Religion.in.ua > Аналітика, Історія > «Религия в СССР»: социология взаимоотношений греко-католиков и православных

«Религия в СССР»: социология взаимоотношений греко-католиков и православных


1 12 2010
«Религия в СССР»: социология взаимоотношений греко-католиков и православныхВ 1990 году журнал «Религия в СССР», издававшийся Комитетом по делам религий при Совете Министров СССР, опубликовал результаты исследований, посвященных межконфессиональному конфликту на Западной Украине. Портал "Религия в Украине" извлек советский журнал из спецхрана и предлагает вниманию читателей эти материалы -  в свое время к ним имел доступ лишь небольшой круг профессионалов.

В 1990 году журнал «Религия в СССР», издававшийся Комитетом по делам религий при Совете Министров СССР, опубликовал результаты исследований, посвященных межконфессиональному конфликту на Западной Украине. Портал "Религия в Украине" извлек советский журнал из спецхрана и предлагает вниманию читателей эти материалы -  в свое время к ним имел доступ лишь небольшой круг профессионалов.

 

«Религия в СССР»: социология взаимоотношений греко-католиков и православных

Острый межконфессиональный конфликт между последователями греко-католичества и православия на территории Западных областей Украины сопровождается насильственным захватом храмов, а порой и открытыми столкновениями верующих.

В этой связи большой практический интерес представляют данные социологического исследования, проведенного сектором социологии религии и атеизма Института социологии Академии наук СССР среди населения Львовской области в марте-апреле 1990 года. Результаты предварительного анализа внесли существенные коррективы в имевшиеся ранее научные представления и расхожие стереотипы в отношении религиозной ситуации в этом регионе, в частности о соотношении последователей различных конфессий в составе религиозного населения.

Оказалось., что греко-католицизм действительно имеет довольно значительное число последователей (34% религиозного населения, состоящего из верующих и колеблющихся между верой и неверием), но в то же время не является абсолютно численно преобладающей конфессией на территории Львовской области. Порой складывается впечатление, что УГКЦ доминирует среди религиозного населения. С одной стороны, это, видимо, объясняется более высокой степенью организации общин УГКЦ, активностью и сплоченностью ее последователей, выработанных за долгие годы нелегальной деятельности, с другой — тем, что в среде украинского православия в настоящее время происходит процесс раскола, ведущий практически к образованию двух православных конфессий: Украинской Православной Церкви (УПЦ — 30% религиозного населения), находящейся в лоне Русской Православной Церкви, и Украинской автокефальной Православной Церкви (УАПЩ — 18% религиозного населения, заявляющей о своей полной независимости от Московского Патриархата[1].

Отметим, что позиции УГКЦ предпочтительнее в городе, чем на селе, так как, по нашим данным, к УГКЦ принадлежит 38% городского религиозного населения и 30% сельского. И напротив, православие, особенно УПЦ, пользуется большей поддержкой на селе, чем в городе.

В ходе исследования объективными данными опровергается также еще одно расхожее утверждение о том, что в Западных областях Украины греко-католицизм — это "национальная" религия украинского народа. Так, из всех украинцев — представителей религиозного населения — к различным православным исповеданиям отнесли себя 47% (в том числе 29% к УПЦ, 18% — к УАПЦ), — в то время как греко-католиками назвали себя 36% религиозных украинцев.

Недавно Львовский областной Совет народных депутатов нового созыва принял Постановление "О религиозных конфессиях", которое, по мнению его автора, должно стать правовой основой для справедливого урегулирования межконфессионального конфликтами прежде всего для перераспределения храмов в соответствии с потребностями верующих различных вероисповеданий.

