"Встрече папы римского и патриарха всея Руси ничего не мешает". Главный католик России о взаимоотношениях с православными и властями

— Как получилось, что вы, итальянец, возглавили католическую церковь в России?

— Получилось очень просто. Папа Бенедикт XVI в 2007 году назначил меня епископом в Москве. К тому времени я уже давно находился в России: сначала в 90-х годах служил в Сибири пять лет, потом в столице. Когда папа принял решение назначить меня на московскую кафедру, я работал ректором духовной католической семинарии в Санкт-Петербурге.

— Разве не было кандидатуры на этот пост среди русских, украинских, белорусских священнослужителей-католиков?

— Я затрудняюсь ответить. Вполне возможно, повлиял тот факт, что местное духовенство еще молодое, у него опыта мало. Не надо забывать, что в СССР все структуры католической церкви были закрыты, все священники, епископы были либо убиты, либо сосланы. В России первые священники были рукоположены в конце 90-х годов, наблюдался кадровый кризис.

— По закону об НКО вас можно рассматривать как иностранного агента?

— Нет. Во-первых, католическая церковь — религиозное объединение, а все религиозные организации исключены из этого закона. Во-вторых, я — гражданин России.

— Как вы себя чувствуете в православной России, у вас нет ощущения, что вы находитесь в инородной среде?

— Нет. Я понимаю, что Россия — не католическая страна. Но это не значит, что я себя чувствую в неудобном месте. Наоборот, я должен сказать, что мои личные отношения с православной церковью, которые сложились в те времена, когда я начал служить в России, всегда были хорошие.

— Тем не менее в начале 2000-х годов у католиков были довольно сложные отношения с православными в России. Проблемы начались после того, как в 2002 году Ватикан преобразовал апостольские администратуры в епархии, что вызвало официальный протест РПЦ и череду антикатолических митингов. Без объяснения причин из России были высланы епископ Мазур и еще три священнослужителя. Как сейчас складываются у вас отношения с Московским патриархатом?

— На данный момент, как мне представляется, претензии, которые были со стороны РПЦ к католической церкви в России, можно считать разрешенными. Лично у меня хорошие отношения с патриархом Кириллом. А отношения с его предшественником, патриархом Алексием II, я бы назвал теплыми. Мы нечасто встречаемся с главой РПЦ, несколько раз в год. Есть хорошие контакты с другими иерархами РПЦ, особенно с епископами в тех городах, где существуют католические общины.

— Претензии, в частности, заключались в том, что католики на территории РФ занимаются прозелитизмом, то есть переманивают православных в католицизм. Католики перестали заниматься прозелитизмом?

— Должен сказать, что никогда не было прозелитизма со стороны католической церкви. Возможно, прозелитизмом считалось само ее присутствие, особенно католических орденов, после падения Советского Союза, в том числе миссионерская деятельность. Еще я думаю, что опасения были связаны и с тем, что РПЦ не знала, как будут вести себя священнослужители и монашествующие, приехавшие из-за границы. А нам приходилось приглашать духовенство, потому что здесь был кадровый кризис, который продолжается и сейчас.

— Начиная с 2007 года патриарх Алексий II стал приглашать меня, как и до этого моего предшественника, на эти богослужения. То же самое делает патриарх Кирилл. Это один из тех знаков, которые показывают, что у нас хорошие взаимоотношения. Хотя мы не находимся в полном общении церквей, но мы имеем одну веру — во Христа. Мы также всегда приглашаем православного представителя на наши богослужения, на Рождество и на Пасху. Эти взаимные посещения богослужений подтверждают, что у нас есть желание идти к полному каноническому общению.

— А почему нет совместных богослужений? В чем противоречия?

— Фундаментальные противоречия в том, что мы не можем служить одну и ту же Евхаристию (главное христианское таинство, во время которого верующие причащаются Телом и Кровью Господа.— "Ъ"), которая является как раз знаком полного общения, полного единства. Поэтому я не мог бы сослужить с православным иерархом, как и он не может сослужить со мною. С кем я служу Евхаристию, с тем я нахожусь в единстве (единство утрачено в результате разделения церкви на Западную и Восточную в 1054 году.— "Ъ"). Основная причина, наверное, заключается в юрисдикции римского папы: православные не признают его главенства над всеми христианами. Есть, естественно, многое другое, что отличает одну церковь от другой. С другой стороны, наше разделение можно рассматривать как разнообразие в христианстве, особенно это касается литургических обрядов: в лоне католической церкви существует Греко-католическая церковь, которая придерживается восточного обряда, и это не мешает нам быть в полном общении. Поэтому я считаю, что в первую очередь должен быть решен вопрос, связанный с юрисдикцией римского папы.

