Как-то на занятиях по патопсихологии мы смотрели больного в маниакальном состоянии. Классический маньяк порадовал нас стихами, парой песен и рассказом об императрице Катерине, с которой они вместе спасут мир, потому что он изобрел универсальное оружие (и тут же предложил сконструировать опытный образец из водопроводных труб). Состояние мании отнюдь не означает, что больной хватает топор и идет крушить все и вся. Часто это ограничивается прекрасным настроением, доходящим до эйфории, человек бодр, весел, полон сил и желаний (переделать мир или собственную жизнь). Есть еще, правда, речевое и двигательное возбуждение, но куда же без этого.

И совсем другое дело человек в фазе депрессии. Полнейшая апатия и нежелание что-либо делать. Даже вид такого человека способен вогнать в тоску окружающих. У одной из пациенток, с которой нам тоже пришлось работать, все началось с того, что она неделю пролежала на кровати, не желая что-либо делать. Поездка в Ниццу, предпринятая мужем, чтобы вывести ее из этого состояния, только его ухудшила.

Часто после клинических занятий начинаешь обнаруживать у себя признаки всех возможных болезней, причем и манию, и депрессию одновременно. Не говоря уже о шизофрении. В случае с маниакально-депрессивным психозом (или, более модно – биполярным аффективным расстройством) есть некоторые основания.

Поиски объяснения загадочности русской души привели некоторых исследователей к выводу, что базовый русский национальный характер – маниакально-депрессивный. Еще Бердяев указывал на эту антиномичность русского характера. Жажда абсолютной свободы и пребывание в рабстве, смирение и наглость, мечты о великих делах и почесывание задницы, лежа на диване. То революция, то Сталин, то застой, то перестройка. С чего русский человек, безмолвствует-безмолвствует, а потом – раз, и за топор? Все оказывается просто. Наступила маниакальная фаза – и вот вам, пожалуйста, - революция. Потом - полнейшая апатия, свойственная депрессии. Можно потерпеть и авторитаризм до очередной смены фаз.

Кто-то объясняет рождение подобной базовой личности особенностями климата и крестьянского быта. Кто – сочетанием двух начал – языческого и христианского. Мне лично нравится мнение британского антрополога Горера: все дело в свивальнике. Лежал русский младенец, связан по рукам и ногам, и привыкал терпеть гнет жесткой внешней власти.