Георгий Гупало: «От церковной бюрократии не приходится ждать ничего хорошего»

Известный православный издатель подверг небывало жесткой критике издательскую политику РПЦ

Георгий Михайлович Гупало

Генеральный директор и главный редактор издательства ДАРЪ
Председатель редакционного Совета интернет-портала pravkniga.ru
Член Правления АСКИ (Ассоциация книгоиздателей России)
Член Издательского Совета Русской Православной Церкви
Награжден:
Орденом прп. Сергия Радонежского III степени (2006)
Орденом прп. Даниила Московского III степени (2009)
Почетной грамотой министра Связи РФ (2010)

Уважаемый Георгий Михайлович, как вы оцениваете сегодняшнее состояние книжного рынка православной литературы и динамику его развития? Многие издатели говорят, что рынок сильно упал, работать все сложнее. В чем причина? Она больше внутренняя¸ то есть издатели сами виноваты или все-таки внешняя? Или это не так?

Православный рынок – часть большого книжного рынка России, поэтому нужно оценивать все комплексно. Причин падения книжного рынка в нашей стране несколько. Прежде всего, в последние годы мы наблюдаем общее падение интереса к книге и чтению. Если в 1987 году в нашей стране выходило почти 2 млрд экземпляров книг, пять лет назад мы говорили о 620 млн, то в этом году по прогнозам будет менее 500 млн. За последние три года средний тираж сократился более чем на 30%. По обнародованным Роспечатью данным, по отношению к первому полугодию прошлого года количество наименований сократилось на 9%, а по тиражности и листажу на 13,5%. Но эти данные многие специалисты считают слегка заниженными и говорят о 20% сокращении рынка за последний год. Это катастрофа. При этом все руководители отрасли понимают, что схлопывание рынка может произойти мгновенно и восстановление будет весьма затруднительным. Если вообще возможным.  

С православной литературой все обстоит не так печально, как со светской. У нас есть падение, но пока еще самые высокие тиражи в отрасли, и есть наименования, которые продаются немыслимыми для светского рынка стотысячными тиражами. Более того, именно православный сегмент общего книжного рынка показал в прошлом году настоящее чудо: впервые в истории Российского государства книга православного священника стала лидером продаж на светском рынке и побила все рекорды, обогнав пресловутых Донцову и Дашкову. Составляющих успеха книги «Несвятые святые» архимандрита Тихона (Шевкунова) несколько: правильно выбранный издательский бренд, авторитет и связи автора, успешно проведенная реклама и одно из самых главных условий — качество самой книги. Автор смог рассказать о Православии тем, кто вообще не знаком или мало знаком с жизнью нашей Церкви, тем, кто еще только думает переступить порог храма или сделал это недавно. У книги есть критики. И это хорошо. Но пусть желающие критиковать ее недостатки сделают что-то лучше или хотя бы попытаются проанализировать причину успеха. Тогда они смогут понять и направление, в котором надо двигаться авторам и издателям, желающим открыть огромный мир русских людей, жаждущих воцерковления. Тираж книги перевалил за миллион, но в стране живет еще 140 миллионов! В 140 раз больше тиража книги. Есть еще поле не паханное. А мы тут с пятью-десятью тысячами экземпляров среднего тиража балуемся.

На мой взгляд, нужно говорить не о причинах падения рынка православной литературы, а о том, что нужно сделать, чтобы увеличить этот рынок. Отец Тихон показал нам всем пример. Он перечеркнул минус и сделал его плюсом. Теперь пробка выбита и любой желающий может попробовать повторить успех книги «Несвятые святые». Дорога открыта. Ждем путников.

Вы – член Издательского совета РПЦ. Как вы оцениваете работу и политику Издательского совета? Быть может, стоило бы что-то изменить? Что бы вы изменили, если бы это зависело от вас?

Мое участие, как и участие всех остальных членов, носит формальный характер. Мы мало влияем на политику Совета и практически не участвуем в его реальной деятельности. Изменить надо многое. Можно сказать почти все. ИС РПЦ стал обычной бюрократической чиновничьей конторой, которая вообще не помогает издателям, а, наоборот, подобно всем остальным бюрократическим организациям только создает проблемы для развития бизнеса. Вместо помощи в реализации они создали преграду для дурных книг. Это надо было делать, но далеко не с самого начала. Кроме того, все остальные реформы остановлены и даже не тронуты. Сейчас ИС РПЦ только зарабатывает на издателях. Конечно, когда я задумывал крайне необходимые преобразования, то никак не ожидал такого развития событий и такого печального конца реформ. Руководство ИС РПЦ в точности повторяет путь нашего светского правительства: вместо создания условий для развития бизнеса они создают преграды и пишут многочисленные законы, которые и обойти нетрудно.  

Что сейчас делает Совет? Все реформы свелись к рецензированию продукции: поставили в чистом поле турникеты и собирают дань за проход через турникет. Но что дальше издатель должен делать со своей книгой? – То, что делал раньше — самому ее реализовывать. Вот и выходит, что стоит в чистом поле турникет, перед ним поле, после него поле, а перед самым заграждением – узкое горлышко, перед которым толпа издателей с книгами месяцами ждут своей очереди, платят свои деньги, а потом проходят через турникет и идут на все четыре стороны со своими книгами, в то же самое чистое поле. Обыкновенный русский современный чиновничий бизнес – зарабатываем деньги из воздуха.

Те, кто поумнее или поциничнее, вообще не отдают на рецензирование. Или ставят гриф самостоятельно (кто сможет проверить) или не ставят гриф вовсе (что будет с теми храмами, которые будут продавать книги без грифа? – ничего!)

И что самое отвратительное, попробуй хоть слово скажи против сложившейся системы – сразу записывают во враги и начинают мстить. Вот и сейчас, я уверен, мое интервью крайне не понравится руководству ИС РПЦ и, поверьте, отомстят, как уже было это сделано однажды. Это же мы только на словах христиане, а на деле живем по ветхозаветным законам «глаз за глаз». И что забавно: есть издательство, которое десятки книг издает с липовыми благословениями и грифом ИС РПЦ. Но они сидят тихо, никого не критикуют и будут сидеть так бесконечно долго. А ДАРЪ за это интервью поплатится. Я говорю все это для того, чтобы издатели поняли, с кем имеют дело и чего им ждать от ИС РПЦ – ничего хорошего.

Есть такая поговорка: «Беда России не в дорогах и не в дураках, а в дураках, указывающих дорогу». Полностью принимаю ее на свой счет. Я жалею о том, что указал дорогу, что хотел реформировать православную книжную отрасль, что поднял волну и достучался до священноначалия, требуя проведения реформ книжной отрасли. Это принесло только проблемы всем издателям и никак не помогло решению тех задач, которые могли бы помочь развитию рынка, его укреплению и укрупнению. И я хочу попросить прощения у своих коллег за то, что произошло. Видит Бог, я не желал зла и не мог предполагать такого развития событий. Но, видимо, прав был Оскар Уальд, писавший, что «в России нет ничего невозможного, кроме реформ».

Как, с вашей точки зрения, можно вернуть интерес к серьезному чтению, в том числе конфессионально окрашенной литературы в эпоху электроники, социальных сетей, интернета и проч.? Это как-то совместимо или дальнейшая деградация духовности и культуры неизбежна в условиях мегатрендов так называемого современного мира?

Серьезное чтение всегда было уделом единиц, им и останется. Всегда в любом обществе было несколько процентов интеллектуалов, жизненно нуждающихся в качественной, умной литературе. Такие люди будут всегда. Вспомните кошмар 1917 г., когда были убиты, брошены за решетку и выдворены из страны десятки тысяч хорошо образованных людей. Но даже тогда остались люди, которые удерживали страну от полного падения и исчезновения с карты истории.

Что касается новых интернет-технологий, то к ним нужно относится как к орудиям, помогающим жить. Можно добывать уголь руками, можно молотком, а можно поставить робота, который будет за вас работать. Вам нужен уголь — получите. Новые дивайсы (очень не люблю это слово), как роботы, они помогают нам найти нужную информацию. Принять ее в сердце может только человек. Тут нужен труд читающего. И если его сердце нуждается в такой пище, то труд этот будет в радость. А если не нуждается, то любование дивайсом остается единственным удовольствием его владельца.

Вы – один из тех, кто давно выступал с идеями реформирования церковного книжного рынка. Почему далеко не все из задуманного получилось? Или вы полностью удовлетворены своей деятельностью последних лет?

Я уже ответил на вопрос, что произошло и к чему свелись реформы. Почему не удалось реализовать даже десятую долю задуманного? Не знаю. А какие реформы в нашей стране прошли успешно? Можно вспомнить за последние 20 лет десятки попыток что-то исправить, и все они приносили только разочарование как народу, так и самим реформаторам. Мы все, всё наше общество больно. Более того, мы находимся в состоянии прелести, когда не видим и не понимаем своей болезни. Начинать какие-либо реформы в таком состоянии категорически нельзя. Томас Карлейль писал, что «любая реформа, кроме моральной, бесполезна». Он был прав. Могу только добавить, что не просто бесполезной, но разрушительной она становится тогда, когда руководство страны или отдельной отрасли не понимает того, чем руководит. Большая беда начинается, когда к власти приходят не профессионалы, да еще и временщики. Профаны не нуждаются в советах профессионалов и не ищут опоры в них.

Удовлетворен ли я своей деятельностью? Нет, конечно. Церкви не нужны мои труды, равно как и сам ей не нужен. Я есть – ладно, меня не будет – никто не заметит потери бойца. Я знаю, что так может сказать каждый из нас, но уверен, что так быть не должно. Церковь – это собрание единоверцев и единомышленников. Если нет собрания, то нет и Церкви. Если мы все живем по принципу «каждый сам по себе и сам за себя», то в чем наша общность? В нашей стране был период междусобных войн. Тогда мы потеряли свою независимость и превратились в колонию. Такое же состояние у нас сейчас. Чем быстрее мы осознаем важность и нужность объединения, тем быстрее закончится разруха в нашей стране и раздрай в церковной общине. Тогда можно будет задумывать какие-то реформы. Сейчас все они будут только во вред.

Почему был закрыт портал «Правкнига» – по общему мнению, лучший ресурс русскоязычного интернета в данном тематическом сегменте? Правы ли те, кто говорит о том, что на вас было оказано административное давление со стороны официальных структур РПЦ?

Никакого давления не было. Это бредни. Наоборот, я сам хотел бы увидеть хоть какое-то давление со стороны ИС РПЦ. Я многократно говорил, что Правкнига – это не ресурс Гупало, издательства ДАРЪ или «Белого города». Правкнига создавалась как площадка для всех православных издателей и читателей. Всех, кому нужна православная книга. К сожалению, за 7 лет существования портала мы не смогли найти единомышленников ни в церковной издательской среде ни среди нового книжного чиновничества. Мы оказались не нужны ИС РПЦ. Невероятно: частное лицо делает православный (церковный) ресурс, выполняет ту работу, которую могли бы, но не делали синодальные отделы, не находит поддержки и даже элементарного участия с их стороны, а когда закрывается, то профильное ведомство вовсе никак не реагирует на его закрытие. Представить такое в любой другой стране затруднительно. Причем, это важно, мы не просили денег у ИС РПЦ на работу портала. Мы только просили информировать нас о мероприятиях, которые они задумывают и проведение которых мы помогли бы осветить. Я несколько лет предлагал митрополиту Клименту помощь Правкниги, предлагал передать портал под его полное руководство, даже при сохранении финансирования с моей стороны, но все это оказалось ему не нужно. Как сказал мне его помощник: «Вы же понимаете, что для всех Правкнига навсегда будет порталом Гупало, а не владыки». Когда портал закрылся, то никто даже не поинтересовался причинами его закрытия. Нет, и слава Богу. А то, что ежедневно на его страницы заходили 20-30 тысяч человек, то, что мы рекламировали продукцию многих сотен православных издательств, рассказывали о том хорошем, что делается нашими издательствами и книготорговцами, все это оказалось совсем не нужно руководству ИС РПЦ. Дикость. Я до сих пор не могу в это поверить. Какое тут давление! О чем Вы?! Вакуум. Полная пустота. Кроме личных интересов – ничего.

Ваш прогноз: как будет дальше развиваться ситуация с православной книгой в нашей стране? Каковы основные факторы, формирующие мегатренд?

Как говорил наш златоуст Виктор Степанович Черномырдин: «Нельзя думать и не надо даже думать о том, что настанет время, когда будет легче». Думаю, что тиражи будут сокращаться, количество наименований падать, все больше будет храмов, в церковных лавках которых не будет даже Евангелия, но будут польские ангелочки. На помощь Совета рассчитывать не нужно. Они живут под девизом того же Виктора Степановича: «Курс у нас один — правильный!» Результаты деятельности мы видим уже сейчас. Последствия деятельности еще пока никто не может представить.  

В нашей стране была уникальная возможность совершить настоящую духовную революцию. Общество хотело, нуждалось в проповеди Евангелия, а мы еще имели силы и средства. Всего-то надо было помочь издателям больше выпускать хорошей духовной литературы. Даже не в деньгах проблема. Мы сами бы нашли средства и все сделали. Только помогите с реализацией, не создавайте препонов, популяризируйте книги. Больше людей пойдет в храмы, больше людей вернется в лоно Церкви, больше людей встанет на путь духовного исправления. Ведь книга – это еще одна форма проповеди. И иногда намного более действенная,  чем проповедь обычного священника в храме. Святая простота и мудрость великих угодников Божиих, запечатленная в их житиях и творениях, быстрее растопит сердечный лед и обратит лицо человека к Богу. Мы крайне недооцениваем важность и нужность книжной проповеди. Святого Василия Великого или преподобного Амвросия Оптинского нет с нами, но есть их слова, книги о них. И эти книги могут научить истинной вере и жизни во Христе. Научить быстрее и качественнее, чем могут это сделать сотни молодых неопытных священников. Вроде бы я говорю азбучные истины, но почему мы редко слышим эти слова из уст священноначалия? Почему нет конкретных дел, почему не делается хоть малость, что могло бы помочь распространению православных книг в России? Наоборот, делается все, чтобы дискредитировать Церковь. Вспомните Патриаршую литературную премию этого года, когда одним из победителей стал полнейший графоман и бездарь (редакция «Аминь.SU» категорически не разделяет данного мнения автора о Викторе Николаеве – ред.), но никак не отметили книгу, ставшую победителем всех светских книжных конкурсов и лидером продаж на светском рынке. Я имею ввиду упомянутую уже книгу о. Тихона (Шевкунова). То есть мы и здесь выбираем свой особый путь, собственную ориентацию. Мы не поворачиваемся лицом к народу, а живем своей непонятной ни для кого жизнью. И хорошо, если бы жизнью во Христе.

О планах издательства «Даръ». Как вы оцениваете свое место на современном книжном рынке?

Издательство ДАРЪ несколько снизило темпы своей деятельности, но мы по-прежнему в числе лидеров рынка. Мы активно разрабатываем сейчас новое для нас направление катехизаторской литературы для детей, больше делаем красочных, богато иллюстрированных книг. Не знаю, что будет дальше с издательством ДАРЪ. Надеюсь, что Господь будет милостив к нам и даст еще время послужить делу книжного духовного просвещения. Я всем говорю, что мы еще в самом начале пути. И если не мы, то кто-то другой обязательно продолжит начатое нами дело. И дай Бог, чтобы таких маленьких духовных воинов, как мы, становилось больше и чтобы теснее смыкались наши ряды. Только так мы победим.

Знаете, в моем любимом Питере есть величественный храм — Троице-Измайловский собор. Император Николай I задумывал этот храм сделать особенным: он категорически запретил его расписывать, оставив белоснежные стены, и поставил очень простой, лаконичный иконостас, без особых позолот и вычурной резьбы. А над иконостасом распорядился водрузить огромный крест и с краткой надписью: «Сим победиши». Я очень люблю этот храм, эту идею и верю в силу девиза. Только с крестом, только с Богом можно победить зло и неправду, преодолеть любые преграды. И нет такой силы, которая могла бы нас остановить, если с нами Бог.