Оказывается, я соскучился по лекции. Хорошей, глубокой, интересной. Никогда бы не подумал. Столько лет прошло после универа. Тогда он был один такой в Украине. Киевский. Красный. Цвета Владимирской орденской ленты, а не из-за левых убеждений студентов, как нам тогда впаривали историки КПСС. Классная лекция проходила совершенно незаметно. Время как бы спрессовывалось. Немногие преподы могли работать на подобном уровне. Ведь дело не в том, чтобы изложить материал в популярной форме, разбавив его веселыми историями и анекдотами. 

Это, конечно, мило и забавно, но не то. А вот когда после лекции хочется идти в читалку, чтобы узнать больше, добавить в мозги знаний – значит, преподу удалось сотворить небольшое чудо. Проявлялись совершенно детские желания. К примеру, стать историком философии, чтобы разобраться, в конце концов, в этом Гераклите по кличке «Темный». Или же превратиться в отпетого гегельянца, который все-таки постиг науку логики, совпадающую с развитием всего человечества. Как вариант – написать диссер об экономико-философских рукописях Маркса 1848 года. Карлуша же был очень и очень неглупым евреем. Это Владимир Ильич его упростил, уложив в схему диалектического материализма. Да мало ли было преподавателей, которые действительно умели заставить тебя думать. Направить. Вот именно этого ощущения мне, как выяснилось, и не хватало все эти годы. И вдруг оно вернулось. Причем совершенно неожиданно. 

В университете вчера состоялась встреча Патриарха Кирилла с ректорами украинских ВУЗов. Проводил ее Дмитрий Владимирович Табачник. Тема, несмотря на пафосное название, довольно заезженная в последнее время: «Духовные основы образования». Можно долго говорить ни о чем. Патриарх немного опаздывал. За круглым столом в 205 аудитории (вот убей меня не помню, что там было во время моей учебы) собрался ректорат. «Могилянка», Одесса, Харьков, Днепропетровск и так далее. Неожиданно я сообразил, что Губерский (ректор университета) – одни в один Березовский. Прямо вылитый. Постаревший вечный декан философского факультета Анатолий Конверский задумчиво крутил на мизинце обручальное кольцо. В небольшой аудитории становилось жарко. Как в здании Печерского суда. Наконец возникла суета, которая, как правило, предвещает появление главного гостя. Так и произошло. 

Сначала все в традиционном формате брифинга. Короткое вступительное слово Дмитрия Табачника. Щелкают вспышки. Затем Губерский традиционно рассказал о выдающихся выпускниках универа (Бердяев, Булгаков). Сколько себя помню, он всегда о них рассказывал. Только список менялся. Сегодня, к примеру, из него были исключены деятели партии и правительства СССР. Потом слово предоставили Кириллу. Ну все знают, что главное для шакала пера – вычленить из выступления ньюсмейкера новость и «запаковать» ее. Достал свой блокнот и попытался записывать. Через некоторое время понял, что я инстинктивно конспектирую лекцию. Именно лекцию, которую хочется записывать, чтобы не упустить ключевые моменты, а потом по отдельным тезисам воспроизвести ее снова. Классный препод совершенно незаметно дает ключевые фразы, которые легко запоминаются и позволяют «развернуть» его выступление потом. 

Патриарх с самого начала признался, что утром перечитал подготовленный ему текст выступления, но решил сделать по-другому. «Накарябал» (по его выражению) несколько тезисов и заранее попросил прощения за то, что будет иногда читать по бумажке. Чтобы не сбиться. А он и не сбился: «Любую цивилизацию определяет то, как она отвечает на три главных вопроса – О Боге, о мире и о человеке». И именно с этого момента началась лекция. Совершенно неожиданно. Неформат, как говорят телевизионщики. «Нарезать» новостей из этого текста не получится. Кирилл легко оперировал такими терминами, как «восточно-христианская цивилизация» и «антропоцентризм». Когда это делает дилетант, то становится скучно. Когда это делает человек знающий – это увлекательно. 

Патриарх рассказывал о цивилизации, которая забыла о нравственности и поставила в центр мироздания не Бога, а человека. Реформация, Возрождение… Нарушился механизм передачи культурно-нравственных ценностей. Отброшены традиции, которые и составляли основу этого механизма. Объявлено, что не существует монопольного права на истину, поскольку у каждого она может быть своя. 

Неторопливо, как опытный лектор, Кирилл последовательно развивал идею о крахе цивилизации, отказавшейся от Бога. О доктрине прав человека, которая зашла в глубокий нравственный тупик: сексуальная революция, феминизм, узаконенный гомосексуализм. Это ли действительные, неотъемлемые права человека? Патриарх не навязывал свою точку зрения. Он просто обозначал проблемы. Заставлял думать. «Идеологии не живут больше трех-четырех поколений. Марксизм… Национал-социализм… Они абсолютизируют одну концепцию общества, но затем неизбежно профанируются». «Рудиментарная религиозность позволила нам победить в великой войне». 

Ректоры кивали с умным видом. Некоторые делали пометки. Только Конверский аж светился. Он, наверное, тоже соскучился по хорошей лекции. А Кирилл говорил на его языке. Думаю, это было здорово. Потом Патриарх спохватился, поскольку формат брифинга не позволял вписаться в академическую полупару. Поблагодарил ректора и министра образования за прием. По-хорошему позавидовал тому, что Высшая аттестационная комиссия Украины утвердила новую специализацию – «богословие»: «Мы в России только мечтаем об этом». Рассказал об открытии храмов в высших учебных заведениях. Постепенно вернулся в мирскую повседневность… А потом прессу попросили удалиться, поскольку должно было начаться совещание. 

… Уходя из красного корпуса универа, я думал: надо же такому случиться, что меня столько лет абсолютно не тянуло в альма-матер. И вот когда впервые за много лет я туда вернулся, то совершенно неожиданно прослушал настоящую лекцию.