Вероятнее всего, процесс перераспределения храмов будет неоднозначно восприниматься верующими различных конфессий и сопровождаться всплесками напряженности между ними. По нашим данным, один из самых сбалансированных вариантов урегулирования конфликта, а именно — после повторной регистрации общин всех вероисповеданий распределить храмы в соответствии с ее результатами, а в случае необходимости некоторые храмы передать в совместное пользование православным и греко-католическим общинам — встречает поддержку среди 10% опрошенных. В то же время идеи, которые заранее неприемлемы для одной из сторон, пользуются гораздо большей поддержкой. Так, например, за то, чтобы вернуть греко-католикам все храмы, принадлежавшие им до 1946 г., высказались 86% греко-католиков. Такой же неконструктивной позиции придерживаются 29% последователей УПЦ, считающие, что необходимо оставить все как есть, а греко-католикам передать только недействующие храмы. Очевидно, в процессе перераспределения храмов большую роль будут играть эмоции и групповой эгоизм, обычно затрудняющие поиск взаимоприемлемых решений.

В заключение отметим, что мы привели лишь небольшую часть имеющихся у нас социологических данных. Более подробный анализ межконфессионального конфликта на территории Западных областей Украины мы надеемся опубликовать по мере обработки полученного социологического материала.

Сектор социологии религии и атеизма ИС АН СССР

 

Источник: «Религия в СССР», №8, 1990. – С.9-10 


ГРЕКО-КАТОЛИКИ В СССР

(Исследования советских социологов)

  

В 1988-1989 гг. во Львовской области УССР Центром изучения социально-политических и идеологических процессов ИС АН СССР проводились социологические исследования, в рамках которых была предпринята одна из первых попыток изучения общественного мнения о деятельности общин и священнослужителей Украинской Католической Церкви (униатской). К сожалению, тематика исследования (состояние межнациональных отношений), ее сложность и многоаспектность позволили получить эмпирические данные, которые имеют пока самый общий характер. К тому же эти данные характеризуют ситуацию только во Львовской области и не дают полного представления о положении дел на территории других областей Западной Украины (Тернопольской, Ивано-Франковской, Закарпатской), где решение анализируемой проблемы имеет свою специфику. Однако ввиду недостатка в настоящий момент объективной научной информации о положении греко-католиков на Украине полученные данные представляют, по нашему мнению, определенный интерес как для широкой общественности, так и для тех, кто интересуется этой проблемой.

Установившийся в нашем обществе плюрализм мнений, сопоставление различных точек зрения по вопросам социальной действительности, позволяет проанализировать проблему с позиций всех сторон, заинтересованных в ее решении. В настоящее время можно констатировать в обобщенном виде наличие трех основных подходов к ней:

— позиция партийных и советских органов[2];

— позиция Русской Православной Церкви (РПЦ);

— позиция последователей греко-католической (униатской) церкви на Украине и за рубежом. Узловым пунктом, вокруг которого происходит столкновение различных мнений, является вопрос о нахождении оптимального компромиссного решения проблемы.

В настоящее время, когда начался процесс регистрации униатских общин, главным препятствием для нахождения такого решения становится, на наш взгляд, проблема предоставления этим общинам культовых зданий и церковного имущества. Вокруг нее будет в основном формироваться общественное мнение противников и сторонников Украинской Католической Церкви (УКЦ), между которыми до сих пор сохраняется идейное противоборство, переходящее иногда в открытые столкновения.

На чем же основаны доводы той и другой стороны?

1. Юридическая правомочность Львовского Собора 1946 года, объявившего о самороспуске и добровольном присоединении украинских греко-католиков к РГПЦ, безоговорочно признается противниками УКЦ. Более того, ими поднимается вопрос о правомочности решений Брестского Собора 1596 года, где и была провозглашена уния между католиками и православными.

Сторонники же УКЦ утверждают, что их церковь была незаконно запрещена в 1946 году на основании решений Львовского Собора, организованного РПЦ по прямому указанию Сталина; и УКЦ вынуждена была уйти в подполье. В результате РПЦ является основным препятствием на пути нормализации официальной деятельности УКЦ, опасаясь лишиться богатых приходов.

2. УКЦ, по мнению ее противников, полностью дискредитировала себя в глазах народа сотрудничеством с украинскими буржуазными националистами и пособничеством фашистским оккупантам в годы войны.

Сторонники УКЦ заявляют, что подобные обвинения — из арсенала сталинистов и они использовались после войны как предлог для расправы с УКЦ. Эти обвинения не имеют под собой серьезных оснований, т.к. любое религиозное объединение состоит из живых людей, и отдельные пособники фашистам были во всех церквах на оккупированных территориях.

3. Противники УКЦ считают ее не религиозной, а политической националистической организацией. По их мнению, официальное признание УКЦ приведет к обострению межнациональных и межконфессиональных отношений в западных областях Украины.

В ответ на эти обвинения лидеры греко-католиков на Украине заявляют, что их церковь не является националистической, она всегда осуждала насилие, нетерпимость. И как истинные христиане, украинские католики хотят жить в мире и христианской любви с православными украинцами и другими христианскими народами, т.е. полностью разделяют принципы экуменического движения.

4. Униатская церковь, по мнению ее противников, носит антинациональный, антинародный характер, не выражает национальные интересы украинского народа.

Сторонники униатской церкви, напротив, утверждают, что греко-католическая церковь в Западной Украине помогла сберечь украинскую идентичность, что это глубоко народная церковь, а не враждебная, как говорила до недавнего времени официальная пропаганда. Наоборот, лидеры униатов обвиняют РПЦ в том, что она является для украинцев носителем русификации.

5. Противники УКЦ до последнего времени утверждали, что эта церковь окончательно утратила авторитет и поддержку среди широких слоев населения западных областей Украины, при этом иногда число активных последователей УКЦ ограничивали примерно 15 тысячами.

В противовес этому утверждению лидеры УКЦ заявляют, что, несмотря на продолжающиеся в течение сорока лет жестокие репрессии и усиление в последнее время административного давления со стороны местных органов власти, УКЦ сохранилась, находится в состоянии духовного подъема; насчитывает около 5 млн. последователей, 11 епископов, около 300 священнослужителей; имеет 3 духовные семинарии.

Следует отметить, что активная деятельность сторонников УКЦ в последние месяцы, носившая зачастую массовый характер и сопровождавшаяся многотысячными митингами и молебнами в поддержку требований официального признания УКЦ (о чем неоднократно сообщали зарубежные и советские средства массовой информации), серьезно поколебала аргументацию о малочисленности последователей этой церкви.

Однако серьезные сомнения вызывают утверждения обеих противоборствующих сторон.

Как показали результаты социологического исследования, проведенного ИС АН СССР во Львовской области в июле 1988 года, большинство занятого населения этой области (64%) в целом терпимо относятся к деятельности общин и священнослужителей униатской церкви. Причем среди терпимо относящихся к деятельности УКЦ лишь 8% заявили о ее прямой поддержке, 27% отнеслись безразлично, 29% затруднились ответить. Таким образом, только треть опрошенных (36%) отрицательно относится к деятельности УКЦ.

Заметим, что социологические данные получены полтора года назад. А динамика социально-политических изменений в регионе с большой степенью вероятности позволяет предположить, что происходит процесс поляризации сил и мнений по вопросу об униатской церкви. Косвенным подтверждением тому могут служить данные опроса экспертов, проведенного в июле 1989 г. во Львовской области[3]: 28% опрошенных согласились с мнением о необходимости официального признания униатской церкви (в то же время 39% — против, 33% — затруднились ответить). Опрос взрослого населения (старше 17 лет), проведенный в декабре 1989 г. во Львовской области, также выявил значительное расхождение в общественном мнении жителей этой области по вопросу о признании официального статуса УКЦ. За легализацию УКЦ высказались 43% опрошенных, против — 27%, остальные затруднились определить свою позицию.

В ходе этого исследования зафиксировано существенное различие в общественном мнении городского и сельского населения по анализируемому вопросу. Так, среди взрослого населения г.Львова 56% опрошенных выступили за легализацию УКЦ, против — 18%, 26% — затруднились ответить; среди сельских жителей — 34% — за, 32% — против, 34% — затруднились ответить. Полученные социологические данные не соответствуют бытовавшему долгое время в научных кругах мнению о том, что в официальном признании униатской церкви заинтересованы прежде всего сельские жители, так как именно среди них уровень религиозности всегда был выше, чем среди горожан[4]. С нашей точки зрения, зафиксированное противоречие объясняется главным образом более высоким уровнем политической активности городского населения, которое перенесло униатский вопрос из плоскости религиозных отношений в сферу политической борьбы за равноправие всех конфессий. Сельское население, видимо, продолжает рассматривать анализируемую проблему преимущественно в плоскости межконфессиональных отношений.

Из национальностей, проживающих в регионе, конечно, украинцы активнее, хотя и ненамного, выражают свою поддержку официальному признанию униатской церкви. Например, если среди украинцев положительно отнеслись к легализации этой церкви 46% опрошенных, то среди русских такую позицию заняли 38%. При рассмотрении других социальных групп населения выяснилось, что согласие с мнением о необходимости легализации УКЦ чаще всего встречается среди интеллигенции (врачей, учителей, научных работников и т.п.) и студентов, мужчин, молодежи (до 30 лет), членов ВЛКСМ и беспартийных. Понятен и очевиден также тот социологический факт, что легализация униатской церкви встречает большую поддержку среди религиозного населения: 49% религиозного населения позитивно отнеслись к обретению УКЦ официального статуса (22% — негативно, 29% затруднились ответить), а среди нерелигиозного населения 38% придерживаются аналогичной точки зрения (35% — негативно, 27% — затруднились ответить).

И последнее, на что хотелось бы обратить внимание. Рост социальной, в том числе и межнациональной, напряженности в ряде регионов страны — жестокая реальность. Этот процесс характерен, к сожалению, и для западных областей УССР.

Учитывая исторически сложившуюся взаимосвязь национального и религиозного, допустимо утверждать, что межконфессиональная напряженность, возникшая в западных областях Украины, уже в той или иной мере переносится в сферу национальных отношений. Высокий уровень религиозности среди занятого населения региона и продолжающийся его рост (например, среди занятого населения Львовской области в 1988 г. он составил, согласно нашим данным, 70%, в 1989 г. — 77%) в условиях нерешенности униатского вопроса является объективной предпосылкой обострения межнациональных отношений.

Таким образом, в настоящее время, ситуация, сложившаяся вокруг положения Украинской Католической Церкви в западных областях Украины, ввиду затянувшихся поисков взаимоприемлемого для заинтересованных сторон решения все более актуализируется. Поиск взаимоприемлемых решений со всей очевидностью предполагает необходимость глубокой оперативной проработки этой проблемы.

Более детальное и углубленное социологическое исследование "униатской проблемы" планируется провести в ближайшее время.

Елена КУБЛИЦКАЯ,

Вячеслав ЛОКОСОВ,

Петр ОЛОВЯННИКОВ.

Источник: «Религия в СССР», №1, 1990. – С.7-9 



[1] Остальные 18% религиозного населения принадлежат: к Римско-католической церкви (3%), Баптистской церкви (1%), другим конфессиям (3%), к тем, кто пока не определил: своей конфессиональной принадлежности (11%).

[2] Отметим, что партийные и советские органы в последнее время демонстрируют нейтральную позицию по вопросу об униатах, мотивируя ее невмешательством во внутренние дела верующих.

[3] В качестве экспертов были опрошены научные сотрудники, партийные работники, пропагандисты, журналисты, занимающиеся проблемой взаимосвязи национального и религиозного факторов общественной жизни.

[4] Этот факт действительно имеет место. Так, например, согласно нашим данным, уровень религиозности (то есть доля верующих и колеблющихся) среди сельского занятого населения Львовской области в 1988 г. составлял 75%, в 1989 г. — 87%, а среди городского — 65% и 68% соответственно. (Зафиксированное увеличение доли религиозных людей в сельской местности мы связываем не только с ростом религиозности населения, но и с ростом искренности ответов респондентов, обусловленным процессом демократизации взаимоотношений государства и церкви.)






Повернутися назад