Выставки "Осторожно, религия!" и "Запретное искусство-2006" непреднамеренно и неожиданно для их организаторов и участников вскрыли глубинный конфликт и кризис возможностей и целей Русской православной церкви и сотрудничающих с ней и примыкающих к ней православно-националистических организаций (таких, как "Народный собор"). Кризис вызван и заключается в неустранимом противоречии между попытками РПЦ с молчаливого согласия и при поддержке государства осуществлять духовное и частично идеологическое лидерство в стране и неэффективностью РПЦ и государства в удовлетворении массового социального запроса людей на гражданскую, политическую и национальную, включая национальную культуру и религиозную жизнь, самоидентификацию и самоопределение.

Вакуум в этих сферах РПЦ и государство пытаются заполнить посредством суррогатов - псевдоправославного гражданского самоопределения, псевдоправославной национальной (культурной и религиозной) жизни, псевдополитической самоидентификации на платформе православного патриотизма и недоверия к западной модели обеспечения прав человека посредством партийной конкуренции, независимых СМИ, суда, профсоюзов. Отсюда длящийся уже 8 лет конфликт из-за двух небольших выставок "Осторожно, религия!" (январь 2003 г.) и "Запретное искусство-2006" (март 2007 г.), проведенных Музеем и общественным центром "Мир, прогресс, права человека" имени Андрея Сахарова.

Постоянная критика этих двух выставок стала заметным элементом идеологической, политической и культурной "системы координат", используемой и внедряемой в общественное сознание руководством Московского патриархата, активистами православно-националистических организаций, кинорежиссером Никитой Михалковым и рядом других лиц. Чем иначе можно объяснить, что эти две выставки и некоторые их экспонаты упоминаются в СМИ столь часто в качестве негативной точки отсчета?

Что касается менее глубинной, "мантийной" зоны кризиса (я использую как метафору термины, описывающие внутреннее строение Земли), процессы в ней идут на нескольких уровнях. В относительно более подспудном слое решается вопрос: где сегодня проходит (проходила, будет проходить) граница светского характера российского государства? У входа в армию и флот? В МВД? В среднюю школу? В вузы? В музеи? В Российскую академию наук? При входе на железнодорожные вокзалы и в аэропорты? Кажется, во всех этих местах, чьи цели и функции до недавнего времени никак не были связаны с религиозными целями и задачами, уже присутствуют и действуют православные священники. Нет их пока только в Госдуме, судах, ряде министерств, муниципалитетах и театрах. Надолго ли?

Наконец, "на дневной поверхности" кризис проявился тем, что РПЦ, "Народный собор" и ряд деятелей, выступающих за квазиполитическую, квазигражданскую и квазикультурную самоидентифакацию населения страны на базе православия, начали в 2003 году кампанию "за право на запрет" свободного показа в учреждениях культуры произведений современного искусства, в которых православные или иные религиозные символы и образы и/или аллюзии на них используются художниками не для выражения религиозного чувства, молитвенного настроения, веры в Бога, а для передачи иных идей и смыслов, интересующих авторов произведений и кураторов выставок.

В обеих связанных с вышеназванным "ядром" зонах проявления кризиса РПЦ в сотрудничестве с "Народным собором" и, главное, при поддержке государства побеждает пока гражданское общество, современных художников, кураторов, музеи и художественные галереи. Признание судом организаторов выставок "Осторожно, религия!" и "Запретное искусство-2006" виновными в преступлении по ст. 282 УК РФ означает фактический - под страхом уголовного наказания - запрет на показ в музеях и выставочных залах далеко не только работы "Икона-икра" и 30-40 других произведений искусства из тех, что экспонировались на этих выставках и квалифицируются в судебных решениях как оскорбляющие чувства верующих. После вынесения обвинительных приговоров организаторам выставок во всех государственных музеях и почти во всех художественных галереях по всей России возникла неформальная клерикальная цензура, если угодно, "институт наблюдения" батюшек и православных активистов за тем, чтобы не допускать демонстрации произведений современного искусства, в которых религиозные образы и аллюзии на них резко и вызывающе противоречат православному культурному коду. В результате в российских музеях и галереях уже возникла "клерикальная" самоцензура самих художников и кураторов и "административно-клерикальная" самоцензура руководителей учреждений культуры.

При этом сразу выяснилась несопоставимость и противоположность оценок одних и тех же работ с точки зрения носителей религиозного и нерелигиозного типов сознания. Например, постер Александра Косолапова "Икона-икра" (экспонировался на выставке "Запретное искусство-2006", а перед этим в Третьяковской галерее, откуда был снят дирекцией галереи по письменному требованию группы верующих), где в отверстии оклада иконы Богоматери помещено фотоизображение черной икры, РПЦ и многие верующие оценивают как религиозное кощунство. Религиозным сознанием это произведение, вероятно, всегда будет и должно так восприниматься. И с таким восприятием нельзя спорить. С точки же зрения нерелигиозного сознания и нерелигиозного искусства у этой работы совершенно иные смыслы. В частности, "Икона-икра" отражает (как зеркало) мнение многих людей о том, что руководители РПЦ на деле служат и Богу, и маммоне. О таком понимании работы "Икона-икра" говорили в суде несколько свидетелей защиты – художники. Мне этот смысл понятен, я его ощущаю и воспринимаю. "Икона-икра", на мой взгляд, - это также работа о том, что место заступничества, жертвенности, чистоты, скромности, сокровенной духовной жизни, которые в традиционной русской культуре и в православии олицетворяет иконописный лик Богородицы, в жизни сегодняшней России откровенно и нагло заняла "черная икра", символ не стесняющегося себя богатства и материального, напоказ, успеха. Вообще художники и настоящее искусство пластически выражает то, что в действительности уже существует или только рождается и что многие люди смутно ощущают или знают, но сами не умеют или не готовы высказать.

Апеллируя к определенным образом понимаемым нормам и условиям существования общества, в котором живу, и светского, правового (по Конституции) государства, каким я хочу его видеть, я занимаю определенную политическую и культурную позицию. Поэтому в двух судебных процессах по делам о выставках я защищал принципиальное право светских учреждений культуры на показ произведений искусства, которые с точки зрения РПЦ и носителей религиозного сознания расцениваются как религиозное кощунство. С точки зрения светского государства в этом нет ничего страшного. Критерием того, можно или нет показывать то или иное произведение искусства в музеях и галереях, должно быть не мнение верующих или руководства РПЦ, а мнение автора произведения, специалистов в данной сфере искусства, куратора выставки и самого руководителя учреждения культуры - является ли работа интересной по замыслу и выполнению, насколько она соответствует идее и концепции выставки и не противоречит ли ее показ миссии конкретного учреждения культуры. Конечно, при этом смыслы экспонируемых работ должны состоять – с точки зрения вышеназванных лиц - не в стремлении задеть и оскорбить религиозные чувства, а в чем-либо ином.