«Когда заканчивается жизнь?» - так озаглавлена встреча из цикла «Беседы в соборе», прошедшая вечером 20 апреля в Латеранской базилике св. Иоанна, передает Радио "Ватикан".
Ее открыл кардинал-викарий Агостино Валлини; со своими рассуждениями о завершении жизни в свете законодательного проекта, одобренного итальянским Сенатом и переданного на рассмотрение в Палату депутатов, выступили монсеньор Рино Физикелла, президент Папской Академии защиты жизни; Франческо Д'Агостино, почетный председатель Национального комитета по биоэтике; и Мария Луиза Ди Пьетро, президент ассоциации «Наука и Жизнь».
Казалось бы, поставленный вопрос прост, но он требует предельной ясности. Когда заканчивается жизнь человека? И что мы подразумеваем, говоря о жизни? Можно ли положить конец человеческому существованию и вправе ли государственный закон регулировать эту сферу?
Множество вопросов появилось после истории с Элуаной Энгларо, которая привела в замешательство всю Италию и в то же время побудила Сенат к одобрению законопроекта о завершении жизни.
Рино Физикелла подчеркнул, что необходимо прийти к «общему знаменателю» в дебатах на эту тему, чтобы «утихомирить бурю» дискуссий.
«Нельзя соглашаться ни с эвтаназией, ни с терапевтической настойчивостью, - заметил, в свою очередь, кардинал Валлини. - Между ними лежит «серое пространство», чрезвычайно деликатное, вокруг которого и идут споры».
Проблема окончания человеческой жизни разделяет и научное сообщество, когда речь идет о сложных клинических случаях - таких, как длительное вегетативное состояние или дегенеративные патологии.
Когда же наступает конец жизни, согласно биоэтике? Мария Луиза Ди Пьетро утверждает, что ответом на это сомнение может быть только неустанная забота о больном в его глобальности, даже в тех случаях, когда выздоровление исключено. Нельзя оставлять без поддержки его семью, потому что там, где возникает одиночество, страх и оставленность, могут зарождаться мысли о том, чтобы положить конец жизни.
Наконец, профессор Д'Агостино указал на ошибочное разделение между биографической и биологической жизнью. Согласно этой концепции, «когда биография теряет свое значение, мол, бесполезно защищать биологию; если больной вступил на заключительный этап своей жизни - то есть биографически не может присутствовать в мире, - бесполезно бороться за продление его жизни». Антропологическая ошибочность данного утверждения огромна, поскольку в его основе лежит абстрактная идея: что только физически здоровый человек имеет жизнь, достойную этого имени. В то время как истинным было бы как раз противоположное утверждение, сказал профессор Д'Агостино.
Монсеньор Физикелла отметил: «Лишь в той мере, в какой мы способны дать любвеобильный ответ, мы сможем ответить на вопрос о смысле страданий и смерти".