Оказывается, в Великой Отечественной войне победили не Красная Армия и партизанское движение, а смиренный поп с крестом и иконой, под чутким руководством гитлеровцев возрождавший православие на оккупированной советской территории.

Об этом поведал зрителям режиссёр Владимир Хотиненко в своём фильме «Поп», премьера которого состоялась в день Пасхи, 4 апреля, в Храме Христа Спасителя.

По заказу ЗАО «РПЦ»

Как сказано на официальном сайте фильма, положенный в основу его сценария роман Александра Сегеня «Поп» был написан автором с благословения покойного патриарха Алексия II. После просмотра фильма нынешний настоятель Русской православной церкви патриарх Кирилл дал ему положительную оценку, в которой поставил знак равенства между гитлеровскими оккупантами и Советской властью: «…Это героическая страница нашей истории. Как можно было воспитывать людей, возрождать православие, получая подзатыльники от оккупантов, а затем – от своих собственных властей?»

«Отец, окропи водой! Побыстрее!»

Лубочность и фальшь фильма видны с первых же кадров. Действие картины начинается 21 июня 1941 года, накануне Великой Отечественной войны, в латышском селе Тихое. Где-то совсем рядом творится история, считанные часы остались до нападения гитлеровских полчищ на нашу Советскую Родину. Мы же видим, как местный православный священник отец Александр Ионин в исполнении Сергея Маковецкого вырезает из бумаги силуэты ангелов, святых и прочей церковной дребедени.

Слушаем его нравоучительный монолог, обращённый к назойливой мухе. Становимся свидетелями его диалога с женой, дородной матушкой Алевтиной, роль которой сыграла Нина Усатова. Благодаря компьютерной графике наслаждаемся видами раскинувшегося окрест благолепия – зеленью лугов да лесов, прозрачностью речной воды.

Вот перед нами отец Александр решает важную проблему – еврейской девочке Хаве, роль которой исполнила Елизавета Арзамасова, приспичило отречься от иудейского вероисповедания и принять православие. Священник проводит с отроковицей разъяснительную беседу, в результате которой та ещё крепче утверждается в принятом решении. Авторы фильма пытаются уверить зрителя, что растущего в селе, на природе здорового ребёнка интересуют не игры со сверстниками, походы по грибы-ягоды и купание в речке, а исключительно пыльная библия, нудные молитвы, набитые толчёным кирпичом и трухой «мощи святых» и приторный запах благовоний.

В таких архиважных заботах встретил слуга божий начало войны. Далее перед нашим взором разворачивается презабавный эпизод. Через село, неизвестно откуда и неизвестно куда, мимо отца Александра мчится одинокий советский танк. Вдруг он останавливается, словно вкопанный, из люка выскакивает лет двадцати с небольшим механик-водитель, подбегает к священнику и просит: «Отец, благослови! Скорее! Может, это… святой водой окропить?» Батюшка несётся в дом, возвращается с какой-то плошкой и выплёскивает воду вслед отъехавшему танку.

Эта сцена фальшива насквозь, потому и вызывает гомерический хохот. Вчерашний советский десятиклассник, родившийся и выросший в советское время, учившийся в атеистической советской школе, избавленный от необходимости зубрить Закон божий, зато изучавший теорию эволюции Дарвина, на голубом глазу обращается за каким-то благословением к попу, который для него такой же архаизм, как какой-нибудь древнеегипетский фараон. Очень глупый, притянутый за уши эпизод.

Возрождение духовности под гитлеровской фуражкой

Далее авторы фильма показывают нам начало «духовного подвига» священника Ионина. Его вызывает в Ригу тамошний митрополит, роль которого исполнил Юрий Цурило. Мы видим сидящих за столом священников, слушаем их разговор. Ненавидящие Советскую власть, они горячо обсуждают предложение гитлеровских оккупантов «возрождать церковную жизнь» на территории Псковской области, то есть открывать приходы и окучивать местных жителей, внушая русским унтерменшам, что немецкая власть от бога, прививая им благоговейный ужас перед Великим рейхом и почтение к представителям арийской нации.

