История украинских шахмат еще ждет своего исследователя. Особенно учитывая тот факт, что некоторые страницы оттуда специально вырывались, уничтожались, переписывались. Например, в истории украинских шахмат (как и вообще в историческом прошлом Украины) не нашлось места такой выдающейся личности как Федор Богатырчук – политическому и общественному деятелю, ученому-врачу, шахматисту с мировым именем.

Федор Парфеньевич Богатырчук родился в Киеве 27 ноября 1892 года в семье дирижера церковного хора. О своих родителях и о первых годах жизни он вспоминал: «Отец мой, сын священника, обладал приятным голосом, играл на скрипке и был дирижером церковного хора во Флоровском женском монастыре в Киеве. Он был домовладельцем и имел кое-какие средства, так что мы жили безбедно. Будучи лет сорока, он не устоял перед чарами одной из своих певчих, восемнадцатилетней златокудрой красавицы, женился на ней, и первым плодом их любви был автор этих строк, родившийся в 1892 году. Отец умер, когда мне не было пяти лет, и через два года мать вышла замуж за чиновника одного из правительственных учреждений. Отчим придерживался весьма либеральных взглядов, пел и играл на пианино и, по-видимому, был очень интересным человеком, ибо в нашем доме постоянно толклись представители разнообразного богемствующего люда, которых отчим угощал разговорами, а мама – вкусными яствами. Вскоре, однако, капитал отца был прожит, и отчим скрылся с горизонта, оставив на попечении матери троих детей. Нелегко ей, бедной, пришлось выводить нас в люди. Мне, как старшему, довелось немало потрудиться, чтобы и ей помочь, и самому закончить университет. На такой либерально-богемистской основе возникло мое мировоззрение, в котором безграничная любовь к свободе и отрицательное отношение ко всякой несправедливости были смешаны с легким скептицизмом по отношению к так называемому общественному мнению. С такими взглядами я начал свою жизнь и остался в общих чертах верен им на протяжении всей жизни». 

С самого раннего детства у Федора отмечалась ярко выраженная любовь к шахматам. Юный вундеркинд поражал современников своим абсолютно недетским подходом к этой игре. В возрасте 17 лет он стал чемпионом Киева, опередив будущего претендента на мировое первенство Ефима Боголюбова. С Боголюбовым – уроженцем села Станиславчик нынешней Винницкой области – Богатырчук долгое время дружил и переписывался. Обоим юношам пророчили великое будущее. Боголюбов (чья личность заслуживает более пристального внимания) не боялся бросать вызов таким признанным авторитетам в мире шахмат, как чемпионы мира Макс Эйве и Александр Алехин. 

В 1912 году на всероссийском турнире Федор занимает третье место. В 1914-м Богатырчук и Боголюбов едут на престижный европейский чемпионат в Мангейме (Германия). Киевлянин сразу же привлекает к себе внимание шахматного мира. Но чемпионат не закончился – началась Первая мировая война, и российские участники соревнований были интернированы на территории Германии. Чуть позже стараниями мировой общественности их освободили и отправили в Россию. Но Боголюбов, успевший к тому времени влюбиться в немку, остался на территории ФРГ. Позже он дважды пытался вернуться – уже в Советскую Украину – и оба раза уезжал обратно в Германию.

Между тем Богатырчук уже был студентом медицинского факультета Киевского университета имени святого Владимира. В 1917 году он, окончив вуз, записался добровольцем на фронт. Служить пришлось полковым врачом в 309-м Овручском полке, потом перешел на службу армии Украинской Народной Республики. В корпусе Сечевых стрельцов командовал военно-санитарным поездом (в 1919 году Богатырчук выходил и поставил на ноги будущего лидера Организации украинских националистов Андрея Мельника, заразившегося тифом; тогда 28-летний Мельник возглавлял Генеральный штаб армии УНР).

После военной эпопеи Федор Богатырчук возвращается в Киев, где занимается научной работой: в частности преподает анатомию в Киевском институте физкультуры и спорта. Одновременно он не оставляет увлечение шахматами. Более того, он принимает участие в престижных соревнованиях – неизменно с высоким результатом. Гроссмейстер Богатырчук был участником шести всесоюзных шахматных чемпионатов. В 1927 году он становится чемпионом СССР. В 1925-м выходит первый учебник по шахматам на украинском языке – «Шахи. Підручник гри» авторства Богатырчука. В самом начале 30-х Богатырчук возглавляет Федерацию шахмат Украины. 

В 1935 году происходит скандал. В СССР появляется юное дарование – Михаил Ботвинник, которому было суждено стать первым советским «шахматным королем» и чемпионом мира. Вокруг Ботвинника развернулся настоящий ажиотаж: ему всячески содействовали, миф о нем тщательно культивировался в Советском Союзе. Естественно, у молодого шахматиста были великолепные задатки, но Сталин решил умножить их и подкрепить возможностями государственного аппарата и отечественной системы пропаганды. И надо же было такому случиться, что на протяжении нескольких месяцев Ботвинник неизменно проигрывал Богатырчуку!

Внезапно в прессе появляется статья трех гроссмейстеров – Погребысского, Поляка и Константинопольского – под названием «Растратчик народных денег», направленная против Богатырчука. Его обвиняют во всяческих грехах, в том числе в растратах средств из фондов шахматной федерации. Федор немедленно обращается с жалобой в ЦК партии. По его словам, там ему ответили: «Знаете, товарищ Богатырчук, и напечатание статьи в газете, и другие проявления недовольства вашей работой явились результатом того, что вашему политическому облику наша общественность больше не доверяет. Возьмем, к примеру, ваш выигрыш у Ботвинника в турнире 1935 года. Мы знаем, что у вас в турнире было плохое положение и что вы знали, какое громадное значение для престижа СССР являлось бы получение Ботвинником единоличного первого приза. И несмотря на это, вы приложили все усилия, чтобы эту партию выиграть». Вот так-то! Заказные матчи практиковались уже в ту пору!

В 1940-м Федор Богатырчук защищает докторскую диссертацию по рентгенологии костных тканей и сосредотачивается на научной деятельности. В мир шахматных фигур дорогу ему все чаще и чаще перекрывают, выставляя бюрократические преграды…

После нападения Германии на Советский Союз, летом 1941 года, Богатырчук подлежал эвакуации из Киева. Тем не менее, сославшись на липовую справку (необходимость прохождения курса уколов после укуса бешеным животным), он остается в оккупированном городе, где очень быстро находит общий язык с националистическим подпольем. По инициативе Богатырчука и при поддержке немецкого командования в Киеве создается отделение Украинского Красного Креста, которое сам же Федор и возглавил.

Однако вскоре начинаются репрессии среди националистов. Немцы расстреляли ряд видных деятелей ОУН – Елену Телигу, Ивана Ирлявского, сестер Суховерских, Ивана Рогача и других. Сам Богатырчук попадает в Гестапо, но спустя несколько недель выходит на свободу. После года мытарств и нищенствования, попыток заработать на жизнь частной врачебной практикой, он получает предложение от немецких властей возглавить Институт экспериментальной медицины. 

В начале 1943-го по делам Института Богатырчук выезжает в Берлин, где знакомится с генералом Андреем Власовым. Позже Федор Парфеньевич вспоминал: «Даже сейчас, спустя 33 года, я сохранил в памяти как его самого, так и многие детали нашей беседы. Основной темой была принципиальная возможность выступления русских на стороне Германии против сталинской клики (выражение Власова), не принимая ни бредовых расистских теорий, ни человеконенавистничества, возвещенных Гитлером и нацизмом…»

Начинается настоящая дружба между Власовым и Богатырчуком. Когда в сентябре 1943 года Федор выехал на запад, именно Андрей занялся устройством его быта за рубежом.

В конце 1944-го Гитлер решил, что в борьбе против СССР необходимо избавляться от прежних стереотипов и расистских догм. Если ранее нацисты считали славян «унтерменшами» – «недолюдьми», то теперь фюреру требовались союзники. Нужны были силы, которые могли бы защитить Германию от Советского Союза. Именно поэтому гитлеровцы начинают заигрывание с националистами и власовцами, идя даже на создание неких руководящих органов, комитетов для координации деятельности и организации борьбы всех антисоветских сил. Так в ноябре 1944 года немцы попытались создать Украинский национальный комитет в составе выпущенных из концлагерей Андрея Мельника, Степана Бандеры, Тараса Бульбы-Боровца, гетмана Скоропадского и прочих политических деятелей. Во главе комитета был поставлен генерал Павел Шандрук.

14 ноября 1944-го в Праге официально учрежден Комитет освобождения народов России (КОНР). Тогда же была обнародована политическая платформа новой организации – «Пражский манифест». В президиум КОНР вошли генералы Власов, Трухин, Малышкин, Закутный, Жиленков, Балабин, а также профессора Руднев, Будзилович и Богатырчук. Позже Александр Солженицын назвал «Пражский манифест» «ублюдочным», поскольку в нем не разрешалось мыслить Россию вне Германии и нацизма.

После войны Федор Богатырчук остался жить на Западе. Он не был выдан советским властям. Его не арестовал СМЕРШ. Но его имя было вычеркнуто из истории советских шахмат. Один из биографов профессора, Никита Китайгородский, писал так: «После такого вызова имя Богатырчука на его родине было предано анафеме и полному забвению на много лет. Он был вычеркнут из списков чемпионов СССР, а в советской шахматно-исторической литературе его фамилия даже не упоминалась в числе участников московских международных турниров 1925 и 1935 гг. В шахматных комментариях, когда хотели сослаться на партии с его участием, писали примерно так: «В одной из партий Эммануила Ласкера московского международного турнира 1925 года, белые избрали другой план». Можно было даже не рыться в довоенной шахматной литературе, чтобы догадаться: речь шла о партии Ласкер–Богатырчук. Сам же Федор Парфеньевич, живя три года в послевоенной Германии, не без успеха играл в немецких турнирах под фамилией Богенко, чтобы, по его собственным словам, «не дразнить советских собак», а точнее – не давать лишнего повода для принудительной репатриации на родину. В 1946 году он, в частности, выиграл турнир памяти Клауса Юнге – талантливейшего немецкого мастера, погибшего на фронте в последние дни войны в возрасте 21 года».

В конце 40-х Богатырчук переехал в Канаду. Он принимал активное участие в общественной жизни, был председателем Объединения украинских федералистов-демократов, занимался научной деятельностью, стал лауреатом множества престижных научных наград и премий. Кандидатура Федора Богатырчука рассматривалась как одна из наиболее вероятных на пост руководителя украинской службы радио «Свобода». До конца жизни шахматы оставались главным увлечением Федора Парфеньевича. В 1954 году он стал международным гроссмейстером.

По воспоминаниям Бориса Спасского, Михаил Ботвинник настолько глубоко затаил ненависть и злость по отношению к своему сопернику, что когда Спасский рассказал ему о знакомстве в Канаде с Богатырчуком, тот прошипел: «А этого я бы своими руками повесил на площади в центре города!»

Однако теплые отношения установились между стареющим профессором и чемпионом мира Виктором Корчным, в 70-х годах уехавшим из СССР и оставшимся жить на Западе. 

Федор Богатырчук скончался в Оттаве в 1984 году в возрасте 92 лет. И только недавно его имя вернулось в историю украинских шахмат – к 110-й годовщине со дня рождения великого шахматиста состоялся турнир памяти Богатырчука. Хотя хочется верить, что его имя будет полностью реабилитировано. Он в последнюю очередь был политиком. В первую очередь он был врачом и шахматным гением. И именно в этих ипостасях будет оценен потомками.