В Светлый день Пасхи у меня возникло острое желание задуматься о вещах не простых. И желание было настолько велико, что подумалось о Божественном происхождении иных наших помыслов. Зная сложности раскрытия религиозных тем (в прошлом году секта, где главарь насиловал прихожанок, слала проклятия на головы журналистов) гнал поначалу от себя мысль о написании нижеследующей статьи.

Но в маленькой, мало кому известной церквушке, во время нестройного, но задушевного пения церковного хора, текст сам обрел чёткую структуру в моей голове.

Вспомнилась открыточка – светловолосый, сильно напоминающий языческого Леля, Христос в светло-оранжевой, какой-то кришнаитской ночнушке и голубой простыне, держит в руках неглубокую корзинку с куличами, писанками и веточками вербы; его босые ноги перекрывает лента с надписью: "Христос воскрес!". Открыточку подарил коллега по службе в МВД. Он не воцерквлённый человек, но чтит народный обычай. А то, что открыточка, наверняка, не благословлена Церковью, так, поди, их разбери, церкви-то эти! Главное, что от души.

Тайны народа чиги

Насколько известно, первые пасхальные открытки, после обретения Украиной независимости, выпустило издательство "Столичная газета" и картинка на них больше напоминала о пионерии, нежели о важном христианском празднике. А для Православия этот праздник, не то чтобы важный, а основополагающий. Объясняют так: родится от Святого духа – это всякий сможет, а вот Воскреснуть дано не всякому. Уместно ещё и другое объяснение: зимой, на Рождество Христово в наших широтах ничего не происходит, не сопутствует этот праздник исконным народным культам. А вот Пасха – это окончательный приход Весны. Совсем недавно, 22 марта её зазывали в сёлах печёными жаворонками и вот она, наконец-то, пришла. После нескончаемой стужи, после зимних холодов, после беспросветных дней. Приход яснолицей Государыни Весны в наших краях – это событие намного более важное, чем на родине христианства, где всегда лето.

Скорее из почтения к народной традиции, как и генерал-майор, что подарил мне открыточку с Лелем-Христом, на Пасху поехали мы в православный храм. Даже не то чтобы в храм, а так в деревянную церквушечку. Село старинное, жаль, что вымирающее. Всего двенадцать дворов осталось. А всё ж таки село, потому что "церква" своя есть. Если кто не знал, то село от деревни только наличием церкви и отличается. "Церква" в этом селе тоже очень старинная. По преданию, ещё Богдан Хмельницкий к её строительству самолично приложился. Любопытно, что основатель Войска Запорожского Богдан Михайлович Хмельницкий был родом из Чигирина, то есть, имел прямое отношение к загадочному народу чиги, что существенно повлиял на Украину и Россию, а следов после себя почти не оставил. Иван Грозный с чиги сообщался через Иноземный приказ. При Иоанне Васильевиче самым славным представителем народа чиги был завоеватель Сибири Ермак Тимофеевич по фамилии... Чигин. Ещё из истории известно, что именно казаки-чиги посадили на Русский престол первого Романова – Михаила Фёдоровича, оказав ему своевременное физическое содействие в самый решающий момент избрания на Земском Соборе. Православный народ чиги нынче зовётся "украинцами" и "русскими" и смиренно молится в своих старинных церквях.

Намеренно не сообщаю, где это село, и к какому патриархату (Киевскому или Московскому) относится церковь, где довелось отстоять Всенощную на Пасху, чтобы не вносить ещё и свою лепту в дело нелепого раскола между православными церквями. Вообще-то, если уж начистоту, то в Нагорной проповеди Иисус вообще возбранял молиться напоказ: "5. И, когда молишься, не будь, как лицемеры, которые любят в синагогах и на углах улиц, останавливаясь, молиться, чтобы показаться перед людьми. Истинно говорю вам, что они уже получают награду свою. 6. Ты же, когда молишься, войди в комнату твою и, затворив дверь твою, помолись Отцу твоему, Который втайне; и Отец твой, видящий тайное, воздаст тебе явно". Слышите? Видите? "...Когда молишься, войди в комнату твою и, затворив дверь твою, помолись Отцу твоему". В тайне. Но у нас в народе принято на Пасху не в комнате запираться, а идти в церковь, в люди. В явно.

Тут на память приходит пример из "Бесед и суждений Конфуция". Некий китайский правитель хотел запретить впредь обряд принесения в жертву барана в день извещения о новолунии. А Конфуций, который служил у него советником, отсоветовал это делать, сказав: "Господин! Ты дорожишь этим бараном, а я дорожу этим ритуалом".

В наши дни, когда получить на свою снедь капельки святой воды стало модной традицией, за настоящим пасхальным ритуалом приходится уезжать всё дальше от Киева. Иначе тётки с пасками и крашенками в корзинках затопчут, запихают, загомонят, а вот осознать всю глубину Дня святого Воскресения не дадут. Однако "14...если вы будете прощать людям согрешения их, то простит и вам Отец ваш Небесный, 15. а если не будете прощать людям согрешения их, то и Отец ваш не простит вам согрешений ваших". В Киеве мне трудно прощать, потому и удалился в старинную церковь народа чиги, который безропотно, как святые Борис и Глеб, растворился среди нас во имя единства людей православной веры.

Предательство за предательством

Бабушки-старушки не стали скрывать, что узнали "Стогния из телевизора", но на церемонии это никак не сказалось. В деревянной "намоленной" церкви дышалось легко, и мысли были ясны. Вспомнилось ещё из Нагорной проповеди: "7. А молясь, не говорите лишнего, как язычники, ибо они думают, что в многословии своем будут услышаны; 8. не уподобляйтесь им, ибо знает Отец ваш, в чём вы имеете нужду, прежде вашего прошения у Него".

Наверняка, целая ночь молитвенных песнопений – это и есть то лишнее, языческое, о чём предупреждал Иисус. Но было хорошо, благостно, и душа была разверзнута нараспашку. Мысли, идеи, образы, которые приходят в такое время на сердце, в душу, на ум – разве они наши собственные? Разве не являются они гласом свыше нашему духу? Когда мы говорим Богу – это молитва. Но когда Бог говорит с нами – разве это шизофрения?

Скорее, шизофренией назову раскол внутри православных церквей. Мне, как журналисту приходит на ум, возможно, не политкорректное сравнение продвижения христианства с распространением тиража некоего средства массовой информации "Христианская Вера". Центральная редакция в Константинополе, разумеется. Именно там христианство было признано государственной религией в 325 году при императоре Константине. В Риме традиционно, ещё со времён апостолов Петра и Павла, была дополнительная редакция для Латинского мира, и она платила Константинополю франшизу. Потом около 867 года римский епископ Николай I отказался выплачивать франшизу константинопольскому патриарху Фотию и сам стал патриархом, то есть римским папой (читай, главным редактором издания "Христианская Вера" в Риме"). Процесс пошёл.

В 1589 году в Москве стараниями последнего Рюрика, царя Фёдора Иоанновича патриаршее достоинство было усвоено митрополиту Иову лично константинопольским патриархом Иеремией II. А что Иеремии оставалось делать Константинопольский патриархат был полностью разгромлен турками. Русский царь Фёдор Иоаннович незаслуженно оболган династией Романовых, как "больной и слабоумный". Но никому досель из "здоровых и сильноумных" не удавалось учредить в своём царстве собственный православный патриархат. Вообще-то и царство Русское только тогда началось, когда там свой патриархат завёлся, а до того отец царя Фёдора Иоанн Васильевич был Великий князь и не более того, как бы Грозный не тщился. Не будем забывать, что и Волгу великой русской рекой именно Фёдор Иоаннович сделал, поставив на ней за 15 лет правления цепь русских городов-крепостей – Самару, Симбирск, Саратов, Царицин и т.д...

Но нас интересует московская редакция СМИ "Христианская Вера" в Москве", Московский патриархат. "Франшизу" он более Константинополю не платил.

И у Римской католической церкви были свои расколы и у Московской православной. Пришёл черёд и Киева. Христианство на Русь из Киева пошло, а Москва к началу 90-х прошлого столетия сильно ослабла. Приверженцы Украинской православной церкви Киевского патриархата возводят её историю к Киевской Митрополии, находившейся в юрисдикции Константинопольской Церкви, отрицая законность её перехода под юрисдикцию Московского Патриарха в 1686 году при царевне-регенте Софье Алексеевне Романовой. Тем не менее, Киевский патриархат не желает выплачивать "франшизу" ни Константинополю, ни Москве, и выпускает своё СМИ "Христианская Вера" в Киеве". У каждого своя правда.

Кары Божии заслуженны и справедливы

Самое неприятное во всей этой истории, то, что многочисленные "редакции" СМИ "Христианская Вера" в результате столь же многочисленных расколов извелись, что называется, "до мышей". По моему наблюдению, типичный прихожанин в православной церкви, что Киевского патриархата, что Московского – это человек, зашоренный собственным непосредственным самосохранением и материальным благосостоянием, интересующийся окружающими лишь в той степени, в которой это окружение служит средством для достижения его собственного благополучия. "Раб Божий" не обязан быть воодушевлён общественными идеалами, патриотизмом или благом других. Не смотря на то, что по великим праздникам в роскошных православных храмах появляются "номенклатурные подсвечники", неясно, зачем православные прихожане, особенно в московско-патриаршем варианте вообще будут служить в украинской армии или рисковать жизнью в украинской милиции. Даже в мирные времена киево-патриаршее или московско-патриаршее православие не указывает причин, зачем лучшим людям общества выбирать службу отечеству или государству вместо частной жизни, посвящённой молитве и зарабатыванию копейки на хлеб насущный. Совершенно не ясно, зачем прихожанину православной церкви принимать активное участие в жизни своего общества, быть щедрым с бедными и даже приносить жертвы, необходимые для содержания семьи, если в идеале у него – одинокий бездетный старец в самокопанной пещере.

Помимо вопроса – можно ли создать жизнеспособное общество, где совершенно ни в ком нет гражданского духа, есть ещё более важный вопрос: а не правы ли те, кто призирает людей, в вере своей не способных приподняться выше куличей с яйцами и прочих трапезных потребностей?

Может быть, необычайно расплодившиеся в Украине секты – лишний пример того, как некий импульс заставляет человека возвышаться над примитивными природными, так называемыми "народными" потребностями? Не исключено, что уход какой-то активной части христианского населения в секты отражает некую тягу к перешагиванию через себя, лежащую в основе возвышенных чувств патриотизма, храбрости, благородства и альтруизма. Не связана ли необычайная популярность лжехристианских сект каким-то образом с моральной стороной природы человека? Не обращаются ли апологеты сектантского движения к той части человека, что находит удовлетворение в жертвовании интересами тела ради целей и принципов, лежащих вне тела? Вспомним, ведь и само христианство выродилось из секты учеников и родственников Христа. И даже эта секта раскололась, когда младший брат Христа – Яков, возглавивший секту, остался в Иерусалиме с матерью Христа Марией и с женщиной, к которой Иисус явился после Воскресения Марией Магдалиной. В то же время, апостол, трижды отрёкшийся от Учителя, Пётр совместно с апостолом, никогда не видевшим Спасителя, Павлом основали новую христианскую секту в Риме. Но сам-то Иисус Христос никогда не был христианином. И крестным знамением себя ни разу не осенял.

Определяя борьбу за признание, как нечто в основе своей истинно христианское, нынешние лжехристианские секты пытаются почтить и как бы сохранить некоторый моральный аспект христианской жизни, который полностью игнорируется Киевским и Московским патриархатом. Впрочем, Киевский патриархат тоже хочет признания, от Московского патриархата, прежде всего. Что, согласитесь, иной раз выглядит как-то ущербно.

Притча о благоразумном строителе

Ещё до того, как стать патриархом Московским, архиепископ Кирилл предлагал Украинской Автокефальной Православной Церкви присоединиться к Русской Православной церкви со статусом заграничной церкви и сохранением автокефалии. "Он сказал... я вам предлагаю статус, который имеет зарубежная Русская Православная Церковь – вы сохраняете за собой автокефалию, то устройство которое вы имеете, все Ваши церкви, средства будут в вашем распоряжении, единственное – будете присутствовать на Соборах владыки Владимира Сабодана и поминайте его имя, меня не нужно, и тогда вы будете каноническими, выйдете на арену мирового православия". То есть, франшизу изданию "Христианская Вера" в Москве" киевской редакции издания "Христианская Вера" в Киеве" платить не нужно, но в исходных данных московскую редакцию указывать потребуется.

Киевский патриархат почти согласен. "Потому что, какой бы ни был мир, он лучшей, чем война", – полагают там. Мир между КП и МП нужен хотя бы потому, что им вместе нужно идти войной на лжехристианские секты – такое понимание пришло ко мне во время бдения Всенощной на Великий день. И опять война эта будет за признание.

Особенно после Оранжевой революции признание людьми единства Православной церкви возникает в качестве центрального фактора украинской политической жизни. Единство православной веры оказывается в некотором смысле связано с хорошим политическим строем, поскольку оно и есть источник общественного духа и определённого нежелания идти на моральные компромиссы будь-то с тоталитарными сектами, будь-то с неправедными (читай: несправедливыми) властями. Согласно этико-правовому учению Иоанна Златоуста, хороший политический строй обязан быть чем-то большим, чем законобоязнь и законопослушание; он должен также удовлетворять справедливое желание человека получить признание своего достоинства и ценности. Только тогда государство установлено на незыблемом камне Церкви, а не на зыбком песке бесчисленных сект.

"24. Итак, всякого, кто слушает слова Мои сии и исполняет их, уподоблю мужу благоразумному, который построил дом свой на камне; 25. и пошёл дождь, и разлились реки, и подули ветры, и устремились на дом тот, и он не упал, потому что основан был на камне. 26. А всякий, кто слушает сии слова Мои и не исполняет их, уподобится человеку безрассудному, который построил дом свой на песке; 27. и пошёл дождь, и разлились реки, и подули ветры, и налегли на дом тот; и он упал, и было падение его великое".