Я с уважением отношусь к людям разных церковных конфессий, считаю, что духовная работа является важной и должна в любом обществе выступать ориентиром высокого морального поведения. В церковь люди идут для очищения своей души, для получения ответов, как поступить в сложных жизненных ситуациях. Именно поэтому в моем представлении человек в церковной рясе ассоциируется с определенной миссией, со служением людям.

Сегодня вечером мы с товарищем гуляли возле музея истории Украины в районе улицы Владимирской в Киеве. Странное и неприятное впечатление произвела колонна грузовиков в этом тихом месте: под покровом темноты во двор музея прорывались шесть грузовых машин со строительными вагончиками в кузовах. Подойдя ближе, мы стали свидетелями разговора между сторожем музея и людьми, которые сопровождали грузовики. Сторож отказывался пропустить машины на территорию, но "деловые люди" посредством телефонной трубки "убедили" его открыть проезд. Понятно, что неравный бой сторожа со всей этой кавалькадой закончился капитуляцией служителя музея, со словами "я снимаю с себя всякую ответственность", он пропустил машины, но при этом вызвал наряд милиции. Машины заехали за здание музея, непосредственно к забору, ограждающему фундамент Десятинной церкви, развернули кран и приготовились к разгрузке.

Милиция приехала быстро. Два молодых милиционера выглядели тоже не очень внушающе в сравнении с колонной техники и странными людьми, сопровождающими все это ночное действо. Тем не менее, они вели себя максимально правильно, как и положено в такой ситуации. Они спросили документы, разрешающие проведение этих работ. Я с товарищем наблюдал за всем этим процессом и являлся непосредственным свидетелем всего, что там происходило. Совершенно ответственно заявляю – никто не показал милиционерам никаких документов. Наоборот, произошло следующее: один из сопровождающих эти машины позвонил куда-то по телефону и сообщил о требовании милиционеров, потом спросил, кто у них старший, и дал ему трубку. Очевидно, голос в трубке не заменил документы, и милиционер сказал, что он не разрешает работу крана. Мой товарищ начал фотографировать все это, и тут на него накинулся один из организаторов выгрузки вагончиков, и попытался отнять у него фотоаппарат. Мне пришлось оттянуть этого деятеля от фотоаппарата и от Олега, ситуация была очень близка к драке, но тут вмешались все те же милиционеры, за что я им очень благодарен, потому что при всей глупости данной ситуации, они до конца старались сохранять достоинство представителей государства. Уверен – именно их присутствие не дало ситуации перерасти в драку, и это при том, что они не знали, что я депутат. Это вселило у меня надежду на то, что милиция все же старается беречь и простых граждан. За это большое человеческое спасибо этим двум милиционерам! Завтра утром я обязательно напишу обращение министру и попрошу поощрить этих ребят.

Тем временем, не смотря на запрет работников милиции, кран все же начал разгружать вагончики чуть ли не на головы всем нам. Нам пришлось отойти в сторону, и тут произошла еще одна занятная сцена. Из деревянной церкви, которая стоит там возле забора, вышел священник, быстрым шагом подошел к нам и спросил, что мы тут делаем. Я ответил, что мы пытаемся узнать, что здесь происходит. Я спросил его на украинском языке: "Чи не знаєте Ви, що тут відбувається?" То, что я услышал в ответ, превзошло все мои ожидания. Он ответил мне так: "Ты тут не шокай! Человеку с бородой". В психологии этот эффект называется когнитивным диссонансом. Я вижу перед собой человека в церковной одежде, а слышу самого настоящего гопника. Не скрою, что первой моей реакцией было врезать кулаком в его наглое лицо и сломать ему нос, но я себя сдержал. Я представил себе читателей утренних газет, на которых свалится сообщение о том, что депутат избил попа возле фундамента десятинной церкви, и понял, что так низко мы падать не должны.

Я заставил себя перейти на подчеркнуто вежливый тон разговора и спросил, почему он так со мной говорит. В той же наглой манере, продолжая мне тыкать, он сказал, что я лукавый и совершенно не думаю о том, что будет со мной завтра. Я спросил, как должен понимать это его высказывание, на что он мне ответил – как назидание. Тогда я сказал, что он своим безобразным поведением дискредитирует церковь и духовную деятельность, и что ему негоже так вести себя по отношению к людям, тем более будучи одетым в рясу. В той же манере, на ты, он сказал, что я провокатор, выпил литр водки и пришел сюда устраивать скандал. Я ему объяснил, что милиция не разрешила работу крана, что документы никто так и не предъявил, что вопрос о строительстве в этом месте до конца не урегулирован и что его поведение выходит за пределы разумного, и ему должно быть стыдно за это. Тут к нам подошел еще один поп, постарше и, видимо, поопытнее, он обращался ко мне на Вы, но когда я спросил, почему его коллега ведет со мной разговор в таком хамском тоне, он просто ушел. Потом ушли оттуда и мы, потому что абсурд этой ситуации был настолько очевиден, что оставаться там дальше уже было просто противно.

Я не знаю, к какому патриархату относится этот поп и те люди, которые начинают там стройку, но считаю необходимым предупредить наивно верующих людей, что в рясе, под видом священнослужителя, им может повстречаться самый обыкновенный гопник, который раньше в парках сбивал мелочь со школьников, а теперь в церквях выдуривает у прихожан деньги под видом духовной помощи.

P.S. Этот текст написан не для того, чтобы кому-то нажаловаться на злых людей, я и сам за себя постою в трудной ситуации, но о том, что под видом священников в наше время можно встретить откровенных подонков, людям, думаю, нужно знать.

Блог Святослава Олейника, народного депутата Украины пятого и шестого созывов, Главы подкомитета по вопросам криминально-процессуального законодательства Комитета Верховной Рады Украины по вопросам правосудия