Глава Синодального информационного отдела Русской православной церкви Владимир Легойда ответил на вопросы журналистов и читателей в эфире радио "КП" (97.2 FM).

Реакция за 2000 лет не изменилась

– Голос церкви звучит порой неоднозначно, вызывая много дискуссий. Не смущает?

– Это замечательно, что вызывает дискуссии. Давайте возьмем Евангелие и почитаем, какую реакцию вызывало слово Христа. Самую разную. В этом смысле за 2000 лет ничего не изменилось. Слово церкви – это слово любви. И никакой другой цели у церкви нет. При этом людям в рясах очень важно понимать ответственность за каждое сказанное слово. Когда был создан наш отдел, меня пригласили на первую пресс-конференцию в новой роли, я спросил у Святейшего Патриарха, идти ли мне туда. Он говорит: "Конечно, это ваша работа". И через небольшую паузу добавил: "С пониманием глубочайшей ответственности за каждое сказанное вами слово".

– Этой осенью издаваемый вами "Фома: журнал для сомневающихся" отмечает 15-летний юбилей. На какие средства живут православные издания?

– Мы обычно говорим о трех рождениях "Фомы". Появились люди, которые поняли, что могут вместе работать. Потом название. Это целая детективно-мистическая история – название приснилось супруге моего друга и коллеги. А через много лет маркетологи сказали нам, что существительное мужского рода из двух слогов – идеальный вариант для журнала. А третье рождение – это когда мы нашли первое финансирование. Любое печатное СМИ может жить либо за счет тиража, либо за счет рекламы, либо за счет целевого финансирования или субсидий. В нашем случае это благотворители, наши друзья, которые в момент, когда журнал переживал очень тяжелый этап, сказали: мы считаем, что такой журнал должен быть. Поэтому ежемесячно мы получаем дотации, которые покрывают наши необходимые расходы.

– А возьмете работать мусульманина или атеиста?

– Этот вопрос первый раз для меня лично прозвучал на пресс-конференции, когда мы запускали телеканал "Спас" в 2005 году. Я тогда замешкался, но один из основателей канала очень хорошо ответил: а зачем мусульманину работать на православном канале? Многие люди, приходившие к нам не в агрессивно-атеистическом состоянии, а в состоянии серьезных сомнений, через какое-то время работы крестились, если не были крещены. Хотя кто-то и уходил. У нас работали и работают сотрудники, которые не являются церковными людьми.

Бедных венчают бесплатно

– Почему у нас вообще такая тарификация на услуги церкви?

– Каждая копейка, которую человек приносит в храм, – это жертва. С него никто не может ничего требовать. Если бедной семье тяжело пожертвовать что-то за венчание и они честно об этом говорят, их обязаны повенчать без денег. Но хочу отметить и то, что никаких других доходов у церкви нет. Священник в любые времена и в любой религии, как принято говорить, питался от алтаря. То есть от того, что люди приносили в храм. В большинстве своем у священников многодетные семьи, священники нигде больше не подрабатывают. Большинство священников живут далеко не припеваючи. Возьмите любые сельские храмы, где у людей нет возможности жертвовать много. Поэтому не нужно обманываться, читая не очень честные статьи о "богатстве церкви".

– То есть священники на "Мерседесах" – это миф?

– Безусловно. Конечно, у некоторых батюшек есть хорошие машины. И слава Богу. Потому что они на этих машинах делают много добрых дел. Большинство машин – это подарки. Я знаю очень многих священников, но не знаю ни одного на "Мерседесе". Я не говорю, что их нет. Я говорю, что лично ни одного священника на "Мерседесе" никогда не видел. Повторяю, есть хорошие машины у некоторых епископов. Но это – лишь средство передвижения.

Исповедь онлайн

– РПЦ активно осваивает соцсети. У нас в эфире ректор РПУ игумен Петр (Еремеев) рассказывал, что на общение с такой виртуальной паствой у него уходит уже несколько часов в день. То есть спрос есть?<

– Безусловно. Конкретные результаты есть. Когда мы собирали деньги всем миром для погорельцев прошлым летом, то существенная часть того, что собрала церковь (а церковь очень много денег тогда собрала, причем приносили деньги, продукты, медикаменты люди не только верующие), было сделано с помощью соцсетей. Однако все, что касается таинств венчания, крещения, невозможно сделать с помощью Интернета. В исключительных случаях можно отправить свою исповедь письменно батюшке по электронной почте, но дальше – это уже вопрос пастырской практики и решения, как с этим быть.

– То есть исповедь онлайн теоретически возможна?

– Я говорю немного о другом. Скажем, есть у вас духовник. Вы уезжаете на 4 года в командировку. И понимаете, что не увидите его. И вы в таком случае можете описать подробно свое состояние и получить ответ. Это может быть не исповедь в том смысле, что он будет разрешать вас от грехов. Но ваш духовник, который вас хорошо знает, может вам что-то посоветовать, если нет другого способа общения.

Никого не судим

Звонок от радиослушателя Александра:

– Церковь превращается в коммерческий магазин – услуги продаются за определенные деньги. Благословляют даже бандюганов!

– Не надо забывать, что первым человеком, которому Христос сказал, что ты ныне будешь со мной в раю, был разбойник, который был распят рядом с ним на кресте. Церковь не судит никакого человека, будь он чиновник или преступник. Она помогает любому человеку прийти к Христу. Конечно, если сам человек этого хочет и готов измениться.

Звонок от радиослушателя Анатолия:

– В храмах сплошная торговля! Давайте вспомним Христа, который раскидал торговцев из храма.

– На что человек может пожертвовать, входя в храм? Это свечи, крестики, книги. Где их можно получить, если не в церкви? В больших храмах, если есть возможность, свечи, крестики, книги лучше вынести на улицу, в специальный киоск. Но никакой колбасой никто у нас в храмах не торгует и не будет никогда торговать. Речь идет о том, что помогает человеку в его вхождении в церковную жизнь.