Размышления после прочтения книги Бориса Грисенко «Песах»

Как «земля» потеряла свое богословское значение, как «храм» утерял свою легитимность, так и все церемониальные особенности ветхозаветной Пасхальной трапезы более не имеют такого глобально значения для новозаветных верующих, какое ему придают мессианские евреи...

Рецензия на книгу Бориса Грисенко «Песах» (К.: Медиа центр «Шофар», 2010. – С. 97)

«В наши дни полностью празднуют Песах (Пасху), по большому счету, только мессианские евреи. У нас есть главный элемент этого праздника, как и у всех верующих нового завета, Йешуа ха Машиах. Но при этом мы восстанавливаем также (не ритуально, но все же восстанавливаем) полное празднование Песаха, описанное Моше в книгах Исход, Числа, Левит – т.е. в Торе. Вот почему мы можем говорить, что мы празднуем полный Песах» (с. 61). Эти слова взяты из книги Бориса Сауловича Грисенко, основателя и раввина киевской еврейской мессианской общины, которая образовалась в 1995 г.

В Пасхальные дни, которые празднуют все христиане восточной традиции, эти слова звучат не только странно, но и даже немного вызывающе. Вызывающе по той причине, что автор допускает мысль: христиане неправильно празднуют Пасху.

Причиной тому является то, что христиане не восстанавливают ритуально празднование Пасхи согласно тому, как это заповедал в Ветхом Завете Моисей. Маца (пресный хлеб), марор (горькие травы), харосет (сладкое пюре из яблок, орехов, меда и корицы), бейца (вкрутую сваренное яйцо), карпас (овощи), соленая вода и зроа (жаренная мясо на косточке), вот, что, по мнению мессианских евреев, должно быть на столе «истинной пасхальной трапезы» (с. 61). Для того чтобы подтвердить свою позицию автор отсылает читателя к последней Пасхальной трапезе (седеру) Йешуа и его апостолов (с. 96).

Создается впечатление, что борясь с одной крайностью, когда христиане Украины, России, Беларуси считают обязательным присутствие на праздничном столе творожной пасхи, всевозможных куличей и крашеных яиц, автор впадает в другую крайность, которая подталкивает нас к тому, чтобы трапеза состояла из традиционно иудейских блюд. Однако христианство отлично от иудаизма тем, что оно не принадлежит ни одной этнической группе, христианство выходит за пределы конкретного этноса, за пределы одной культуры, оно адаптируется/подстраивается под культуру того или иного народа.

Христианство - это межкультурный феномен. Со времен Христа считать, что для веры в Мессию (а значит и для спасения) необходимо принадлежать к той или иной этнической группе или соблюдать те или иные культурные обряды – это бесспорный акт насилия. Цель которого монополизировать веру.

Например, «нигде в Новом Завете географическая территория Израиля не связывается с какой-либо богословской значимостью. Земля, как священное место потеряла значение.

Святость земли и все прочие ее атрибуты ветхозаветного мышлении были перенесены на самого Христа. Духовное присутствие живого Христа освящает любое место, в котором находятся верующие в Него. Христианство, по сути, заменило святость места святостью личности, отождествив освященное место с Христом» (Кристофер Райт. Око за Око. Этика Ветхого Завета. Черкассы: Коллоквиум, 2011. – С. 189). Именно по этой причине «все великие темы ветхозаветной веры и обряда (начиная от обетованной земли и заканчивая пасхальной трапезой) типологически сводятся во Христе» (Райт. – С. 189).

Как «земля» потеряла свое богословское значение, как «храм» утерял свою легитимность, так и все церемониальные особенности ветхозаветной Пасхальной трапезы более не имеют такого глобально значения для новозаветных верующих, какое ему придают мессианские евреи. У верующих во Христа теперь есть иная земля, изображенная как «покой», которого даже Иисус Навин не принес Израилю, но в который мы входим через Христа (Евр. 3, 12 - 4, 11). Храмом Святого Духа теперь являются тела верующих (1 Кор. 3:16), поэтому надо отложить в сторону всякие попытки восстановить Иерусалимский храм. У христиан есть более великий Первосвященник – Человек Иисус Христос (Евр. 4, 14; 8, 11; 10, 21). У христиан есть жертвенник более совершенный, чем тот, что был в Ветхом Завете (Евр. 3, 10). Благодаря завету, утвержденному в Его Христа, мы имеем более надежную надежду (Евр. 6, 19-20), которая уже никогда нас не постыдит (Рим. 5:5). Мы не имеем нужды в том, чтобы совершать религиозное паломничество в Иерусалим, так как мы уже приступили к горе Сион (Евр. 12, 22). Короче говоря, мы больше не нуждаемся в ветхозаветных символах, так как у нас есть Христос, который кроме всего этого является еще и Пасхой нашей, закланной за нас (1 Кор. 5:7). Зачем христианам есть корбан песах (жаренне мясо жертвенного ягненка на косточке), если теперь мы вкушаем Его «духовно» посредством Евхаристии?

Павел четко говорит, что закон был детоводителем ко Христу (Гал. 3:24), а все, что происходило с верующими Ветхого Завета надо воспринимать не столько буквально, сколько как образы предназначенные для нас, не столько в целях буквального их исполнения, а сколько в целях научения и наставления (1 Кор. 10:9). Обращаясь к «несмысленным галатам» (Гал. 3:1), апостол призывает их отказаться от всякой попытки возвращаться обратно к иудаизму. Итак, христиане призваны к свободе (Гал. 5:13) и в частности к свободе от иудейской традиции, которая включает в себя не только обрезание, но и ритуальное исполнение Пасхи.

Книга Бориса Сауловича начинается фразой «Песах (еврейская Пасха) – самый известный еврейский праздник, знакомый всем евреям и верующим в Бога Израилева» (с. 5). Но, с другой стороны, стоит сделать ударение на том, что «Пάσχα» (христианская Пасха) – это и самый известный христианский праздник, знакомый всем верующим в Иисуса Христа.

Автор при описании праздника Пасхи цитирует книгу Исход 12: 14, 27, где написано: «И да будет вам день сей памятен, и празднуйте в оный праздник Господу во [все] роды ваши; [как] установление вечное празднуйте его. скажите: это пасхальная жертва Господу, Который прошел мимо домов сынов Израилевых в Египте, когда поражал Египтян, и домы наши избавил». А мне бы хотелось, со своей стороны, процитировать слова апостола Павла, который из всего праздника Пасхи, о котором мы читаем в Евангелиях, выделяет совершенно не то, что мессианские евреи нашего времени: «Ибо я от [Самого] Господа принял то, что и вам передал, что Господь Иисус в ту ночь, в которую предан был, взял хлеб и, возблагодарив, преломив и сказал: приимите, ядите, сие есть Тело Мое, за вас ломимое; сие творите в Мое воспоминание. Также и чашу после вечери, и сказал: сия чаша есть новый завет в Моей Крови; сие творите, когда только будете пить, в Мое воспоминание. Ибо всякий раз, когда вы едите хлеб сей и пьете чашу сию, смерть Господню возвещаете, доколе Он придет» (1 Кор. 11:23-26).

Итак, я считаю, что ключевым для учеников Христа в праздновании Пасхи есть новозаветное событие Евхаристии (в котором вспоминается смерть и воскресение Христа), а не событие ветхозаветного Исхода (в котором вспоминается выход евреев из Египта). Когда верующие во Христа празднуют Пасху, то этот праздник, прежде всего, стоит связывать не с Агадой, в которой описывается пасхальный седер, и не с событиями Исхода евреев из Египта (Исход 12), а с Евхаристией, то – есть: с чашей вина, которая символизирует кровь Нового Завета, и с преломленным хлебом, который обозначает ломимое тело на кресте (Мф. 26: 26-27; Мк. 14:22-24; Лк. 22: 17- 19; 1 Кор. 11:23-26).

Поэтому не теме выхода еврейского народа из Египта должно уделяться основное внимание учеников, вспоминать верующие Нового Завета должны страдания, смерть и последующее воскресение Сына Божьего! Для христиан Пасха – это прежде всего ВеликДень, Ἡ Ανάστασις τοῦ Ἰησοῦ Χριστοῦ.

Об авторе
Анатолий Денисенко, магистр теологии, преподаватель Украинской Евангельской Семинарии Богословия (Киев).