Оправдались опасения православных на тот счет, что скоропостижный Собор (Поместным назвать его сложно, учитывая то, КАК проводились «выборы» делегатов) предпримет шаги к разрыву с Церковью-матерью. Вернее, новых шагов не предпринималось (слишком уж громкий информационный шум подняли сторонники единства РПЦ), но закрепление на заранее подготовленных автокефальных позициях состоялось.

Конечно же, дабы с одной стороны соблюсти приличия, а с другой – успокоить далекую от канонических тонкостей паству, «ухвала» собора (а языком его документов был исключительно украинский) «удостоверила молитвенное и каноническое единство с Русской православной церковью».

Но это, как говорится «Слова, слова». Дела же свидетельствовали о другом. Вернее, делишки. То, как они творились, один из участников собора раскрыл для информагентства «Новый регион». Что же сотворено, я также рассказал НР2.

Вкратце можно перечислить следующее.

Прежде всего, речь идет об утверждении устава, в котором УПЦ наделяется правами автокефальной церкви: независимость в устройстве, распространение полномочий за пределы Украины (то есть «отодвигание» Матери-Церкви при окормлении диаспоры), резкое расширение полномочий в области межконфессиональных и внешних церковных связей, лишение архиерейского собора РПЦ статуса суда высшей инстанции и многое другое.

Все это выходит за пределы прав, дарованных томосом патриарха Алексия и вступает в кричащее противоречие с Уставом РПЦ (с его определением самоуправляемой церкви и широкой автономии). 

При этом в желании укрепить позиции латентных автокефалов в синоде, собор идет даже на нарушение собственного только что же утвержденного Устава! – расширяет численность синода. Само собой, нарушается и Устав РПЦ (к которой все еще принадлежит УПЦ).

Столь же беззаконным является и утверждение решения синода УПЦ об отлучении от церкви председателя Союза православных братств Украины (выступающего СА единство с РПЦ). Ведь свершилось это без проведения церковного суда.

Обращают на себя внимание и следующие – симптоматичные – моменты в докладе предстоятеля УПЦ митрополита Владимира.

«После десятилетий ограничений Украинская Православна Церковь в полноте возобновила богослужебную и литургийную жизнь», исходя из чего следует понимать, что именно УПЦ, а не Русская церковь существовала на киевской земле до упомянутых «десятилетий ограничений».

Мысль митрополита о желательности внедрения украинского языка в богослужение облекается в форму заботы о комфорте верующих. И это вместо призыва к повышению общей православной культуры до уровня, позволяющего оценить все богатство богослужения на языке, который понимали десятки поколений наших предков. Предстоятель УПЦ приглашает к работе над богослужебным языком «всех ценителей церковного богослужения», что для истинных верующих, не мыслящих жизни без литургии, звучит, вообще-то, подобно «ценительству вдыхания воздуха».

Обращаясь к пребывающем в расколе, Блаженнейший напоминает им, что получаемые ими таинства лишены ПОЛНОТЫ спасительной благодати, тем самым, видимо, оставляя надежду, что ДОЛЮ благодати раскольники все же дают. Видимо, в части «спасительного украинства».

Оправдывая диалог УПЦ с «неканоническими структурами», митрополит уповает на возможность «благодатного преображения ума и жизни тех, кто пребывает в расколе». Но диалог-то ведется не с теми, кто обманут, а с теми, кто обманывает – с «епископами»-расколоучителями!

Православную молодежь Блаженнейший призывает воспитывать в духе традиций времен гетмана Петра Сагайдачного, не уточняя, правда, имеется ли ввиду поход на Москву, когда за тысячи загубленных православных душ (большей частью мирных жителей), гетман получил 20 тысяч золотых и 7 тысяч штук сукна от польского короля. 

Впрочем, все это лишь фон к главному. 

А, главное в том, что автокефальный, по сути, Устав УПЦ вступил в действие немедленно – без одобрения патриарха. То есть, в нарушение положения о том, что УПЦ «В своей жизни и деятельности руководствуется Томосом Патриарха Московского и всея Руси 1990 года и Уставом Украинской Православной Церкви, который утверждается ее Предстоятелем и одобряется Патриархом Московским и всея Руси». 

Таким образом патриарху брошен вызов. Таким образом в преддверие визита патриарха на Украину, ему дают понять «Ты едешь уже не к себе, а в гости».

Вопрос перед патриархом поставлен ребром. И если раньше еще возможны были какие-то компромиссы, откладывание некоторых болезненных вопросов на «более благоприятные времена», то более медлить некогда – раны вскрыты.

Впрочем, до ПАСТЫРСКОГО визита еще две недели и у неподконтрольных серому кардиналу УПЦ Александру Драбинко православных деятелей и СМИ достаточно времени, чтобы организовать информационную и – в первую очередь – молитвенную поддержку патриарху. Пусть и он увидит, кто его настоящие друзья и паства, а кто только облечен в шкуры паствы.