«Евхаристия», или От мирян нет секретов!

16 мая в культурном центре «Покровские ворота» состоялась презентация книги киевского священника протоиерея Андрея Дудченко «Евхаристия. Прошлое, настоящее, вечное».

Презентацию провел главный редактор сайта Богослов.ru, настоятель Пятницкого подворья в Сергиевом посаде протоиерей Павел Великанов.

Вступление отца Павла и задало тон всему мероприятию. Фактически большая часть обсуждения книги, хотя выступали в основном священники, касалась вопроса приближения к Евхаристии мирян.

Понять Литургию

-Однажды ко мне подошла одна прихожанка и спросила: «Батюшка, и это — все? Посты, молитвы, чтение святых отцов… А мне Христа хотелось».

Оказалось, она искала большей глубины.

Как хорошо, что среди наших прихожан есть люди, в которых не выгорает интерес к Православию.

Собственно, для прихожан, не утративших интереса к Православию (то есть — Евхаристии, его сердцу), и писал свою книгу отец Андрей.

-В определенной степени это дерзновение, — ответил он о мотивах ее создания. — В последние десятилетия о Евхаристии пишут мало. Есть фундаментальные труды архимандрита Киприана (Керна) и протоиерея Александра Шмемана. Но сегодня прихожане ждут нашего слова.

Интерес к литургической жизни, ярко вспыхнувший в начале 2000-х, по мнению отца Андрея, в последние пару лет возвращается.

-Происходит пастырское осмысление, задаются новые вопросы… Если человек подходит, не понимая, что происходит на Литургии, случается то, о чем мы слышим в последнее время — расцерковление.

Понимание Литургии и Евхаристии, таким образом, оказывается залогом бытия человека в Церкви, следует из слов автора книги. Именно помочь достигнуть этого понимания он и стремился.

От мирян нет секретов

-Есть множество толкований Литургии, но мне хотелось показать простейший ее смысл, скрытый барьером.

Под барьером священник подразумевает не только физическую стену иконостаса, но и в значительной степени непонимание так называемых тайных молитв, которые ошибочно понимаются как «секретные» — на самом деле, речь идет о том, что это молитвы «мистические», по которым совершаются таинства.

Отец Андрей отдельно отметил, что если раньше эти тайные молитвы хотя бы печатались в книжках, объясняющих или просто приводящих полный текст богослужения для мирян, то в последнее время он их давно не встречал и в таких изданиях.

Иерей Феодор Людоговский привел совсем вопиющий пример: книга «Молитвы во время литургии», в которой подробно толкуется, о чем миряне сами по себе должны молиться во время Литургии — соответственно, вообще не вдумываясь, что в эти моменты совершает священник.

Впрочем, трудно не согласиться с отцом Павлом:

-Знание молитв не гарантирует понимания Евхаристии.

С другой стороны, не менее прав и рецензент книги протоиерей Алексий Уминский:
-У нас нет секретов от мирян!

Главная тайна Евхаристии, по словам отца Алексия, состоит в том, что Господь говорит человеку: «Все Мое — твое», ибо в Евхаристии мы вспоминаем сразу все — Его смерть, Воскресение, Второе пришествие, — и человек отвечает: «А все мое — Твое».

Смысл пребывания в Церкви

Отец Алексий в своей реплике подчеркнул: Литургия — смысл нашего пребывания в Церкви, что порой из церковной жизни ускользает.

-Можно часто причащаться и исповедоваться. И это будет только для себя. Можно делать массу важных и хороших вещей, выполнять все циркуляры — молодежное движение, социальное служение — но все это обессмысливается и превращается в комсомол, если нет осмысления Литургии.

А если оно есть — то циркуляры не нужны. Невозможно не служить людям, если понимается Литургия. Если есть евхаристическая жизнь, все встает на свое место.

Литургия: зачем здесь миряне?

Миряне как сослужащие — эта тема также проходила через всю презентацию. Публицист Андрей Зайцев выступил с горькой репликой о том, что мирянам на Литургии нечего делать.

-Глазами мирянина Литургия воспринимается совершенно по-другому. Одно дело, когда ты находишься в алтаре, даже в качестве алтарника, на клиросе или хотя бы следишь за подсвечником. Когда у тебя есть община, в которую ты приходишь и чувствуешь соборную молитву. А совершенно другое — когда ты приходишь к очень хорошему батюшке (а я вообще не видел плохих батюшек) и Литургию воспринимаешь не как личное общение с вами или с Богом, а как какую-то обузу.

Сейчас здесь в аудитории человек пятьдесят. Мне кажется, невозможно общаться сразу со всеми — такой диалог не получится. Диалог возникает один на один.

Когда мы с вами говорим о Боге, мы вовлечены в это. Вот этот момент, который мы с вами сейчас переживаем — очень важен. В моей голове рождаются слова о Боге, о Христе, а в ваших головах возникает отклик.

А когда мы приходим на Литургию, мы часто воспринимаем ее как красивый спектакль, особенно, если мы не причащаемся. Одно дело, если мы приходим к Богу с болью или благодарностью. А если мы пять дней в неделю работаем, по выходным еще что-то делаем, а потом приходим к Богу и говорим: «Вот, Боже, я встал ради Тебя в семь утра, я ехал в транспорте, я пришел, я сел сзади на лавочку, я ничего не слышу, я все это слышал уже сотни раз — этого батюшку, который замечательно говорит проповеди, но совершенно непонятно, зачем эти постоянные повторы ектений, этот замечательный хор, который постоянно поет одно и то же.

Этот момент обсуждали еще в начале XX века на предсоборном слушании. Литургия воспринимается многими людьми как механическое повторение событие, прошедших в прошлом. Если мы не причащаемся, возникает ровно один вопрос: зачем мы сюда пришли? Если я в воскресенье не пойду на Литургию, этого никто не заметит. И это правильно: если батюшка будет бегать за каждым, то Церковь развалится. Не могут все быть алтарниками или петь на клиросе и не может батюшка бегать за каждым и каждого обзванивать: «Приходите, пожалуйста! Мы с вами вспомним Тайную Вечерю! Это событие, которое мы переживаем сейчас».

Владыка Антоний в одной из проповедей Страстной седмицы говорил, что мы превратили даже Страдания Христовы в красивый спектакль. В тот момент, когда происходят богослужения Страстной Пятницы, мы все время влетаем в круг привычных песнопений. Наш литургический год — как цикл, который все время повторяется. Каждая Литургия — не уникальное событие, это механическое повторение, которое будет сегодня, завтра, послезавтра…

Я немного сгущаю краски, но если мы так воспринимаем Литургию, то любые прекрасные тексты любых прекрасных батюшек уходят впустую, потому что нет события, ради которого мы собираемся. Нет восприятия Литургии как чего-то происходящего здесь и сейчас, есть восприятие Литургии как дурное повторение чего-то, что было раньше.

Сослужение

Выступление оказалось актуальным. Автор книги отметил, что Литургия — действительно, сослужение, причем не только духовенства, но и всех ее участников, включая мирян. Это не спектакль, у которого есть зрители.

-Литургия построена по диалоге — не только человека с Богом, но и священников с мирянами. Каждая молитва заканчивается словом «Аминь», которую должны произносить соборные уста Церкви — народ. Это не только его право, но и священная обязанность.

В этом свете полезным оказалось свидетельство священника, которому удалось осуществить подобное сослужение со своей паствой — протоиерея Владислава Каховского, настоятеля Всехсвятского храма города Мытищи. Он подчеркнул, что в его приходе священник молится только с народом. Соответственно, не встает вопроса ни о тайных молитвах, ни о частоте Причащения. Молитва — совместная, а Литургия — для Евхаристии.

Не сразу, но постепенно благодаря такому ритму и стилю церковной жизни и вся жизнь становится литургической.

О книге

В книге отца Андрея доступным языком объясняется происходящее во время богослужения — начиная с проскомидии и до окончания Литургии. Автор надеется сделать ее еще более доступной для читателя.

Отец Павел Великанов отметил, что было бы неплохо написать такую книгу и для детей.

Игумен Силуан Туманов (Саранская епархия) во время презентации обратил внимание также на уникальные заамвонные молитвы, собранные в приложении.

«Современные православные Служебники содержат всего лишь одну заамвонную молитву Божественной литургии, общую как для литургии святителя Иоанна Златоуста, так и для литургии свт. Василия Великого. Из употребляемых ныне литургических чинов иная заамвонная молитва встречается лишь в чине литургии Преждеосвященных Даров. В то же время из истории богослужения X века известно существование различных заамвонных молитв, как для различных литургий, так и для отдельных праздников и особых дней церковного года», — поясняет отец Андрей на 224 с. своей книги. Эти молитвы он и собрал, перевел и поместил в конце книги.

По словам автора, один из выдающихся трудов по литургике последних лет — многотомная «История литургии…» литургиста Роберта Тафта. Во многом именно она и вдохновила отца Андрея — по его словам, он понимал, что не каждый осилит труд западного литургиста.

Можно лишь сердечно поблагодарить отца Андрея Дудченко за проделанную работу. Автор предисловия, игумен Петр (Мещеринов), в своей реплике особенно отметил, что ему было интересно читать рукопись. Что показательно.

-Церковная жизнь для многих становится скучна, — честно признал он и процитировал слова психолога Ф. Е. Василюка: «Нужно приложить усилия, чтобы отношения с Богом не стали рутиной».

На правах обозревателя, добавлю пару слов от себя. Книгу приобрела. Читаю. Ни капельки не скучно.

Рravmir.ru