Интервью с одним из самых известных современных православных богословов митрополитом Диоклийским Каллистом (Уэром). 


- Ваше Высокопреосвященство, как Вы думаете, достаточно ли внимания уделяют в Православии святоотеческому наследию в наши дни?


- Нет никаких сомнений в том, что в ХХ веке возродился интерес к отцам Церкви. Например, мы можем это видеть в богословской концепции свящ. Георгия Флоровского, которая носит название неопатристического синтеза. Это также можно увидеть в утверждении богослова Владимира Лосского о том, что любое богословие должно быть мистическим. И тот, и другой в очередной раз подчеркнули важность святоотеческих трудов для современного богословия. Однако в начале ХХ века православное богословие больше занималось созиданием связей, прежде всего, с философским движением, особенно с немецким. Без сомнения, во второй половине ХХ века неопатристическая школа преобладала в православной мысли. Как можно заметить, особое внимание уделялось исихастскому течению, Добротолюбию и св. Григорию Паламе как важнейшим составляющим этой неопатристической традиции. Для меня самым выдающимся из всех названных богословов в этом неопатристическом течении является свящ. Думитру Станилоае. Сейчас меня радует, что в США появилось много молодых православных богословов, которые обсуждают святоотеческое богословие. На мой взгляд, святоотеческий период продолжался, по меньшей мере, до XV века. Думаю, мы можем с оптимизмом смотреть в будущее. Меня также радует то, что, например, в России было возрождение религиозной мысли. Здесь можно вспомнить свящ. Павла Флоренского, свящ. Сергия Булгакова и, в более философском плане, Николая Бердяева. Наследием этих богословов пренебрегали во второй половине ХХ века, но в настоящее время их начинают все больше ценить. Поэтому я надеюсь, что те богословы, которые занимаются изучением святоотеческих трудов в Православной церкви, будут соотносить свои исследования с актуальными проблемами и современной философией.

Святые — богословы в абсолютном смысле этого слова

- В достаточной ли мере современные православные богословы уделяют внимание Священному Писанию в своих работах?


- С моей точки зрения, мы, православные, за минувшее столетие не внесли практически никакого вклада в изучение Священного Писания. Большинство православных книг, посвященных этой теме, в значительной степени вносят свой вклад в западное богословие, поскольку используют главным образом протестантские исследования в области библеистики. Очевидно, что православным богословам удается избегать крайних взглядов, предлагаемых некоторыми исследователями Священного Писания, но, по сути, они развивают собственные мнения на основе изысканий западного богословия. Однако мы, православные, в процессе изучения текстов Священного Писания, должны раскрывать то, как его толковали святые отцы. Этого вопроса академические исследования пока не касались. Также следует уделить внимание тому, как Священное Писание используется в Литургии.

Необходимо проанализировать то, как Церковь в целом относилась к Священному Писанию, и это должно быть первостепенным критерием для православного богослова. Кроме того, необходимо воспринимать Священное Писание и Священное Предание как единое целое, уделяя основное внимание тому, как в истории святые рассматривают Священное Писание. Ведь святые являются истинными богословами, в абсолютном смысле этого слова. Православные христиане могут предложить независимый взгляд на Священное Писание, не опираясь на западное богословие, но развивая собственное понимание нашего живого Предания. Такое понимание Священного Писания должно быть святоотеческим и литургическим, но, вместе с тем, принимать во внимание недавние открытия западного богословия (хотя и не используя их в качестве фундамента). Мы не обязаны принимать выводы западных исследователей, но мы должны знать, в чем они состояли, и относиться к ним серьезно. Таким образом, православным богословам необходимы библейские исследования, но при этом не следует забывать их святоотеческий аспект. Такие богословы, как, например, свящ. Георгий Флоровский, предложили в этом отношении пример, но его надо значительно углублять.

 Мы будем искать ответы на вопрос о том, кто такой человек

- Каковы основные вопросы, которые в наши дни требуют особого внимания православных богословов?


