26 января в Киево-Печерской Лавре состоялось заседание Священного Синода Украинской Православной Церкви Московского Патриархата. Несмотря на вроде бы чисто «рабочий» характер мероприятия, обычно проводимого минимум раз в год, к нему задолго до проведения, было приковано внимание ряда СМИ. Интерес можно сравнить с таковым накануне июльского Собора УПЦ. Оба церковных форума проходили на фоне живейшего обсуждения вопроса: «Кто станет наследником нынешнего предстоятеля Церкви митрополита Владимира (Сабодана)?»

Разница заключается в состоянии здоровья вышеупомянутого владыки Владимира. Полгода назад самочувствие первоиерарха не выходило за рамки обычных старческих немощей и не мешало его административной деятельности. Так что вопрос о гипотетическом введении должности постоянно действующего «местоблюстителя», своего рода «церковного вице-президента» рассматривался лишь в отношении кандидата на этот пост - архиепископа Александра (Драбинко) – действующего личного секретаря киевского митрополита.

Последний, по большому счету, и так до недавнего времени являлся «правой рукой» (или «серым кардиналом») своего «патрона» – вплоть до того, что появлялся на любом официальном мероприятии исключительно рядом с лидером Церкви. Это если не считать остальных «мелочей» аппаратного влияния – вроде монополизации контроля за «доступом к телу» «первого лица» всевозможных посетителей, фактическом возглавлении «церковного правительства» (Синодальных отделов), подготовке решений от имени Владимира и т.д.

Видимо, предчувствуя ухудшение здоровья предстоятеля, в УПЦ инициировали вопрос о «местоблюстителе», который  становился бы и «наследником» - если, не дай Бог, с 76-летним первоиерархом случилось бы непоправимое. Но поднявшаяся в прессе буря обсуждения заставила инициаторов этого плана дать задний ход: операцию "Преемник" назвали «не имеющими оснований слухами». И июльский Собор 2011 года так и закончился без каких-то особо революционных кадровых решений. Хотя серьезные стычки, вроде скандала между арх. Александром и митр. Владимиром с одной стороны, и одним из главных церковных меценатов, донецким миллиардером Виктором Нусенкисом все-таки произошел. По мнению Нусенкиса и всего пророссийского «крыла» УПЦ отношение вышеупомянутых иерархов к украинско-российскому церковному единству недостаточно лояльно.

Короля играет свита?

Однако уже осенью ситуация сильно изменилась. В середине сентября владыка Владимир, поскользнувшись, упал и сломал ногу. Перелом шейки бедра - настоящий бич пожилых людей, у которых кости становятся очень хрупкими. Такие переломы обычно не срастаются, как у более молодых – и большинство больных обречено провести остаток жизни в постели, в лучшем случае – на инвалидной коляске. К тому же, многие из них живут недолго – развивается частое у лежачих пациентов «застойное воспаление легких» (пневмония). Когда из-за недостаточного объема вдоха-выдоха нижние отделы легких не вентилируются, становясь излюбленным местом размножения микробов, в норме всего лишь «дремлющих» в организме.

Единственный выход в такой ситуации – установка протеза тазобедренного сустава, с последующей скорейшей реабилитацией, восстановлением самостоятельного передвижения. Судя по всему, медики приняли именно такое решение – 14 сентября больному архиерею была проведена операция. Но осложнений все равно избежать не удалось – 30 октября Владимира были вынуждены перевести в реанимацию –как раз с пневмонией. 

С тех пор врачи героически продолжают бороться за жизнь своего пациента. И хотя из реанимации его выписали, говорить хотя бы о стойкой обнадеживающей компенсации (если судить по скупым сообщениям пресс-службы УПЦ) не приходится. Зато упоминания о том, что больному назначен новый антибиотик, однозначно свидетельствуют о слабой эффективности антибиотиков, назначенных ранее – и все еще неизлеченном инфекционно-воспалительном процессе в организме. И, самое главное – Владимир по-прежнему находится не в собственной резиденции, а в больнице…

В прежние времена такое обстоятельство не приводило к каким-то организационно-управленческим последствиям. Один из руководителей СССР Юрий Андропов даже заседания Политбюро проводил в палате интенсивной терапии, рядом с аппаратом «искусственной почки», без которой уже не мог жить. Приблизительно в это же время, по воспоминаниям очевидцев, тогдашний Патриарх РПЦ Пимен (Извеков) находясь в очень преклонном возрасте и не очень ясном состоянии рассудка, руководил Церковью, отдавая директивы через двух преданных «келейниц». Попросту говоря – домработниц и нянечек. При этом, говорят, указанные директивы исходили именно от упомянутых «келейниц», а не от больного Владыки.

Но сейчас – не застойные времена СССР. Да и окружение Владимира представлено не малообразованными «келейницами», а очень энергичным архиепископом Александром. В такой ситуации ставить решения высших церковных органов в зависимость от «мнений владыки Владимира, озвучиваемых Александром» - все равно, что признать последнего реальным лидером УПЦ МП. А на это высшее священноначалие идти не пожелало.

