За последние сто лет в России работа по переводу Библии продвинулась куда дальше, чем в Украине. Достаточно сказать, что есть более двадцати переводов Библии или ее отдельных книг на современный русский язык. Увы, многие из них известны лишь профессионалам, и в широком обиходе не используются. Что касается Украины, то у нас ситуация с переводами, увы, еще хуже. А потому, вопрос изложения Священного Писания на современном русском и украинском языках—  как никогда актуален. О том, как лучше наладить процесс современного перевода Библии, и зачем он нужен —«Православию в Украине» рассказал Андрей Десницкий, один из лучших современных библеистов России, автор многочисленных книг и исследований текста Священного Писания.

—Андрей Сергеевич, как правильно организовать работу по переводу Священного Писания, например, на украинский?

— Это, конечно, должна быть командная работа, и не следует исключать из нее ни богословов, ни светских специалистов, ни мастеров художественного слова. К тому же мы живем сегодня в глобальном мире, и было бы просто непозволительной роскошью отказаться от сотрудничества с зарубежными коллегами, в том числе и российскими. Мы живем в разных странах, но в едином мире.

В том же Институте перевода Библии, а равно и в партнерских организациях, накоплен богатый опыт такого командного сотрудничества, и мы готовы были бы им поделиться. Но как конкретно будет организован, скажем, проект по созданию новой украинской Библии – это решать тем, кто такой проект запустит, будет его поддерживать и, что немаловажно, финансировать. Я могу только пожелать большого успеха своим украинским коллегам и выразить полную готовность к консультациям и взаимодействию, если это потребуется.

— Расскажите о тех проблемах, с которыми сталкиваются библеисты при переводе Священного Писания на современный русский язык.

— Я проработал более 11 лет в Институте перевода Библии, который готовит версии Писания на языки народов России и стран СНГ, кроме славянских. Наша работа, в частности, проходит и на территории Украины – это крымско-татарский проект. И надо сказать, что все проблемы достаточно похожи, на какой бы язык не переводилось Священное Писание.

Это, прежде всего, проблема понимания оригинала — ему уже две тысячи лет и более, не все слова и выражения для нас прозрачны, не всегда можно в полноте представить себе те события, которые стоят за текстом. Нам приходится истолковывать этот текст, это неизбежно, а где толкования, там и разногласия. Еще раз повторю, что православному Преданию чуждо «казарменное» единообразие. Но это только часть проблем.

Другая проблема связана с основной задачей переводчика — передать смысл текста на языке перевода. Не совпадают представления о мире у древних и у современных читателей. Меняется значение слов, да и вовсе происходит резкая перемена самого отношения к чтению: люди, чаще всего, уже не сидят в кресле с толстой книгой, а смотрят на экран монитора или другого электронного устройства. Это во многом меняет и их восприятие текста. При этом все люди разные — и не только по характеру или внешности, но и по своему образованию, по отношению ко многим вещам. И в этом кроется еще одна причина, почему нужно иметь несколько разных и качественных переводов.

— Какой из ныне существующих переводов Нового Завета на русский язык наиболее соответствует православной богословской библейской традиции?

— Одного такого перевода нет и не может быть в принципе, потому что традиция – это не казарменное единообразие, а опыт жизни во Христе и в Церкви очень разных людей. Если говорить о практике, то, помимо Синодального, у нас широко известен перевод, выполненный почти полвека назад под редакцией епископа Кассиана (Безобразова).

Кстати, можно отметить, что он, в отличие от Синодального, был сделан с новейшего на тот момент критического издания Нестле-Аланда, и это не помешало ему стать известным и даже распространенным в церковной среде. Есть и многие другие хорошие авторские переводы, как правило, отдельных книг Нового Завета. Прежде всего, упомяну переводческие опыты С.С. Аверинцева, вполне согласные с православной традицией.

— Насколько сейчас будет востребован новый церковный перевод Библии на русский язык?

— Синодальный перевод – наша общая национальная святыня. Но если святыня помещается в музей, под стекло, если она становится единственной и неприкосновенной, то перестает быть живой. С Синодальным переводом на протяжении почти полутора веков неразрывно было связано дело духовного просвещения в России и других странах — его тайком читали в советские времена, он, образно говоря, стал переводом новомучеников и страстотерпцев нашего времени.

