«Наша брань не против крови и плоти,

но против начальств, против властей,

против мироправителей тьмы века сего,

против духов злобы поднебесной» (Еф. 6,12).

1. БЕСпамятсво


Ох и короткая же у людей память – только вчера было тяжкое похмелье, а сегодня снова тянет на веселье; такое забвение свидетельствует о пленении человека страстью. Только вчера Господь смирял славянскую гордыню советской властью, не успели опомниться от этой страшной духовной комы, как уже снова на Красной площади кровавые знамена, а новый идеолог России Патриарх Кирилл вновь, как в «хорошие добрые времена», провозглашает хвалебные оды отцу всех народов Сталину: «Успехи того или иного государственного руководителя, который стоял у истоков возрождения и модернизации страны, нельзя подвергать сомнению, даже если этот руководитель отмечен злодействами. Нужно уметь различать духов. И там, где проявлялись воля, сила, интеллект, политическая решимость, – мы говорим: «да, несомненные успехи», как и в случае с победой в Великой Отечественной войне. А там, где были кровь, несправедливость, страдания, мы говорим, что это неприемлемо для нас, людей XXI века. Мы себя не отождествляем с этими кровавыми страницами. Мы отдаем эти исторические персонажи на суд Божий». Священноначалие Русской Церкви, которое призвано Богом вести народ Божий в Царство Небесное, прославляя достижения советской эпохи, по сути говорит о мамоне, а не о Христе и жизни в будущем веке с Ним, побуждает возвратиться в коммунистическое светлое будущее.

Вся эта постсоветская воспаленная тоска по прошлому сопровождается мощной информационной кампанией по нивелированию количества жертв сталинских репрессий. Варлаама Шаламова, Александра Солженицына, Олега Волкова, Ивана Багряного, Василия Барку, Бориса Ширяева и многих других писавших об этом людей, которые сумели выжить в ГУЛАГе, сердечно любили свою Родину Россию или Украину, творчество которых является золотой страницей в истории всемирной литературы, превращают в неких диссидентов-врунов, преувеличивающих количество жертв в своих книгах по заказу Америки. Изданные Православной Церковью дневники священномученика Афанасия Сахарова, священника Николая Трубецкого, отца Павла Флоренского и Глеба Каледы, репрессированного сына священника Сергия Фуделя и десятки других по сути святых свидетелей тех темных времен в свете современного взгляда на историю в российском обществе оказываются некими оголтелыми мечтателями, которые в прелести своей не видели «несомненные успехи» вокруг себя.

То, что Патриарх поддерживает власть, не удивительно, так оно и было всегда в истории Церкви, но удивляет то, насколько эти скрепы сильны, раз он, глава гонимой советами Церкви, так далеко зашел в суждениях о самом жестоком за всю историю вселенской Церкви её палаче. Всматриваясь в современную вакханалию сталинизма в России, вслушиваясь в язвительные реплики рожденных, но не пострадавших в СССР людей, о том, что, мол, «Сталина на вас мало, он бы навел порядок», вспоминаю слова моей бабушки, сказанные с гневом сквозь слёзы: «Безумцы! Так могут говорить люди, которые тогда не жили, которые сами сажали, имели льготы, были парторгами или ещё какими-то там сволочами, а теперь за этим скучают».

Мы ныне не представляем что это такое, когда человек боится не Бога, а другого, такого же как он человека, своего соседа, или родича, сквозь глазные яблоки которого на вас глядит вождь. Мы беззащитны друг перед другом, потому что по природе своей зависимы от окружающих нас людей. Страсти, как мины на зеленой солнечной лужайке, заходи дружок, расслабься на минутку и поведай тайны души своей, все это пригодится в «Деле№…», а мне достанется твоя жена. Бес – самое логичное и разумное существо под небесами, ибо он бессердечен и бесконечно зол на Бога, и поэтому так ненавидит человека. Чтобы сохранить ненависть неприкосновенной в глубинах сердечных, он убедит, что тогда, мол, такие обстоятельства были, что по-другому никак, довели меня до убийств, грабежа, насилия и святотатства, это все они некто, кто-то там где-то и так давно это было. Сегодня Америка и укро-фашисты, а вчера Германия и гнилая интеллигенция с духовенством тормозили развитие страны, а голодали мы из-за жадности куркулей.

«О, мы прекрасно знаем, что такое фашизм – немецкий фашизм, он же – гитлеризм. Нам и в голову не приходит, что существует и другой фашизм, такой же поганый, такой же страшный, но свой, доморощенный. И, наверное, именно поэтому мы не видим его в упор, когда он на глазах у нас разрастается в теле страны, словно тихая злокачественная опухоль…. И тот, кто уже заразился, зачастую не замечает, что он болен и заразен» (Стругацкий).

Может, потому мы вполне осознанно опустошаем свое прошлое, что у нас прогрессирует болезнь нечувствия своих грехов, ни перед предками, ни пред детьми мы не хотим раскаиваться. Две страны, которые находятся на совершенно разных географических и культурных полюсах мира, Германия и Япония, извинились перед мировой общественностью за все содеянное во Второй Мировой Войне. Да, мы правы, ибо победители, но разве нам не о чем жалеть? Сокрушение сердца не для сильных лидеров, у нас есть некое объединяющее чувство национального достоинства: «Возрождаются старомодные идеи: о великой империи, о «железной руке», «об особом русском пути»… Вернули советский гимн, есть комсомол, только он называется «Наши», есть партия власти, копирующая коммунистическую партию. У Президента власть, как у Генсека. Абсолютная. Вместо марксизма–ленинизма – православие… (Светлана Алексиевич, "Время секонд хенд"). Историю необходимо изучать для того, чтобы каяться. В прошлом нет и никогда не было повода к гордыне – это главный лейтмотив Священного Писания. Прошлым руководствуются дабы пролить свет на настоящее. «Ибо отцы наши поступали беззаконно, и делали неугодное в очах Господа Бога нашего, и оставили Его, и отвратили они лица свои от жилища Господня, и оборотились спиною» (2 Пар 29,6).

2. Назад в будущее


Современным свидетелям интернет-сплетен, борцам за лайки на своих бесконечных перепостах примитивных пятиминутных сюжетов о мировом заговоре стоило бы обратить внимание на реальный источник знания своей недавней истории. Встать из-за компьютера и повернуть голову в свое прошлое не для того, чтобы глядеться в зеркало своего нынешнего великолепия, а чтобы увидеть и расспросить тех людей, которые ещё, слава Богу, живы, многое видели своими глазами и хорошо помнят.

Жертв не могло тогда быть меньше, чем миллионы. Попытаюсь сделать некий живой срез одной из веток древа истории. После того как в 1939 году советские войска пришли на территорию Западной Украины, отошедшей по Пакту Молотова-Риббентропа к СССР, за полгода их пребывания в г. Радивилове, откуда родом мои родители, немцами было расстреляно 7 человек, а советами – треть населения. Сразу предупреждаю разгневанных патриотов России: я тоже патриот своей земли, и считаю немцев оккупантами, но факт остается фактом. За немецкими оккупационными войсками люди массово шли в г. Дубно, надеясь отыскать в дубенской тюрьме своих репрессированных советами родных. Мой прадед тоже поехал за сыновьями. То, что он там увидел, не поддается описанию: все камеры и тюремный двор были забиты трупами ни в чем не винных людей. Из десяти сродников, о которых я собрал точную информацию, один только прадед был убит немцами под Берлином, девять – советской властью. Расспросите хорошенько людей, переживших те времена, и вы увидите, что нет такой семьи, член, родственник или приятель которой не сидел по 58-ой политической статье.

После прихода советской армии в Радивилов было совершенно массовое ограбление населения, отобрано у людей почти все, что можно было съесть или одеть. И это данные только по одному городку… Сталин не мог допустить, чтобы советские люди, которые жили на пайке в «процветающем» СССР увидели, что на бывшей территории "буржуазной" Польши дома крыты жестью, у людей велосипеды, свежий хлеб каждый день… Потому что вождь не может врать, и, как можно видеть, до сего дня в авторитете. На что это похоже? Да, вы не ошибетесь, если скажете, что на нашествие орды. Чингиз Хан мечтал добраться «к последнему морю», а вождь всех народов мечтал о всемирной революции, и кто мог встать ему на дороге, ведь русский народ ему поверил. Он сделал первый шаг, второй Господь остановил, Гитлер совершил нападение первым, а то бы слыли мы до сего дня варварами-завоевателями, наподобие наших предков-славян, которые в составе норманнов, аваров, гуннов или готов, походами на Европу и Средиземноморье себе на хлеб насущный "зарабатывали", а назад образованных рабов пригоняли, которые им "цивилизацию" строили.

Жертв и не могло быть меньше, потому что от работы правоохранительных органов зависели темпы роста экономики в СССР. НКВД и КГБ были в руках власти плетью, подгоняющей рабов на рудниках Третьего Рима. Семья моих знакомых учителей были посажены в ГУЛАГ на 15 лет, работали на Урале, добывали урановую руду вручную. Заключенные вывозили породы из-под земли на деревянных носилках и это, как говорят сегодня некоторые «историки», в стране с высокими темпами роста индустриализации! Моя бабушка и её мама почти всю жизнь работали в колхозе, вручную до 70-ых выкапывали картошку и пололи свеклу на колхозных полях. Как дома, так и в колхозе доили молоко вручную. Треть продуктов домашнего производства нагло отбиралась, даже мясо зарезанного поросенка под строгим контролем сельсовета держалось. На каждое плодовое дерево платился налог, так что выгоднее было просто избавиться от деревьев вообще. С каждой хаты местным советом назначалось по собственному усмотрению изымать «ссуду» государству от 800 рублей и больше, за невыполнение плана вывозили туда, где государство дает тебе шанс отработать задолженность. Это были нереальные деньги, так как работали в стране процветающего социализма на трудодни без выходных. Мой дед, летчик-истребитель, после войны несмотря на пережитые тяжелые ранения и награды фронтовика, никаких льгот не имел. И это в хваленой индустриальной державе, с «высокой социалистической моралью», за темпы роста которой было отдано столько человеческих жизней!

Один знакомый ветеран войны рассказывал, что когда советы пришли к ним в село возле Каменец-Подольского (Хмельницкая область), то прочитав лекцию о новой коммунистической морали, начали призывать к полигамии. Тогда бабы собрались и задали хорошенькую трепку проповедникам новой жизни. На другой же день приехал карательный отряд и вырезал половину села, опустошив амбары, все изъяли на пользу молодой советской власти. Почему? За что? Может, потому, что свет режет больной глаз и тем самым мучает человека, вот и поднимает он руку на свет? Я никогда не поверю, что так можно уничтожать людей только ради пользы дела, для ускорения темпов индустриализации страны, есть в этом что-то очень личное. Нет таких личных грехов, которыми болеет общество, и нет таких общественных пороков, которые не были бы свойственны отдельной личности. «Убить человека это ещё значит посягнуть на бесценное Божие творение в видимом мире. В конечном итоге это означает посягнуть на Самого Бога, ибо все, что имеет человек – и тело и душу, – дано ему от Бога. И ещё нечто: каждое убийство есть ещё и самоубийство, ибо убивающий самим актом убийства совершает самоубийство: убивает в себе душу» (прп. Иустин Попович).

Почему Русская Церковь об этом не совсем ещё забытом факте всенародного самоубийства молчит, почему с такой легкостью её священнослужители в поддержку Патриарха, разгорячая человеческие страсти, ныне говорят вот такое: «Нам надышаться можно только ветром. Нам любовь по беспределу, нам воли до плахи, нам смысла до отрицания. Вы – тля, нас пугаете?! Ша, гниль! Мы Бог… О нас есть такая присказка: когда дьявол ангелов сманил, часть за ним пошла, но части части раскаялась и назад захотела вернуться, да Бог не принял. Так и маемся – на небо хотим, но не берут нас, пока других падших не обернём. Загадка русской души в выборе: уничтожить или отмолить? Что же касаемо будущего: его нет. Если что пойдёт не по нашему – даже наши младенцы знают приказ – стереть этот мир, как не оправдавший надежд Своего Творца. Это генетический штамп. Русское призвание. Русское проклятие. Русский выбор» (о. Иоанн Охлобыстин). Да, соскучилась русская душа по русскому бунту, большевики хотели навести порядок в разбушевавшейся стихии революции и проиграли, выиграл Сталин, ибо он чувствовал этот порыв Стеньки Разина и дал сей стихии ход. «Теперь нет города в России, где не было бы Музея Революции. Это верный признак ее смерти: она на кладбище» (Георгий Федотов).

Жертв не могло тогда быть меньше чем миллионы, и сегодняшние проповедники "Русской Весны" готовы снова заплатить такую страшную цену ради "национального возрождения". В обстоятельствах стадной эйфории спящий на привязи внутренний зверек превращается в зверя. В того самого, которого изображает святой евангелист Иоанн Богослов: «Зверь, который был и которого нет» (Откр 17,11). По мысли митрополита Дмитрия Вознесенского, писавшего толкование на Апокалипсис в тяжелые революционные времена прошлого века, сей зверь есть абсолютизация человеком своих телесных страстей, то есть когда животная жажда удовлетворения плоти усугубляется бесконечным желанием человека наслаждений. Он на все способен, если чего-то очень хочет, и никакая религия ему не помеха, только Бог может остановить его на этом пути: «Они пожили хорошо, взяли свое, хватит, теперь моя очередь!». Человек обязательно заменит христианство коммунизмом, имперским православием или каким-либо суеверием, в котором «я хочу» означает то же, что и «Бог велит».

3. «Враги народа» вчера и сегодня


Я начал читать книги по истории XX века уже после того, как наслушался рассказов живых свидетелей тех дней, моих бабушек, деда и сродников. Многие из них уже ушли в мир иной, а я до сих пор не могу в себя вместить: как, для чего, в чем смысл такой безудержной, воистину славянской по размаху души жестокости? Нет, не к заклятому врагу, а к собрату, к ближнему своему? Нас часто упрекают россияне, что украинцы живут обидами на прошлое. Но есть ещё очень свежие духовные раны, от которых душа ноет, когда приходит осень, когда снова возвращаются к прошлому.

По приблизительным подсчетам авторитетной российской общественной организации «Мемориал», количество подвергшихся политическим репрессиям в СССР составляет около 40 миллионов человек, но пока что обработаны далеко не все материалы. Многие из репрессированных были не героями России, а её совестью, людьми, которые оставались верны Богу и сохранили человеческое достоинство. В результате Гражданской войны, эмиграции, индустриализации, коллективизации и политики репрессий против инакомыслящих были истреблены целые социальные слои, в том числе представители культуры, ученые. Были физически уничтожены многие писатели и поэты (Н. Гумилев, Н. Клюев, О. Мандельштам…); репрессирована научная элита (С. Платонов, Д. Лихачев, Н. Вавилов, Л. Ландау…); уничтожено крестьянство и вековой уклад народного хозяйства, практически всё духовенство.

Сталин хорошо понимал, с кем имел дело, потому что учился в семинарии и знал Церковь изнутри, чем и объясняется очень утонченный, продуманный до мелочей садистский способ ликвидации религии в СССР. К духовенству в ГУЛАГе был особый подход, подробно описанный в документах по канонизации новомучеников. Мне посчастливилось прочитать сотни писем из разных лагерей наших местных подвижников христианской веры. Приводят в ужас своей бесчеловечностью изощренные методы, применявшиеся советской системой для подавления именно тех личностей, которые могли хоть в чем то быть примером для других. В то же время вызывает трепет их безграничное терпение, воистину, без Божьей помощи просто остаться человеком в условиях карательной системы было невозможно.

Для сравнения масштаба гонений уместно провести исторические параллели с теми древними временами, когда мученическим подвигом просияли множество святых. В Римской империи гонения были эпизодическими и не массовыми, мы знаем о них благодаря «мученическим актам», то есть документам дотошной римской юриспруденции, четко фиксировавшим где, как и за что были казнены римские граждане. Константин Великий обнародовал эти документы, а Церковь на их основании написала жития.

Но история Римской Империи не знает специальных тысячных архивов под грифом «христиане». Православной Церкви в истории мира никогда государством не объявлялась открыто война, впервые это произошло в России когда в 1918 году был издан декрет Ленина о «тотальной борьбе с реакционным духовенством». До переписи Сталиным в 1937 году Церковь Христова была физически уничтожена: согласно подсчетам историков церкви Дамаскина, Орлова, Поспелосвкого, Филиппова, было репрессировано около 300 тысяч священнослужителей, так что даже святого Луку Войно-Ясенецкого некому было рукополагать во епископы.

Если их не было, этих миллионов, то за кого нам нынче служить панихиды, к кому обращаться о предстательстве перед Богом за наши грехи? К идолам, доныне венчающих Красную площадь своими могилами? Православные христиане знают, кто такой мученик Димитрий Солунский и что такое поминальная Димитриевская суббота, но не помнят хотя бы десятка из десятков тысяч своих недавно пострадавших за Христа земляков.

Некоторые священнослужители и миряне, которых только вчера называли «врагами народа», были канонизированы в 2000 году на Юбилейном Соборе как «новомученики». Но работа по их реабилитации и составлению житий почти не продвигается, только ограниченному кругу людей известен труд Дамаскина (Орловского) о новомучениках российских (об украинских вообще умолчу). В церковной среде их имена не звучат, о них практически ничего не знает ни рожденное в СССР, ни молодое поколение православных. А ведь документы для составления житий не так труднодоступны, как материалы о древних святых, всего-навсего нужно заглянуть в архивы. «Горе вам, книжники и фарисеи, лицемеры, что строите гробницы пророкам и украшаете памятники праведников, и говорите: если бы мы были во дни отцов наших, то не были бы сообщниками их в [пролитии] крови пророков; таким образом вы сами против себя свидетельствуете, что вы сыновья тех, которые избили пророков; дополняйте же меру отцов ваших» (Мф 29, 32).

4. «В чем сила, брат?»


Жертв не могло быть меньше, ведь советские граждане верили, что всякий подозрительный в своей «правильности» человек — лишний, тем более, если он носит крестик; таких необходимо удалять из общества рабочих и крестьян, общение с ними опасно и вызывает подозрения. Если человек верил в Бога и руководствовался своей совестью, он не мог спокойно жить в советском союзе. Всемогущий и кровожадный КГБ стал притчей во языцех, но его глазами и ушами были обычные люди, обыватели. У нас в семинарии говорили: «Стучи, и поступишь в Академию». За предательство Христа следует награда от антихриста: «ОН управляет этими людьми, они верят в него, как в Бога, а верить в Бога можно только слепо и безоглядно, они называют ЕГО отцом, люди уважают только тяжелую, строгую, но крепкую и надежную отцовскую руку» (Анатолий Рыбаков «Дети Арбата»).

Совесть советского человека лукава и практична ровно настолько, насколько это выгодно, а иначе и быть не может в обществе, которое верит в идолов, воплощающих тайные страсти, которые обобщают отдельные личности в монолит стада, преображают подлецов в великих людей. Так испокон веков на нашей земле было: повернули икону лицом к стенке и делали, что хотели, пока моглось. А когда изнемогли от того, что наделали, то и икону сожгли. Конечно же, мир не без хороших людей, но я говорю о том, во что верили, как жили. А к чему ещё можно было стремиться, если вечность отменили, а вместо Бога Золотого Тельца отлили и в Мавзолее поставили?

Жертв не могло тогда быть меньше чем миллионы, потому что страсть, поглощая человека, пытается его полностью уничтожить, и только промыслом Божиим люди остаются живы. Лучшие вожди в истории – это великие грешники, умевшие льстить страстям человеческим так, как бес их самих обольщал устами народа. «Не они выбрали его, а он их выбрал….История остановила на нем свой выбор потому, что он единственный владеет секретом верховной власти в этой стране, единственный знает, как руководить этим народом, до конца знает его достоинства и недостатки. Прежде всего – недостатки», – А. Рыбаков. Сталин во время своего восхождения на трон в 1920-х точно знал, что кучка революционеров-идеалистов-ленинцев ничего не достигнет, предлагая людям социалистические идеалы. Люди требовали хлеба и зрелищ, и тот, кто первым реагировал на это всеобщее стремление народа, выигрывал. Так было всегда в моменты великих исторических поворотов, так было и теперь. Сталин все это дал, и народ воздал поклонением. Кто был никем, тот станет всем и заведет страну в никуда.

Если плотские утехи, кровожадные зрелища избиения "врагов народа" на улицах и в церквях в 20-х 30-х можно отдаленно сравнить с римскими амфитеатрами, которые удовлетворяли страсти плебса и таким образом ограждали власть имущих от их же агрессии, то после утоления низших страстей наступает следующая высшая фаза – потребность в тщеславии. Сталин поставил на имперское самолюбие России и выиграл. Мы можем впадать в страшные грехи и при этом мнить из себя нечто великое, ведь мы избранные, а вы никто, «ракия» (с еврейского «пустота, пространство»). «Кто же скажет брату своему: "рака", подлежит синедриону; а кто скажет: "безумный", подлежит геенне огненной» (Мф 5,22). Человек говорит, что любит Бога и не стесняется высказывать презрение к Его живой иконе, к ближнему. Ради сокровенной веры в себя он неистово раздражается, если не находит поддержки сладостному чувству тщеславия от осуждения других: ты что, не веришь в догму – русский, значит православный? Значит, ты предатель Христа! И это вот бревно осуждения должно в ваших руках стать ружьем, стреляющим в людей с другим мировоззрением.

5. Это наше вечное славянское «сегодня»


Жертв не могло быть меньше, потому как ни во что ставилась жизнь человеческая. Человек, как лопата, до тех пор нужен, пока исправно служит, воздвигает идол национальной самодостаточности. Война, конечно же, внесла свои коррективы в нравственный облик советского человека, но положения не исправила. Концентрационные лагеря в СССР после войны были приумножены и усовершенствованы уже по виденным в Европе немецким образцам, ведь в них должны были сидеть бывшие солдаты, умевшие не только воевать, но и мыслить, сравнивать, понимать, что и за бугром живут нормальные люди, а не «кровожадные буржуи». И причина ужесточения сталинского режима опять же не во «врагах-вредителях», а в нас самих, в нашем менталитете, который просто расцвел в советском «раю».

Ещё в ХІХ веке русский писатель-публицист Мельников-Печерский открыто описывал, как в монастырях оборудовались целые артели по подделке денег, как, прикрываясь иконами, давали взятки, строили скиты на деньги, награбленные у тысяч нищих и обездоленных людей. Вот вам и советская бюрократическая система. Николай Лесков в своей «Юдоли» описывает страшный голод с людоедством и бесчеловечными зверствами. Это было, оказывается, обычное в России явление. Почему? Да потому, что помещики скупали весь урожай, продавали за границу, сами уезжали на эти деньги в города, а остаток закрывали в амбарах со стражей. Вот вам и «продразверстки», и голод о котором так много сегодня говорят. Его на Украине никогда до прихода советской власти не было, потому он так надолго запомнился нашим людям.

Жертв не могло быть меньше в советскую пору, потому что этого требовали планы пятилеток и темпы воплощения в жизнь идей Вождя. У Сталина был очень умный помощник в деле создания социалистической системы перевоспитания людей – бывший одесский криминальный авторитет Френкель. Он сидел на Соловках за какое-то неудачное дело и именно там изобрел и испытал принцип работы под названием «бригада». Ставится, к примеру, лагерным начальством задача построить баню за два дня. Вы думаете, это невозможно? Вы просто не знаете, что такое постоянный голод и изнывающий страх быть убитым озверелым начлагом, который таким образом развлекался после обеда, тренировался в прицельной стрельбе из своего окна. Френкель это хорошо знал и поэтому пообещал и сделал. Он собрал коллектив выносливых людей из зэков, дал им поесть и пообещал ужин, а также жизнь, хотя бы на время строительства бани. То есть пока работаешь, до тех пор живешь. Эта схема сработала, ибо задействовала максимум внутреннего ресурса человека, в которого Бог вложил непреодолимое желание жить. Вот эту энергию умный «авторитет» и использовал, сам не ударив палец о палец. На этом принципе был построен ГУЛАГ. «Ибо изобретены лагеря на ИСТРЕБЛЕНИЕ» (Александр Солженицын).

Без ГУЛАГа невозможно было существование СССР, так как основная движущая сила индустриализации страны была именно там. Гениальное изобретение Френкеля, который пошел, конечно же, на повышение, заключалось в том, что на бригаду выделялась минимальная норма продуктов, необходимая человеку просто чтобы выжить. И выдавалась она начальнику бригады, «социально близкому» элементу, то есть уголовнику. Можно себе представить, на что были способны такого рода люди, которым, если норма не выполнена, меньшую пайку дадут. О выбывших из строя их не спрашивали, и свое дело они делали, несмотря ни на что. Таким образом государство не затрачивало ни копейки на социальное обеспечение рабочих, на выплату им зарплаты, выходных пособий, на их лечение, таким образом государство экономило кучу денег. Об этом постепенном превращении человека в тягловую силу говорил в своем романе «Котлован» российский писатель Андрей Платонов: вырвали человека нежданно негаданно из его обычного круга жизни и вмонтировали в систему коммунистического производства. Выжил человек на фронте социалистического соревнования – хорошо, ещё дома поработает, а не выжил – ничего, никто не заметит, ведь и Бога нету, а дети «врагов народа» будут искупать вину отцов до рода и рода, пока существует советская народная власть:

И за одной чертой закона

Уже равняла всех судьба:

Сын кулака иль сын наркома,

Сын командарма иль попа...

Клеймо с рожденья отмечало

Младенца вражеских кровей.

И все, казалось, не хватало

Стране клейменых сыновей.

Александр Твардовский


Неужели нынешнее поколение должно забыть о человеческой боли, о постоянном невыносимом страхе ночных звонков, шагов, и шорохов колес на улице, о черном рабском труде, изнурявшем до смерти людской организм, о цене даже одной человеческой жизни, за которую Господь пролил свою кровь? И что же, если злодейства приводят «к несомненным успехам», то значит Церковь в лице Патриарха благословляет на убийство и изнурение людей?

Антон Павлович Чехов во время своей поездки в Сибирь написал документальный роман-хронику «Сахалин». Я был поражен прочитанным. Нет, не жестокостью, а безразличным отношением людей ко всему, что происходит с ними и вокруг них. "Если жизнь зависит не столько от естественных условий, сколько от теорий и произвола отдельных лиц, то подобные случайности подчиняют её себе существенно и неизбежно, и становятся для этой искусственной жизни как-бы законом", – так описывал А.П. Чехов в своих публицистических записках характер русской души, бытующей в русской Сибири. Какое-то недальновидное безразличие. Сидишь себе в Санкт-Петербурге, чаек попиваешь и преспокойно управляешь людьми, которым на Сахалине приходится лезть в угольные шахты за пять километров от бараков. А за сто метров находятся точно такие же залежи угля, но сверху не предписано, значит, иди, замерзай до смерти и делай то, что в голову взбрело людям, безразличным к человеку, а значит, наплевавшим на Родину. А «начальнички» в свою очередь будут писать отчеты монарху о проделанной работе, и получат за это орден и «чин», да вот о цене «успехов» промолчат.

А ведь это по сути первые зарисовки ГУЛАГа, первые описания бараков, в которых на одних нарах приходилось жить целым семьям заключенных без всяких прав и пособий на новое жилье, со вшами, эпидемиями тифа и отсутствием даже каких-то проблесков медицины. Никто ни на что не жаловался, но и не терпел почти никто, всех просто парализовало безразличие, которое потом взорвались революционной стихией жестокости. Сидевший в ГУЛАГе писатель Александр Солженицын именно в безразличии друг ко другу видит внутреннюю силу советского режима: повязали человека прямо на улице у всех на виду, ни за что ни про что, бросили в «черный воронок», а окружающим людям все равно, главное, что меня минуло. Мало кого волновало, что исчезали люди то тут, то там, что ломали Церкви, что попиралась законность, и дети отказывались от отцов «Предаст же брат брата на смерть, и отец - сына; и восстанут дети на родителей, и умертвят их» (Мф 10, 21).

В маленьком рассказике «Дети природы» Николай Лесков описывал, как вырывали из насиженных мест и насильно переселяли в необжитые степи простых крестьян, которых покупали у помещиков. От горя и уныния они там спивались, заболевали и умирали. В борьбе с природой выживали сильнейшие, ну а слабым туда и дорога. Автор ничего не придумывал, дабы очернить русскую действительность, работая некоторое время в уголовном суде и на государственных должностях, он наблюдал воочию то, что потом описывал в своих произведениях. Вот вам и знаменитые сталинские выселки и произвольные перетасовки людей. Начало красной напасти, нависшей над Россией необходимо искать не в советской власти, а в сердце русского человека. Советское прошлое это какое-то вечно-славянское настоящее, дай Бог, чтобы этим путем мы не пошли в будущее.

Почему прижилась советская власть и имела такую огромную силу влияния на людей? Потому что люди жили в грязи и распутстве и ничего в своей жизни менять не хотели. И наконец-то появилась возможность избавиться от тяжкого бремени молиться, думать и выбирать – обо всем позаботится партия! А может ли человек созидать без Божьего благословения? Кроме МТЗ и Жигулей и то по блату для работников партаппарата, похвалиться больше нечем, а вот спеси хоть отбавляй, лучше жить как свинья, но в советском рае, чем в Америке как нормальные люди, где как заработаешь, так тебе и будет. А у славян: кто зарплату не пропивает, а потом, как бомж не прозябает, тот недостоин жить со Христом. Если человек за бугром хорошо живет, потому как разумно трудится, значит он буржуй, мы не посмеем усомниться в своих талантах. Один мудрый батюшка мне сказал: «Как разумно американцы сконструировали свой трактор Джон Дир, с какой любовью и вниманием - в нем все продумано, видно, что для людей делали. Это ж надо, какие таланты у этого народа, и сколько можно у них поучиться. Нам надо за таких людей молиться, ибо в этом наша обязанность перед Богом».

Мне кажется, очень удачно и искренно без издевок русский менталитет изобразил Николай Лесков в своем рассказе «Загон». Решил помещик-англоман для своих селян вместо курных изб, где люди жили в грязи вместе с домашним скотом, построить каменные дома, а те из них сделали нужники, «так, что по улице пройти было невозможно». Думаю, это не по неведению, а специально, чтобы начальник знал свое место и не учил уму-разуму наученных. Да, по-другому жить не могли, потому что учиться не хотели. С киркой, с лопатой, голыми руками мерзлую землю в Сибири долбили, дабы добраться до угля, а вот смириться немного и закупить у буржуев экскаватор, дабы людям легче было, самолюбие не давало, вот и умирали люди от упорного труда.

Говорят, в 1990–х разграбили СССР, все моральные устои разрушили. Так кто ж ограбил, если при власти кто был, тот и остался. Кто и какие нравственные устои видел в СССР, если их носителя - Церковь святую - практически уничтожили, культуру и науку в крови утопили? Люди, конечно, как люди, они всюду есть плохие и хорошие, хотя грешны все без исключения, но вот идеалы, к которым стремился советский человек, мы не вправе называть Божьими, светлыми, хорошими. Ибо почти всякий советский гражданин не только без зазрения совести, но, увы, с романтическим упоением Павлика Морозова топтал смиренный Лик Христа. Каждый только рад был случаю, выдать шпиона-попа, который служил Церкви у кого-то на квартире, а не партии в стране, «где так вольно дышит человек». И нам сегодня от этого не стыдно, и мы не о чем не жалеем: «Мы себя не отождествляем с этими кровавыми страницами», – утверждает Патриарх, значит, мы плохих отцов хорошенькие дети? И кто же разрушал храмы, которые сегодня так истово отстраивают, как будто что-то хотят припрятать?

Но главное в другом: тот, кто убивал своих отцов, обязательно потеряет своих детей, друзей, соседей, ближних, ибо семя греха живо в нераскаянной душе. Выбеливая свое прошлое, люди закосневают в гордыне, а гордость все кругом склонна видеть отсутствующим, ибо только себя мнит сущим: «Нынешний украинец, – написал ныне популярный в России "православный" публицист Михаил Леонтьев,– национально свидомый, это русский человек настолько не захотевший быть русским, что перестал быть человеком». Как в нацистской, так и в современной тоталитарной империи сажали не за то, что человек сделал, а потому что он "не такой", не ариец, или не русский.

6. Время в судьбе


Если человек не борется с собой, со своим самолюбием, он обязательно превозносится над другими. Богу мы поставим свечку за успешное завершение доброго дела, умилительно помолимся пред древними иконами, а то реальное зло, которое терпят ближние от нас – не более чем их бездуховность, ограниченность: мы с Богом понимаем друг друга мы – православные, русские, советские! А вот они, содомиты, американцы, не русские, грешники, фашисты. С нами правда, Господь, только мы Его нерукотворный образ сохранили, утопив в крови всех инаковерующих. Враг России – это личный враг каждого, потому как он поднял руку на бога, то есть задел меня. СССР – это венец истории России, а Сталин – идеальный Государь, сильная личность, который «принял Россию с сохой, а оставил с ядерной бомбой». «Сталина на вас надо», – не раз слышишь реплики недовольных современностью россиян.

Наблюдая на то рвение, с которым пытаются сегодня обелить личность Сталина и то вдохновение, с которым это делают церковные проповедники, создается впечатление, что вождь – это некий внутренний человек сердца России, он прекрасно понимал грешную природу людей и умел пользоваться этим. «Сталинизм  это, в конечном счете, принятие Православия в качестве одной из главных основ русской идеологии, – пишет член Союза русских православных писателей, популярный нынче в России священник Александр Шумский, – Сталинизм для русского человека  это, прежде всего, сильная государственность, способная обеспечить сохранение, выживание и развитие Российской державе, Русскому народу и другим народам, входящим в состав нашего Отечества».

Вот вышел в России фильм «Президент» Соловьева и я подумал, а почему православные христиане не «различают духов», ведь так, как это делает режиссер, можно говорить лишь о безгрешном Христе. Даже Евангелие и то скромнее о Богочеловеке Царе веков проповедует. У нас на западной Украине православные христиане говорят восхищенно: «Вот какой нам президент нужен, который молится, на Афон ездит, церкви строит, за Православие воюет…». И что же православные христиане не замечают, что над ними просто насмехаются. Иконописец новой идеальной власти, создатель этого фильма – популярный российский телеведущий НТВ Владимир Соловьев. Он известен в мире ещё и своими книгами «Евангелие от Соловьева», «Апокалипсис Соловьева»… в которых талантливо, цинично и по-хамски насмехается над христианскими святынями, откровенно извращая образ Мессии Христа. Глядя на это, нельзя не вспомнить российского поэта-певца Игоря Талькова: «И славят нового царя новоявленные Иуды».

Я ничего не знаю о жизни российского Президента, а просто удивляюсь такой популярности этого «религиозного продукта» в среде верующих людей, ведь фюрер в Германии воплощал идентичные добродетели: «Он Богом посланный мессия, который воплощал в своей личности силу и мощь нации». Да разве власть СССР жестокой была? Обеспечивали работой после учебы, давали квартиры, а мультики-то какие добрые были! Жертвы – это необходимые издержки индустриального развития страны, без которого мы бы войну не выиграли. И действительно, что такое пару миллионов людей по сравнению с тем, чего мы достигли! Это как глоток спасительного самооправдания пред исповедью, совесть говорит: расскажи о самом главном, самом мерзком своем грехе батюшке, и Господь обязательно простит! Но так не хочется. Люди похожи на смертельно больных, которые закидываются наркотиком тщеславия своей нацией или принадлежностью к православию, для того, чтобы на время забыться. А опухоль тем временем растет и без операции мы погибнем, но все равно, главное, чтобы сейчас не болело, а там уж и трава не расти!

Вот уже два года, как между Россией и Украиной продолжается очень острое физическое, духовное, культурное противостояние. Почему невозможен диалог между братскими народами сегодня? Потому что он невозможен и между отдельными людьми: приверженцами идеологии Русского мира и их оппонентами. И обращения, и ответы адептов идеи пронизаны желчью и хамством; попытки диалога заканчиваются переходом на личности: вы нехристи, потому что не русские: «Во-первых, Украина – никакая не братская, я вам об этом прямо и честно говорю. На Украине живут наши братья, но сама Украина со всей своей свинской идеологией, со своим бесовским менталитетом, бытовым сатанизмом никакая не братская» (прот. Андрей Ткачев). Те, кто увлекается религией национальных грез, наверное, даже не задумываются, скольких людей это отвернет от Церкви.

Много было написано и сказано за прошедшее время о нашем горе, а в ответ одна ругань, великороссийское презрение ко всему миру, или в лучшем случае снисходительное сочувствие. Вот что мне лично довелось услышать: «Только русский может быть православным». Выходит, тысячи верующих украинцев, которые ходят в храм, исповедуются и причащаются, берегут супружескую верность, соблюдают посты, исповедуют православный Символ Веры, но не признают никакого русского мира и не верят ни в какую святую Русь, а веруют во «Единую Святую Соборную, апостольскую Церковь», вовсе не христиане?

Мне один священник написал, что «судьями нашей верности русскости будут сербы, которые этой самой русскости были вернее нас украинцев, предателей Руси». Святой Николай Сербский, говоря о России никак не связывал Церковь с государственностью: «Россия подобно двуликому Янусу [древнеримский языческий идол], – писал св. Николай Сербский, – одним лицом обращена к Азии, а другим к Европе, но, тем не менее, она созидает собственную цивилизацию».

«Не тьма ли свет, который в тебе», так осторожно задает человеку вопрос Евангелие, намекая тем самым, что мир Божий прекрасен и без наших субъективных оценок и болезненных о нем суждений. Религиозный взгляд не расщепляет мир на куски, удобные для съедения, а видит его целостным. Но взгляд, растворенный с похотью, всегда видит мир плохим, ибо он не мой.

Человек боится сомнений, ибо выстроил для себя стойкую, хоть и безосновательную «систему ценностей», в основании которой положил любимую страсть. Он не принимает мир таковым, какой он есть, недоволен собой и озлобляется на Бога, и, естественно ищет виновного – того, кто слабее. Увы, от самых благих желаний человека изменить этот мир по образу своих мыслей и по подобию своих идей рождается презрение. Каждый человек непогрешим в своих очах, если в нем нет любви, каждый бог для себя и других, если не сомневается в себе. Сильному человеку, государству, нации религия необходима, дабы подчеркнуть свою значимость, свое превосходство над слабым. Сильные люди всегда стремятся поставить в зависимость от себя слабых, часто незначительных даже людей, дабы выделить себя и поэтому они не могут не воевать, не сунуть свой нос в чужие дела, они безумно хотят, чтобы о них говорили, чтобы о них трубил весь мир. Причиняя боль слабому человеку, они лишь хотят чтобы у равных им сложилось определенное впечатление: вы видите, американцы, как мы наступили на пальцы украинцам? Вот мы какие! Чем больше нас презирают, тем более мы растем в своих глазах. Вот вам и мелкопоместный сталинизм, который преспокойно воплощается в великой современной русской идее.

Я не раз задавал себе вопрос: почему даже самые близкие люди так часто не понимают друг друга, почему даже в одной родне мы не ровня ближнему, почему, живя на одной земле мы презираем соседа, у которого хата лучше точно так же, как того, у кого она хуже? Может, в сердце пребывает то, что мы так старательно прячем от Бога и чего не стесняемся высказать пред людьми? «Где сокровище ваше, там и сердце ваше», наша прелесть, самолюбование, мания величия – «Я»ма, которую мы роем для других и сами в нее падаем. В этом сокровище источник греха, горечи и разочарований человечества, глубина нравственного падения. Все, перед чем преклоняется человек кроме Христа, будь то святая Русь, или священная империя, все это идолы, по сути человекобожество.

Господь разрушает все царства земные ради того, чтобы сохранить человека от раковой опухоли гордыни. Канули в Лету Православная Византия, Священная Римская империя, Русская православная монархия, а Церковь осталась, она сохранила свою святую сущность – Христа – даже в годы бесовской идеологии коммунизма: «Внешнее рабство, – писал святой Николай Сербский о поражение сербов на Косовом поле,– принесет народу внутреннее освобождение. А внутренняя свобода  – это такое сокровище, которому не может принести вред ни внешняя свобода, ни внешнее рабство. Тирания не может задушить, внешняя свобода не может расслабить. Когда крещеные срамят крест своими беззакониями, тогда Всевидящий попускает, чтобы некрещеные осквернили его еще больше, чтобы крещеный народ почувствовал это и устыдился. Ибо для Него более выносимо большое поругание от некрещеных, чем малое от крещеных». Возможно, когда-то исчезнет с исторического полотна и Россия, и Украина, и многие другие государственные образования, поэтому так важно не тосковать о несбыточном монархическом или коммунистическом прошлом, а жить со Христом, Который «Альфа и Омега, начало и конец, Первый и Последний» (Откр 22,13).

Государства, которые стремились вместить в себя Церковь и удержать в своих собственных границах, можно сравнить с глиняным горшком, который ломается от корней древа Христова, растущего и вширь, и вверх, и вглубь, кто Его может удержать? В исторических катастрофах есть своя мудрость и логика, потому что не люди Церковь держат, а Господь, а нам наверное нужно больше заботиться, чтобы не отпасть от благодати, ибо ничто так не удаляет человека от Бога, как грех.

7. Повесть о настоящем человеке

Не все так плохо, что дальше некуда, наоборот все идет к лучшему, если мы замечаем в своей трудной жизни благой Промысел Божий и честно смотрим совести в глаза – что было, то было, а что будет, Господи, в Твоих руках. Не все было беспросветно плохо и в советские времена, в гнилой системе люди встречались хорошие. Один наш местный старенький батюшка рассказал мне историю о председателе колхоза их села. Это был воистину очень странный человек. Жил в полуразрушенной хате сам, весь день бывал на полях, упорно не соглашался поладить себе дом, потому как некогда, планы пятилетки горят, да и колхоз бедный, а сколько нужно государству сдать! Он помогал каждому не только по работе, но и в домашних делах, каждый мог найти в нем понимание и материальную поддержку. Он жил селом и своей работой, и что удивительнее всего на одну зарплату. Но вот беда, ни лишнего мешка картошки, ни стога сена домой не унесешь, о взятке за пару кубометров леса и говорить не приходится! Он был как раз тем язычником у апостола Павла: «Ибо когда язычники, не имеющие закона, по природе законное делают, то, не имея закона, они сами себе закон» (Рим. 2,14). В общем, жить так дальше было невозможно, ну не все ж святые. Будущий священник сам был у него в подчинении и хотя председатель помог ему выбиться в люди, думал, что тот хотел так выслужится перед начальством. Только тогда, когда стал батюшкой, понял, какой это был человек, и поминал его, честного атеиста, за алтарем, ведь чувствовал себя одним из виновников его смерти. Тот председатель сник со временем, не чувствуя себе поддержки в людях, которым всем сердцем помогал, он внутренне истощился, слег, и очень быстро умер. Всем как-то полегчало, и жизнь наладилась, а через месяц о нем и забыли вовсе, один батюшка до сих пор поминает. Вот так.

Фото Facebook

Теги: