В эти выходные, наконец-то, сподобился посмотреть фильм “Царь”. Очень воодушевлен, потому что кино действительно хорошее. В смысле: сильная картина. Но и удивлен в то же время.

Ну, казалось бы, в чем фабула? В 1565 году, в самый разгар Ливонской войны, когда западные рубежи Московии содрогаются от ударов польского короля Сигизмунда, на юге совершает набеги крымский хан, а внутри страны лютует опричнина, Иван ГрозныйСоловецкого монастыря Филиппа (Колычёва). Примерно три года Филипп противостоит словом и делом злодействам Скуратова, Басманова и их собачьеголовых приспешников (в действительности лишь выполнявших волю Ивана IV), обличает убийства и пытки, но и сам погибает, лишившись поддержки царя. Мораль вроде бы простая: вот оно, истинное поведение христианина по отношению к власти, образец православной этики (недаром Русской Православной Церковью митрополит Филипп прославлен как святитель Филипп Московский)… призывает в столицу и позже делает митрополитом друга детства, игумена

Но на самом-то деле еще неизвестно, кто больше христианин и кто более истово верует – гуманист Филипп или злодей Иван Грозный. Парадокс в том, что и тот, и другой ничуть не уклоняются ни от религиозных канонов, ни от православной морали. Но если Филипп руководствуется одной частью вероучения – в основном из Евангелия (о смирении, всепрощении, и т.п. сентенциях в духе ““Но кто ударит тебя в правую щеку твою, обрати к нему и другую” (Матф.5:39), то царь обращен к другой, не менее канонической его части – Апокалипсису: “и вот, конь бледный, и на нём всадник, которому имя «смерть»; и ад следовал за ним; и дана ему власть над четвёртою частью земли — умерщвлять мечом и голодом, и мором и зверями земными”…

Ну и кто же тут более прав с православной точки зрения – исцеляющий слепых и убогих Филипп или подавляющий бунт черни, казнящий врагов своих зверями земными (свирепыми медведями) и собирающий царство в кулак Иван Грозный? Вспомним, ведь к этому времени он уже и Казань взял, и Астрахань покорил, и непокорных новгородцев усмирил… Так что с точки зрения государственной Иван-то, пожалуй, будет покруче и поправедней…

Или дело в самих внутренних противоречиях идеалистического вероучения, которое удобно тем, что его можно легко приспособить к любой власти и к любой цели – и праведной, и откровенно человеконенавистнической? Этакий универсальный катехизис христианина…

Как известно, Олег Янковский прежде, чем взяться за роль Филиппа, получил благословение покойного Патриарха Алексия. Другой актер, исполнитель роли шута Иван Охлобыстин и вовсе является рукоположенным в сан священником РПЦ. Хорошо известна и глубокая религиозность Петра Мамонова (именно он исполняет в фильме роль царя). При таком-то актерском составе и

при этих обстоятельствах картина Павла Лунгина должна была стать если не гимном православию, то уж никак не антирелигиозным памфлетом. Но вышел именно памфлет, тем более сильный, что снят он очень профессионально. Горящая с монахами церковь, подожженная во имя государства и веры, - это и есть главный символ нашей полугосударственной религии.

Не знаю, сознательно ли именно так делал режиссер или это правда сама вышла наружу, но “Царь” вдобавок ко всему еще и развенчал мифы о роли православия в российской истории и коренной религиозности и богобоязненности русского народа. Не бога наш народ боится, потому что то ли есть бог, то ли нет его – сие тайна великая есть, а тайны бояться глупо. Народ наш боится царя, потому что он всегда страшен и ужасен. И его слуг, которые даже пострашней будут.

КП