаться и храмом в честь преподобного Амвросия Оптинского. На его месте когда-то стояла келья старца.

 Атеизм прочно свил гнездо сомнения во всем том, что связано с верой. И когда узнаешь о том, сколько людей, искренне верующих, было в истории нашей страны, отдавших во славу Господа все, что имели, становится теплее на душе. Интересно, что в Шамординском монастыре долгие годы жила монахиней сестра Льва Николаевича Толстого Мария Николаевна. Писатель часто приезжал к ней, вплоть до самой своей кончины. Да и судьба С.В.Перлова поучительна. Не раз говорили ему, мол, слишком уж много тратится он на строительство монастыря. «Вы не представляете, сколько мне воздает Господь!» – отвечал он. И действительно, год от года становился богаче, в итоге став первым промышленником в Москве.