Курирует Псковскую православную миссию немецкий офицер русского происхождения Иван Фёдорович Фрайгаузен в исполнении актёра Анатолия Лобоцкого. Фрайгаузен из «бывших», из тех, кто после Октябрьской революции с оружием в руках боролся против принявшего Советскую власть народа, кому довелось быть битым и драпать без оглядки, кого вовремя не достала чапаевская шашка и будённовская пуля. Теперь он служит Великому рейху и любит Россию, которую, как любят выражаться либералы, «мы потеряли».

Ионину предложено отправиться на Псковщину и возглавить один из сельских приходов. Поломавшись для вида, отец Александр соглашается. В селе при помощи местных жителей он занимается исключительно «важными» в условиях оккупации делами: ремонтирует разрушенную «безбожными большевиками» церковь, достаёт заброшенный в реку теми же «красными иродами» колокол, устраивает крестные ходы и молится, чтобы «всё было по-божески».

Недалеко от села немцы устроили концентрационный лагерь для военнопленных «Саласпилс». Жуткие условия их проживания были обусловлены, по мнению создателей фильма, исключительно тем, что «кровавый Сталин» не подписал в своё время некую Женевскую конвенцию; иначе их непременно кормили бы ананасами в шампанском и клубникой со сливками. Им, брошенным «безбожным большевистским режимом», помогает один лишь отец Александр, время от времени привозя им изготовленные селянами рукавицы и валенки, часть которых забирают себе немцы.

Однажды на глазах священника фашисты вешают четверых партизан: троих юношей и девушку. В расправе принимает личное участие куратор Ионина Фрайгаузен, подтолкнувший служивший эшафотом грузовик. В порыве чувств отец Александр прогоняет палача из своего дома, однако затем смягчается и вновь ведёт с ним душеспасительные беседы о судьбах православия в России.

Звери-комиссары

Действующие в окрестных лесах партизаны показаны в фильме этакой безликой серой массой, действующей под руководством звероватого комиссара, воплощающего в себе «кровавый сталинский режим».

Единственный симпатичный партизан – молодой красноармеец Алексей Луготинцев (актёр Кирилл Плетнёв), тайно вернувшийся в родное село после того, как его часть была разбита в первые дни войны. Немцы убили его невесту Машу, и теперь он мстит фашистам. Но делает это как-то не по-божески, не по-христиански. Сгоряча даже надумал грохнуть самого Ионина за сотрудничество с оккупантами; пришёл к нему в церковь и выстрелил, однако промахнулся и попал в икону. После душеспасительной беседы с отцом Александром одумался и стал человеколюбцем.

А вот направленный советским командованием в отряд комиссар – не местный – оказался поистине кровожадным типом. Всё требовал от партизан уничтожать полицаев. Партизаны пытались утихомирить его: дескать, полицаи у нас мирные, не шибко балуют. А ему, антихристу, и того показалось мало, самого попа надумал шлёпнуть. Спасибо Луготинцеву – объяснил комиссару, что поп человек хороший. Однако комиссар своё наверстал. Когда, по выражению либералов-антисоветчиков, «сам народ» – разумеется, без всякого военного руководства, Советского правительства, руководящей роли ВКП(б), Ставки Верховного Главнокомандующего и лично Сталина, – прогнал немцев и освободил село, этот зверюга ногами избил смиренного служителя божьего. Даже странно, что не зарыл живьём в землю. Комиссары – они ж такие…

Власовская клюква

После просмотра картины можно смело сказать, что фильм Владимира Хотиненко «Поп» стал очередным шагом на пути того чёткого курса, который Русская православная церковь взяла ещё при покойном патриархе Алексии II и продолжает при нынешнем патриархе Кирилле. Это курс на отрицание и очернение советского прошлого, агрессивный антикоммунизм, борьбу с наукой и религиозное мракобесие. При этом РПЦ стала верной служанкой государственной власти, помогая последней туго затягивать духовную удавку на шее народа. В качестве инструментов в этом деле активно используются обман, подтасовки исторических фактов, развесистая клюква и наваристая лапша..

Бабр.ру