Расхожая фраза «чудес не бывает» не соответствует действительности. По крайней мере, существуют люди, для которых изучение чудес – работа. При Московском патриархате есть специальная экспертная группа по исследованию чудесных знамений, с ее руководителем – профессором Павлом Флоренским «Собеседник» поговорил о чудесах мнимых и настоящих.

– Павел Васильевич, откуда вы узнаете о чудесах?

– Из газет и Интернета. Иногда звонят батюшки или знакомые. Специально за чудесными явлениями мы не охотимся, нас всего пятеро. Здесь мы католикам не конкуренты, у них изучением чудес занимается целый научно-исследовательский институт.

– Получается, Православную церковь чудеса не очень-то интересуют?

– Церковь к чудесам относится настороженно, старается их не замечать. Увлечение чудом – это признак болезненного мировоззрения, недоверия и неверия. Верующему чудеса не нужны.

– Но все же они есть?

– Конечно, есть. Иначе бы мы их не изучали.

– Вы это делаете официально?

– За официальную работу платят деньги. Мы работаем бесплатно, но под патронатом Московского патриархата. Чудесные явления можно поделить на три категории: духовную – связанную с пророчествами и предсказаниями, категорию здоровья – связанную с чудесными исцелениями, и вещественную – когда нечто необыкновенное можно пощупать.

 

Первые две, на мой взгляд, должны изучать врачи и священники. А мы – естественники, нам вынь да положи что-нибудь на анализ. Так что вплотную мы занимаемся только «плачущими» иконами, их обновлением и отражением на стекле киота изображения иконы. Еще исследуем чудо схождения Благодатного огня и схождение Благодатного облака на гору Фавор.

– Сколько явлений, якобы чудесных, уже изучили?

– С 1999 года мы собрали более 400 свидетельств о маслоточении. Говорю «маслоточение», потому что термин «мироточение» условен. Маслянистые пятна, которые выступают на иконах, никакого отношения к миро не имеют.

– А к чему имеют?

– Как правило, это подсолнечное или оливковое масло.

– То есть ничего чудесного?

– А разве дело в составе вещества? Мы удостоверились, что факты появления масла на иконах действительно есть. Причем в половине случаев масло выделяется необъяснимым образом.

– Может, имеет место ловкость рук?

– Мы не милиция, разоблачением мошенников не занимаемся. Мы собираем факты: при каких обстоятельствах случилось событие? можно ли его объяснить естественными причинами? Если да – работа на этом заканчивается, если нет – мы исследуем явление всеми доступными нам научными методами.

– И что потом? Выдаете справку, что случилось чудо?

– Никаких справок мы не выдаем. Хотя был забавный момент. К нам обратился батюшка из Ивановской области. Там на кладбище еще в досоветское время кто-то прибил на дереве над могилкой медную иконку. За сто лет дерево ее всю закрыло, а потом высохло, его спилили на дрова. Прихожанин поленья эти купил и стал рубить. Стукнул топором – вывалилась икона, а на дереве отпечаталось отображение. Он отнес ее священнику, а батюшка к нам обратился: «Меня все уверяют, что это совпадение и природное явление». Я ему в ответ: «Любое природное явление – уже само по себе чудо». Ну, тогда, говорит, дайте справку! Пошутил батюшка, конечно.

– Может, действительно стоит такие справки давать – для привлечения в храмы людей?

– Я так не думаю. Опытного батюшку смущает, если у него в храме вдруг начинает твориться что-то необычное. Например, у моего знакомого отца Александра, который служит в московском храме преподобного Марона, очень часто иконы мироточат. Так он их в алтарь уносит, чтобы не отвлекали прихожан. Подчеркну: на величайших иконах, в том числе и на Владимирской иконе Божьей Матери, вообще ни разу не было замечено мироточения.

– Есть чудеса, которые сомнению не подлежат?

– Есть. Это чудо схождения Благодатного огня. Сомневаться в его достоверности не приходится. Еще одно чудо – схождение Благодатного облака. Оно появляется каждый год над горой Фавор в Палестине и спускается на православный храм, стоящий на вершине. Происходит это только раз в году и только в день Преображения Господня (19 августа. – Ред.). Это тем более удивительно, что летом в тех местах вообще не бывает облаков.

– Несколько лет назад вы заявляли, что собираетесь изучить Благодатный огонь...

– А мы и изучили. От нас ездил физик, который зафиксировал в момент зажжения огня электрические колебания. Шли разряды, но совершенно непонятного плана. Как объяснить это явление, мы не знаем. Все держалось в секрете, нам впервые в истории удалось побывать рядом с Благодатным огнем, имея на руках физический прибор, специально сделанный для этого случая.

– Что это был за прибор?

– Грозоотметчик. Он уловил радиопомехи совершенно аномального характера. Даже факт такой фиксации радиопомех вблизи Благодатного огня – наука. Никто прежде это явление не описывал научным языком.

– Лично с вами, Павел Васильевич, случалось что-нибудь чудесное?

– И не раз! Например, во время обретения мощей Амвросия Оптинского. Могилу, где был захоронен старец, вскрывали ночью. В монастырь в тот день я поехал на последнем автобусе. Когда сошел, уже стемнело. Тропинка от города пролегала через лес, и я сбился с пути. Бродил в кромешной тьме, уже отчаялся, как вдруг увидел столб света. Я пошел на свет и вышел к монастырю как раз в тот момент, когда вскрывали могилу святого.

– Ну, это просто объяснить – наверное, вы увидели свет от монастырских фонарей.

– Можно сколько угодно гипотез придумать, но для их подтверждения нужны доказательства. У вас они есть? Нет. И у меня нет. Но я верю, что это было чудо.

– То есть чудо – это и субъективное явление?

– Ну конечно, субъективное. Поэтому и дается не всем. Когда происходит чудесное, тут же смотрите на часы – фиксируйте время, чтобы запомнить момент, когда чудо коснулось вас.

Кто охотится за чудесами

Экспертная рабочая группа по исследованию чудесных знамений в Русской православной церкви при Московском патриархате появилась в 1999 году, но документально подтвержденный статус получила лишь в 2005-м. До тех пор исследователи работали на общественных началах по устному благословению Патриарха.

Председателем комиссии по чудесам стал Павел Флоренский – доктор геолого-минералогических наук, профессор кафедры литологии РГУ нефти и газа им. Губкина, внук знаменитого философа, ученого Флоренского. Кроме него, в комиссию входят физики Сергей Сошинский и Александр Московский, палеонтолог Александр Агаджинян, филолог Татьяна Шутова.

Кстати

Своеобразно с мироточением разбирался Петр I. Настоятелей церквей, в которых иконы плакали и не могли остановиться, он приказал сечь розгами. Оказалось, что, когда рыдают священники, не плачут их иконы. Именно с того времени о мироточении они должны были в первую очередь докладывать в полицейский участок, а не своему церковному начальству