В Москве открылся новый антикварный магазин. В разгар кризиса событие, прямо скажем, неожиданное. Впрочем, это не единственное, что вызывает удивление.

Громадное помещение в 2 тыс. кв. м (мало какая из московских галерей может с ним конкурировать) расположилось в подземелье храма Христа Спасителя - там, где раньше была автостоянка, в свое время также вызывавшая большие споры. Это место на Волхонке вообще странное. С тех пор как в XIX веке тут снесли под ноль многовековой Алексеевский монастырь, площадке явно не везло: храм, который строили так долго, что успел смениться император, взорвали через 50 лет после завершения. Место превратилось в каменоломню, затем в пустырь, позже в общественный бассейн. Новое время не придумало ничего лучше, как водрузить обратно теперь уже чучело того самого храма, но со всеми современными атрибутами: той самой парковкой, вполне респектабельным закусочным заведением под грифом «Фонд храма Христа Спасителя», а теперь - и вовсе магазином. Помещение это, правда, принадлежит не Церкви, а Правительству Москвы, которое его сдает в аренду.

Открывали Volkhonka Fine Art center шумно. Народу назвали так много, что не только протолкнуться - вздохнуть было негде, систему кондиционирования отрегулировать явно забыли. Как всегда на открытиях, публика выпивала, закусывала, слушала музыку, участвовала в лотерее. На пригласительных были номера, по которым можно было выиграть гравюру Дюрера. Владельцы оценили ее в 8 тыс. долл., но в итоге подарили принцессе Кентской, свадебному генералу всего действа. Принцесса осталась страшно довольной, а в интервью «Независимой газете» рассказала, что повесит Дюрера в своей гардеробной. И кстати добавила, что не только не видит никакой проблемы в том, что магазин расположился прямо под храмом, но и, наоборот, надеется, что «Бог будет хранить эту галерею. В Европе антикварные магазины часто располагаются вокруг соборов - люди идут молиться, а заодно заходят посмотреть картины». Короче, публика занималась чем угодно и смотрела куда угодно, только не на стены.

У тех же, кто все-таки на стены смотрел, висевшие там полотна вызывали вопросы. На Волхонку привезли около сотни работ, принадлежащих итальянскому антиквару Чезаре Лампронти. Лампронти - человек уважаемый, с солидным опытом и роскошным магазином на виа Бабуино в Риме. На главной европейской ярмарке в Маастрихте его стенд всегда предлагает итальянских старых мастеров высшего качества. Здесь же, в Москве, за исключением нескольких полотен остальное с первого взгляда производит странное впечатление европейского неликвида, щедро собранного для малообразованного русского покупателя. Вещи привезли надолго, на несколько месяцев - ни один европейский антиквар не согласится выдать коллекционные шедевры на столь длительный срок в страну с непонятным рынком и еще более непонятным покупателем. Да и сам Лампронти на пресс-конференции сообщил, что, по его мнению, русские коллекционеры характеризуются тем, что в первую очередь желают обставить свои дома. В выборе вещей эта позиция очень заметна - декоративность, а не художественное качество здесь главный критерий. Впрочем, идея эта принадлежит не Лампронти, а директору Volkhonka Fine Art center Алексею Волобаеву, который занимается вообще-то не антиквариатом, а строительством частного жилья. Видимо, поэтому он решил помочь таким образом декораторам. Только почему в эпоху лаконичности и минимализма его выбор пал на живопись барокко - загадка.

Привезли же действительно живопись итальянского барокко, у которой с декоративностью как раз все в порядке - бесконечные цветочные россыпи, рога изобилия, пузатые амуры и лопающиеся от спелости арбузы. Барочная живопись вообще на любителя, а уж когда в таком количестве, так что просто начинает граничить с пошлостью. К тому же отреставрированы многие вещи так рьяно, что не просто пахнут свежайшим лаком, но и производят впечатления новоделов. Которыми, конечно, вряд ли являются - Италия в свое время произвела на свет такое количество живописи разного качества, что сегодня подделывать художников средней руки просто не имеет смысла.

Все, что привезли, конечно, продается. Как всегда, пришлось выкручиваться с российским законодательством - продаваться-то продается, но поскольку ввезены вещи как временная выставка (чтобы не платить сумасшедший - 18% - налог), то купить их можно только в Риме, куда работы сначала должны вернуться, а потом покупатель должен их забрать. Цены проставлены заранее на этикетках - правда, не реальные, а страховочные, которые обычно от реальных отличаются, но, как пояснил «НГ» господин Волобаев, к ним достаточно прибавить комиссионные 10%. Самая дорогая из работ - небольшое полотно Тьеполо (его страховая стоимость 750 тыс. евро). Остальные цены колеблются примерно от 40 до 300 тыс. евро. По большей части это второстепенные итальянские и голландские художники - то есть не коллекционные вещи, а интерьерные. Для простых смертных галерея тоже будет открыта - три раза в неделю и по билетам, что вообще-то для коммерческого проекта дело неслыханное.