[...] Визит в Константинополь, скорее всего, был задуман Патриархом Кириллом сравнительно недавно, но так, что времени на его подготовку оставалось еще достаточно. Вероятно, окончательное решение было принято после Всеправославного совещания в Шамбези (Швейцария), где находится особый представительский Центр Вселенского патриархата, в начале июня. Совещание, напомним, приняло довольно неблагоприятные для РПЦ МП решения по ключевому для двух патриархатов спорному вопросу – о порядке канонического окормления православной диаспоры, где у Константинопольского патриархата проживает едва ли ни 90 % паствы. Непримиримые противоречия двух Церквей по этому вопросу торпедировали еще в середине 1960-х гг. процесс подготовки Святого и Великого Собора Православной Церкви (именуемого также "Восьмым Вселенским"), а в середине 1990-х, после крушения советского лагеря, обеспечивавшего доминирование РПЦ МП в Восточной Европе, обернулись новым переделом православного мира, коснувшимся даже собственной "канонической территории" Московского патриархата (например, в Эстонии). Вопреки решениям более раннего периода, когда рассмотрение конфликтного вопроса непременно переносилось на неопределенное будущее, теперь в Шамбези дело сдвинулось с мертвой точки. Во всех странах диаспоры, то есть за пределами границ традиционных православных автокефалий, будут созданы Совещания православных епископов, в которых председательствовать будет в обязательном порядке епископ Константинопольской Церкви. Под этим "враждебным" решением красуется и подпись председателя ОВЦС МП архиепископа Илариона (Алфеева). А ведь это решение содержит признание не только "почетно-традиционного", но и практического, административного первенства Константинополя в православном мире – тот самый своего рода "восточный папизм", который принято всячески обличать в Русской Церкви. Сопоставив факт принятия этого нового Шамбезийского "ороса", который архиепископ Иларион мог подписать только и исключительно с одобрения Патриарха Кирилла, и факт "внезапного" визита Кирилла с Иларионом в Константинополь, приходим к следующему логически неизбежному выводу. Между Московским и Константинопольским патриархатами имеет место некий новый, интенсивный дипломатический торг, которого не было до патриаршества Кирилла. Наиболее очевидным предметом этого торга в современных условиях может быть Украина – последний мощный бастион Московского патриархата, находящийся за пределами России. Для интересующихся церковной политикой не секрет, что Константинополь имеет "свои виды" на Украину, считает незаконным и неканоничным включение Киевской митрополии в состав Московского патриархата в XVII веке и готов к самостоятельным действиям в Украине, по мере политического обособления этой страны от своей бывшей метрополии. Все это было прямым текстом сказано и на практике продемонстрировано почти год назад, во время празднования 1020-летия Крещения Киевской Руси, когда Патриарх Варфоломей прибыл в Киев вопреки открыто выраженному протесту Патриарха Алексия II. Последний, в конце концов, вынужден был смириться и прибыть в "мать городов русских" вслед за ее "исторически законным кириархом", что, разумеется, воспринималось как грандиозное дипломатическое поражение Москвы и большой проигрыш церковной дипломатии РПЦ МП. Основательность, с которой подходит Патриарх Кирилл к организации теперь уж "эксклюзивного" визита Московского Патриарха в Украину, свидетельствует о его намерении провести серьезную "работу над ошибками" своего предшественника в этом ключевом регионе современного православного мира.

Таким образом, мы склонны поместить экспресс-визит Патриарха Кирилла в Константинополь в контекст его предстоящего фундаментального визита в Украину. И если так, то предметом торга может быть отказ от претензий РПЦ МП на православных диаспоры в ответ на отказ от претензий Константинополя на Киевскую митрополию, хотя бы временный. Ведь действительно, рассуждая рационально, былых позиций в православном мире Москве уже не вернуть, так зачем же, сражаясь за исторические миражи, терять свои еще вполне реальные и весомые позиции в Украине? Прежнему священноначалию дать правильный ответ на этот вопрос мешал груз застарелых церковно-политических стереотипов, который у нынешнего "менеджерского" руководства РПЦ МП значительно меньший.

Но информацию о предстоящем визите и новом московско-константинопольском торге надо было хранить в секрете до последнего. Иначе разогретые прошлогодними страстями 1020-летия церковные публицисты в России и Украине могли изрядно подпортить ход переговоров. Ведь правилом хорошего тона в российских церковных СМИ, равно как и в промосковских украинских, является обличение и, откровенно говоря, ругань в адрес Константинополя, никакие компромиссы с которым массовым церковным сознанием не допускаются…

Диаспора Константинопольского патриархата в США достигает, по некоторым сведениям, 3 миллионов человек. Этот крепкий финансово-политический базис Вселенского патриархата позволяет ему не только относительно комфортно "экстерриториально" существовать в пределах современной националистической Турции, но и выступать символическим центром вселенского "мирового православия", и солидным субъектом международных межрелигиозных контактов. Положение и связи американских греков таковы, что главным политическим "спонсором" и гарантом Константинопольского патриархата выступают американские власти, включая президента США. Барак Обама уже в Москве, и Кириллу (Гундяеву) предстоит с ним завтра важная встреча. Почему бы не связать его экспресс-визит в Константинополь и с этим мероприятием?

Недоумевающей же церковной общественности, привыкшей воспринимать нынешний Константинопольский патриархат сугубо в негативных тонах, всегда можно предъявить благостные картины: Патриарх Кирилл впервые посещает оскверненный Храм Святой Софии, Патриарх Кирилл освящает первый русский храм на турецкой земле, Патриарх Кирилл договаривается с турецкими властями о развитии паломничества и возрождении христианских святынь… "Внезапный визит" оказался хорошо продуман и организован. Впереди – Киев.

Полный текст статьи на Портал-Credo.Ru