Но это не значит, что он безошибочен и безупречен. В нем есть неточности, фактические ошибки, досадные непоследовательности, но дело даже не в этом. Он слишком архаичен, ведь в его основу легли переводы, сделанные в середине и даже начале позапрошлого века. В целом он содержит, как отмечали и его современники, русский язык допушкинской поры. Такой язык кажется нашим современникам слишком тяжелым и непонятным — послания апостола Павла в Синодальной версии едва ли проще разобрать, чем в церковнославянской. Поэтому я полагаю, что есть серьезная потребность даже не в одном новом переводе, а в новых церковных переводах.

Каждый перевод предназначен для каких-то целей, и от них зависят его основные параметры. Один перевод может быть выполнен для богословов и филологов, будет отражать все тонкости словоупотребления оригинала, а другой – для широкой публики, он будет стремиться к понятности и стилистической красоте (разумеется, без искажения смысла текста). Наконец, нам необходим и литургический перевод, совпадающий во всем с церковнославянской Библией – даже если не читать такой перевод за богослужением, он пригодится при подготовке справочных изданий, где Библия будет цитироваться в богослужебном контексте.

— Расскажите, пожалуйста, какая сегодня ситуация с изучением Священного Писания в Православии на постсоветском пространстве? Стали ли люди больше читать Библию?

— В советское время Библию практически не читали – просто потому, что не могли достать. Сейчас, разумеется, картина иная – Библия доступна, но… далеко не всем интересна. Куда большим спросом пользуется второстепенная и не всегда качественная литература. Может быть, дело в том, что у людей нет привычки к самостоятельному и серьезному рассуждению, к некоторой ответственности за свою духовную жизнь. Библия ведь, скорее, ставит перед человеком вопросы: как ты живешь, во что веришь? А брошюры дают списки готовых ответов: в чем исповедоваться, как печь пасхальные куличи…

— Как вы относитесь к инициативе Патриарха Московского и всея Руси Кирилла создать при каждом приходе группы по изучению Библии?

— Такие вещи не возникают сверху, по приказу. Если есть потребность – группы будут собираться. Для этого, прежде всего, нужно подготовить пособия и ресурсы. Необходимо распространять качественную литературу, аудиозаписи лекций и других пособий. Нужно увлечь людей, показать им, как Писание отвечает на насущные вопросы современности.

— Чьи толкования Библии Вы бы советовали читать: Лопухина, святого Иоанна Златоуста, святого Феофилакта Болгарского или Зигабена?

— На русском языке мало хороших комментариев, так что я бы советовал каждому читать те, которые доступны. У всех свои цели, свои особенности восприятия, главное – читать сам текст. Самым основным нашим комментарием вот уже столетие остается «Толковая Библия» под редакцией Лопухина, хотя сам этот факт показывает, насколько необходима нам свежая качественная литература.

— Вы часто ссылаетесь на то, что переведенные слова имеют одно значение, а в греческом языке могут иметь несколько значений. Учитывая это, необходимо ли вводить при храмах или епархиях изучение древнегреческого языка, чтобы лучше понимать Священное Писание?

— А также древнееврейского… Если будут желающие учиться и способные учить – прекрасно, почему бы и нет? Но боюсь, что очень немногие приходы соберут таких людей.

 — Как Вы относитесь к переводу Литургии на русский язык?

— Положительно там, где это востребовано, а также при условии существования качественных переводов, одобренных Церковью. Это должно решаться на приходском уровне, у людей должна быть возможность выбирать. Если в городе есть несколько храмов, вероятно, возможно разнообразие: в одних приходах церковнославянская служба, в других – русская или русская вместе со славянской.

— А каково Ваше отношение к обязательной катехизации перед Крещением?

— Взрослых немыслимо крестить без какой-то подготовки, и это, к счастью, становится у нас нормой, правда, пока еще не везде.

— И последний вопрос. Андрей Сергеевич, есть ли у Вас желание принять священнический сан?

— Нет.

Кто такой Андрей Десницкий

Родился в Москве 21 августа 1968 г. Окончил филологический факультет МГУ и годичный курс в Свободном Университете Амстердама. После окончания учебы занимался преподаванием в ряде богословских учебных заведений. Старший научный сотрудник Института востоковедения Российской академии наук, консультант Института перевода Библии. Занимается переводом Библии и раннехристианской литературы с древнееврейского и древнегреческого языков. Кандидат филологических наук. Православный христианин. Женат, отец троих детей.