Молодость – не всегда преимущество

Дело даже не только в том, что митрополитова фаворита именуют «неофициальным вождем автокефального крыла Церкви», выступающего за ее отделение от Московской патриархии. В конце концов, будь отец Александр даже избран предстоятелем УПЦ – от этого факта ровным счетом ничего не изменилось бы. Вопросы обретения автокефалии решаются не сразу и в гораздо более высоких кабинетах. Равно как и окончательное и бесповоротное слияние украинской Церкви с российской, чем пугают в случае избрания в главе украинского Православия лидера «пророссийского крыла», одесского митрополита Агафангела.

Дело в другом. Главы Поместных Церквей не зря носят титул «патриархов». Что уже по своему происхождению означает «родоначальник», «старец». А архиепископу Александру ныне – всего 34 года, из которых 4 он является архиереем, а 2 - главой важного Отдела внешних церковных сношений. Кстати, от рядового священника до епископа он «рос» тоже аж целых 2 года – в то время, как другие иерархи шли к своим должностям десятилетия.

Последнее, кстати, гораздо больше приветствуется церковной практикой – считается, что архипастырь гораздо лучше будет справляться со своими обязанностями, если пройдет перед этим многолетний «искус». Это «кандидатский стаж», во время которого священник наберется опыта и мудрости - житейской и духовной. Даже рядовых «батюшек» в древние времена не разрешалось рукополагать ранее 30-летнего возраста – а уж архиереев и подавно.

Так что накануне январского Синода в Украинской православной церкви произошло заметное объединение против «наследного принца», сделавшего чересчур уж головокружительную по церковным меркам карьеру. Члены Синода предпочли вместо директив из больничной палаты, переданных посредничеством арх. Александра, руководствоваться Уставом УПЦ. Который безо всякого формального «местоблюстительства» предусматривает председательство в Синоде на период отсутствия по тем или иными причинам главы Церкви старейшего по хиротонии (времени поставления в сан) архиерея. А таковым оказался одесский митрополит Агафангел (Саввин).

Против кого дружить будем?

Одессит жесткой рукой взялся за «временное исполнение обязанностей». В чем ему, судя по утечкам информации в прессу и блоги, оказал посильную помощь и донецкий митрополит Илларион. Донецкий архипастырь близок к политической элите Украины, и его называют одним из самых вероятных кандидатов на пост преемника митрополита Владимира. Оба архиерея якобы попросили государственные контрольно-финансовые органы проверить состояние с финансированием строительства кафедрального Воскресенского собора в Киеве, средства на который собираются по всей Украине и исчисляются суммами со многими нулями.

Однако, по признанию «находящихся в теме» людей «из церковной ограды» данные суммы использовались отнюдь не только на само строительство, но и на другие нужды. Такие как финансирование интернет-проектов Митрополии, выплаты зарплат ее сотрудникам и т.д. Вроде бы с согласия самих жертвователей – хотя на этот счет есть разные мнения. Так, в день проведения Синода знакомый священник в разговоре с автором этой статьи поведал, что на просьбы священства Киевской области к владыке Александру рассказать, куда же конкретно идут собранные с их паствы деньги на постройку Воскресенского собора ответом было лишь гробовое молчание.

Вообще, «нецелевое использование» тех или иных средств и по гражданским законам является уголовным преступлением. Так или иначе, но 26 января Архиепископ Александр был уволен решением Синода с должности настоятеля строящегося ТОП-храма – вместе со своим казначеем и близким соратником, председателем информационно-просветительского отдела УПЦ протоиереем Георгием Коваленко.

Заодно «правую руку» Владимира освободили и от реального управления Киевской епархией, которое он осуществлял в силу статуса «викария» (то есть - епископа-помощника правящего архиерея). Вместо него руководить церковной Киевщиной Синод поставил другого викария – настоятеля Киево-Печерской Лавры Владыку Павла (Лебедя). Теперь у Александра остается лишь место в Синоде (весьма спорно занимаемое – ведь он не является «самостоятельным» епархиальным архиереем, как этого требует Устав) и должность Главы отдела внешних церковных сношений. Увы, эти посты не дают ни реальной внутрицерковной власти, ни контроля над финансовыми потоками. Заодно в новый состав Комиссии по подготовке изменений Устава УПЦ Синодом было введено немало новых людей, значительная часть которых относится к близкому окружению митр. Агафангела.

Таким образом, по итогам январского Синода в Украинской православной Церкви произошла заметная перегруппировка сил. Продвигаемый Владимиром на должность официального преемника архиепископ Александр (Драбинко) потерпел ряд серьезных поражений от объединившихся против него влиятельных архиереев и вряд ли может рассчитывать на будущий статус лидера церкви. С другой стороны, с учетом того, что указанное объединение произошло не столько «за» что-то, а лишь «против» кого-то – можно ожидать нового витка борьбы. Уже между победившими временными союзниками – ввиду разности их программ и «групп поддержки». Но последнее – тема отдельного разговора.