- В течение ХХ века, по всей видимости, основной темой были природа Церкви и ее основная цель. Этот вопрос занимал русских богословов, эмигрировавших на Запад после Октябрьской революции, и они попытался дать на него ответ. Другая причина заключалась в том, что православные были вынуждены прояснить свою позицию в этом отношении, когда стали участвовать в экуменическом движении. Так, мы видим таких богословов, как прот. Николай Афанасьев или митрополит Иоанн (Зизиулас) в греческом богословии, которые в своих трудах центральное место отводили экклезиологии, интерпретируя ее через призму Евхаристии. На мой взгляд, в XXI веке основное внимание в православном богословии будет уделяться не столько экклезиологии, сколько антропологии. Теперь нас будет занимать вопрос не столько о том, что представляет собой Церковь, сколько о том, кто такой человек. Христиане сталкиваются с все большим количеством экспериментов в области биоэтики и в особенности с тем, что в других конфессиях некоторые люди перестали считать важными вопросы брака и взаимоотношений полов. В частности, в наши дни отношения полов вызывают множество вопросов с богословской точки зрения. Мы не можем искать выход из этих проблем без глубокого погружения в тайну человеческого существа.

- Какие основные качества необходимы современному богослову?


- В наши дни богослову непременно требуется академическое образование. Если мы хотим быть в курсе последних богословских открытий Западной Европы, мы должны быть способны читать труды на английском, французском и немецком языках. Также требуется хорошее знание классических языков. Таким образом, богослову, бесспорно, надо просвещать свой ум. Однако этого недостаточно. Богослов должен быть членом Церкви, говорящим изнутри Церкви. Богослов должен уметь пользоваться всеми инструментами, которые предлагают ему академические исследования, но он также должен быть укорененным в жизни Церкви. В моем восприятии богослов — это тот, кто часто приобщается Святым Тайнам. В IV веке Евагрий Понтийский утверждал, что «богослов – это тот, кто молится». Возможно, его восприятие богослова относительно отличалось от нашего современного понимания, однако его слова по-прежнему актуальны, так как существует связь между богословием и молитвой. Это то, что богослов должен выражать в своей жизни.

Экуменический диалог и секуляризованный мир

- Как Вы думаете, следует ли православным проявлять больше открытости к диалогу с представителями других конфессий?


- Да, я твердо убежден, что нам необходим плодотворный диалог с другими христианскими конфессиями, не ставя при этом под угрозу нашу православную идентичность. В диалоге нам следует свидетельствовать о нашей православной вере, но при этом слушать неправославных и быть внимательными к их вопросам, чтобы лучше понять нашу собственную веру. Таким образом, нам следует вступать в этот диалог не из стремления сменить наше вероисповедание, но в надежде лучше понять другие конфессии.

- Готова ли сегодня Православная церковь в таких обстоятельствах предложить удовлетворительный ответ на вопросы секуляризованного мира?


- Если нам нужно дать ответ секуляризованному миру, то нам следует лучше понять, в чем состоят эти вопросы. Вот почему я ранее сказал, что мы должны не только свидетельствовать о своей вере, но и слушать других. До тех пор, пока мы не поняли проблемы современности, причины тревоги западных христиан и корень задаваемых ими вопросов, мы не сможем действенно свидетельствовать о своей вере. Слушание других совсем не означает отказ от нашей православной веры, а открытость Западу вовсе не означает принесение в жертву нашей православной истины. Но если нам важно сохранить в нашей среде живое Предание, то его необходимо включить в постоянный диалог с современным миром. Именно над этим трудились святые отцы в IV-V веках, когда они вступили в диалог с такими философскими системами античного мира, как платонизм, стоицизм. В точности то же самое мы призваны делать сегодня — вступить в диалог с современной наукой, психологией или социологией. Мы должны быть открытыми и вместе с тем твердыми в своих позициях, сохраняя нашу веру и одновременно стремясь к углублению ее понимания.

Беседовал Адриан Агаки. Интервью опубликовано в газете «Lumina» 2 октября 2011. Перевод Елены-Алины Патраковой.

Кiev-orthodox.org

Теги: