Заголовок книги "Мой ислам" сразу же настраивает на предстоящее знакомство с субъективной позицией автора. Именно поэтому Алексей Малашенко заранее предупреждает о предстоящем "хулиганстве" и не один раз подчеркнет, что книга представляет собой не академический трактат, а личные ощущения, связанные с предметом многолетнего и профессионального изучения.

Восемь глав книги  являются своего рода ликбезом и занимательным экскурсом в историю и развитие ислама. С другой стороны, Малашенко ведет с читателем сократическую беседу, но при этом виртуозно парирует провокационные вопросы, связанные с исламом: демографическая экспансия и тенденции развития ислама; растущая политически-идеологическая борьба во всемирной умме, паритетность и толерантность в отношениях с другими религиями; догматическая сила ислама и практическая трактовка джихада.

Ислам у Малашенко не так страшен, каким его представляют непрофессионалы. Он многогранен и прост. Отличаясь волей и прагматичностью, тем не менее вспыльчив и злопамятен. Ислам проявил мудрость, вобрав в себя идеи предшествующих ему религий и отшлифовав собственное философское наследие, и при этом остался раздираем изнутри идеологическими противоречиями. Ислам не хорош и не плох, он просто молод по сравнению со стариками иудейством и христианством. Продолжающиеся и по сей день в исламе путаницу и разногласия Малашенко объясняет "особенностями исторического развития" самой молодой монотеистической религии.

Особое место (так и хочется сказать в "повествовании"!) занимает исламский "ренессанс" на предпостсоветском пространстве и исламская альтернатива. В конце 80-х начались тектонические движения, в начале 90-х уже произошел мощнейший всплеск религиозно-культурной самоидентификации многоконфессионального населения России. Немногие задавались экзистенциальным вопросом Надыра Хачилаева, когда-то — главы Союза мусульман России, застывшего как-то у входа в Колонный зал и решавшего, идти ему или нет на очередное мусульманское мероприятие. "Стоит, только если знаешь, зачем идешь", — посоветовал ему тогда автор этой книги.

Развитие ислама во многом было обусловлено тем, что на фоне уже сформировавшихся соперников в лице иудаизма и христианства ислам точно знал и понимал, зачем. "А действительно, — спрашиваете вы, — зачем?" И Малашенко выкладывает сложносочиненную мозаику развития ислама, с точечными вкраплениями острого юмора, а также примерами из жизни правоверных и не очень, предлагая читателю если не согласиться со своими выводами, то хотя бы задуматься над ними.