Православие и католицизм все яснее понимают, что сохранить христианское наследие в современном мире они могут лишь сообща

Визит Вселенского патриарха Варфоломея в Россию продлился необыкновенно долго. Он побывал не только в Москве, но и в Петербурге, съездил помолиться в одну из святынь русского православия – Валаамский монастырь. Сама продолжительность визита свидетельствовала — оттепель, начавшаяся после прошлогоднего визита патриарха Кирилла в Стамбул, перешла в фазу окончательного потепления.

Главы обеих церквей не уставали демонстрировать взаимную расположенность, словно и не было прежних споров и неурядиц по многочисленным поводам в Эстонии, Украине, США, Западной Европе. В чем причина столь стремительного сближения?

Конечно, оба патриарха незаурядные дипломаты. Причем владеют не только тонкостями церковной политики, но и отлично ориентируются в политике светской.

Достаточно вспомнить, как уверенно держался Варфоломей на встрече с президентом Обамой и какими изысканными комплиментами обменивался с госсекретарем Хилари Клинтон, передавая самые теплые приветы ее мужу Биллу. Еще бы, как и президент Клинтон, он учился в Джорджтаунском университете, а сейчас окормляет большую и очень влиятельную греческую диаспору в США. Не отстает и Кирилл, его отношения с Кремлем отлажены как часовой механизм. Фотосессия двух патриархов с президентом Медведевым на одной из кремлевских крыш войдет в анналы мировой фотографии.

Но дело не только в дипломатической ловкости глав древнейшего и крупнейшего патриархатов. Оба они отлично понимают, что в нынешнем стремительно теряющем веру западном мире христианство может выжить, лишь восстановив былое единство. Подчеркиваю, христианство, а не одна из его ветвей – православие. И тут на сцене неизбежно возникает фигура папы римского, который также прекрасно осознает, что без создания единого христианского фронта борьба с «агрессивным секуляризмом» будет безнадежно проиграна.

В такой экстремальной ситуации невозможно ждать, пока окончательно разрешатся богословские споры. Вначале надо сплотить ряды, а уж потом разбираться, от кого нисходит Святой Дух и в чем сущность догмата о папской непогрешимости. Впервые за всю историю «великого раскола» Ватикан, Константинополь и Москва говорят о необходимости сближения практически на одном языке.

Буквально накануне приезда Варфоломея в Москву закончился не менее длительный визит в Италию главы российской церковной дипломатии митрополита Илариона. Полюбовавшись на дивные мозаики Равенны, и напомнив, что в пору их создания церковь еще не была разделена, он отправился в Рим, чтобы порадовать папу Бенедикта классической русской музыкой. Большой меломан Бенедикт с наслаждением слушал Чайковского и Рахманинова в зале для аудиенций, названном в честь одного из его предшественников Павла VI. Напомню, именно этот папа начал провидчески сближаться с православием, встретившись в Иерусалиме с вселенским патриархом Афинагором еще в 1964 году. А теперь в зале его имени по левую руку от Бенедикта восседал другой православный иерарх митрополит Иларион. На пресс-конференции по итогам визита он заявил, что очень хотел бы своими глазами увидеть встречу папы с московским патриархом. Причем именно Бенедикта и Кирилла.

Между тем Варфоломей с Бенедиктом уже встречался. Но даже если в ближайшее время его примеру последует Кирилл, для полноценного диалога католицизма и православия этого мало. Последнее в отличие от первого полицентрично, и самые важные решения должны приниматься соборно всеми поместными церквами. Но какая тут соборность, если Москва и Константинополь беспрерывно выясняют, кто из них главнее, а остальные церкви маневрируют между ними.

Именно понимание того, что споры о первенстве должны отойти на задний план, а православное единство выйти на первый, и подтолкнуло Варфоломея и Кирилла к скорейшему налаживанию отношений. Теперь они смогут совместными усилиями подготовить Всеправославный собор и предстать в диалоге с Римом как единая общность.

Безусловно, на сближение работает и нынешняя международная обстановка. Как никогда раньше Россия и США близки к тому, чтобы распрощаться с наследием холодной войны. Близость Варфоломея и Кирилла, соответственно к американскому и российскому руководствам, больше не является тормозом в налаживании отношений, скорее напротив. Более того, Россия способна реально помочь Варфоломею в его непростых отношениях с турецкими властями. Ирония истории заключается в том, что глава древнейшего патриархата находится на территории Турции почти в бесправном положении. В его распоряжение лишь Фанар — клочок земли на берегу Золотого рога, где и стоит единственный в Стамбуле православный храм святого Георгия. Власти отказывают Варфоломею в праве именоваться вселенским патриархом и никак не откроют семинарию на острове Халки, закрытую еще в 1971 году. Сделать это уже просили президент Обама и Европарламент, но воз и ныне там. Посмотрим, что будет, если к этим просьбам присоединится российское руководство.

Однако не стоит думать, что трудности позади. Если пользоваться языком светской дипломатии, в Москве патриархи лишь подписали протокол о добрых намерениях. Подготовка к Всеправославному собору – кропотливый процесс. Предстоит найти компромиссы по очень многим вопросом — от окормления диаспор (тут определенные подвижки уже есть) до предоставления автокефалии. Не говоря уже о таких «мелочах», как церковный календарь. Одни церкви живут по старому Юлианскому, другие по новому, Григорианскому, а третьи ухитряются сочетать оба.

Осложняется этот процесс и тем, что внутри мирового православия по-прежнему сильны фундаменталистские настроения. Их давление испытывают на себе оба патриарха — Варфоломей ведет долгую тяжбу с насельниками афонского монастыря Эсфигмену, которые считают его еретиком и предателем. Кириллу доставляют немало хлопот ревнители православия, видящие в экуменизме происки дьявола. Для этой публики даже внутриправославное единство — повод для беспокойства, а уж сближение с Римом и подавно знак неминуемого конца света. Однако императив сохранения христианского наследия в мире, который к нему безразличен, а то и враждебен, неуклонно толкает лидеров католицизма и православия в объятия друг к другу.

Они все яснее понимают, что выжить можно лишь сообща. И вот московский и константинопольский патриархи бок о бок празднуют Дни славянской письменности, доставшейся нам от греков, а римский папа собирается на Кипр, чтобы засвидетельствовать почтение православному архиепископу Хризостому II. И поговаривают уже, что именно Кипр – идеальное место для будущей встречи Бенедикта и Кирилла.

Газета ру