— Сегодня это может казаться странным, но на протяжении первого тысячелетия истории христианства все поместные церкви признавали первенство римского епископа. Вопрос в том, каким образом оно может сегодня служить на благо всей церкви. Поэтому католическая церковь приглашает всех к углубленному осмыслению природы первенства в церкви и роли римского епископа.

— Бенедикт XVI улучшил отношения с Русской православной церковью, даже появились разговоры о возможной встрече папы с патриархом Московским и всея Руси. У вас нет опасения, что при новом папе все позитивные сдвиги могут сойти на нет?

— Папа, когда был епископом в Буэнос-Айресе, имел хорошие отношения с восточными церквами. Нельзя забывать, что он был ординарием для католиков восточного обряда, которые в Аргентине находились без своей иерархии. У него были очень теплые отношения с православным аргентинским митрополитом Платоном. Молодым священником Бергольо учился у греко-католиков, поэтому знает восточную литургию. Все это говорит о том, что понтифик не просто знаком, но хорошо усвоил восточную традицию церкви, восточное христианство. Это дает мне повод думать, что взаимоотношения продолжатся в том же русле, в котором сложились при его предшественнике.

— Известно, что отношения между греко-католиками (христиане восточного обряда, которые в результате унии признали над собой власть папы римского.— "Ъ") и православными на Украине конфликтные. Чью сторону папа займет в противостоянии?

— Я не думаю, что папа должен занимать позицию одной из сторон в христианстве против другой. Отношения с Греко-католической церковью являются внутрицерковными. А контакты с РПЦ — отношения с церковью, находящейся в отделении от католической церкви. Никто не отрицает, что есть сложные вопросы между Греко-католической церковью и РПЦ, особенно на Украине.

— Украинские греко-католики возлагают большие надежды на папу, на то, что он их поддержит в противостоянии с РПЦ. Это оправданно?

— Уверен, что он будет делать все возможное, чтобы, с одной стороны, сохранять и развивать единство католической церкви, с другой стороны — развивать все те возможности, которые могут сблизить католическую церковь с православными церквами. Не будем забывать, что Вселенский патриарх Варфоломей — первый в истории православный патриарх, который присутствовал на интронизации папы Франциска. Коптский патриарх из Александрии был с визитом в Риме. Он также участвовал в интронизации папы Франциска. Мне не кажется, что все эти факты связаны только с личными отношениями или с какими-то дипломатическими интересами. Скорее всего, это проявление искреннего желания идти к полному общению, единству церквей. Но для этого нужно пройти определенный путь, и сколько потребуется для этого времени, сказать не сможет никто.

— Почему за всю историю католической церкви никогда не было встречи папы с патриархом Московским?

— До XX века и с другими патриархами не было никаких встреч. Первая встреча понтифика с православным патриархом произошла в 1964 году, когда папа Павел VI встретился с патриархом Константинопольским Афинагором. Они тогда сняли взаимные анафемы церквей, которые действовали с момента разделения церквей, с 1054 года. Это стало возможным после II Ватиканского собора. После этого начались и контакты с православными патриархами. Правда, с патриархом Московским и всея Руси папа никогда не встречался.

— Встретиться можно хоть завтра. Этой встрече в принципе ничего не мешает. Но, как говорят в Русской православной церкви, эту встречу надо должным образом подготовить, чтобы она была не просто мероприятием для галочки, чтобы она была плодотворной. И для этого нужно, наверное, сделать определенные вещи.

— Какие?

— Мне трудно сказать.

— Православные утверждают, что одним из препятствий являются как раз проблемы, связанные с греко-католиками на Украине, которые в 90-е годы захватывали православные храмы.

— Это может быть причиной.

— Она решаема?

— Все проблемы решаемы.

— На каком уровне проходят переговоры между РПЦ и Ватиканом, какие вопросы на этих встречах решаются?

— Есть разные уровни. Например, глава отдела внешних церковных связей РПЦ митрополит Иларион присутствовал на интронизации папы Франциска и встретился с ним два или три раза уже за время его понтификата. Есть контакты на богословском уровне. Существует межконфессиональная комиссия, в которой участвуют, если я не ошибаюсь, католическая церковь и все православные церкви. Сейчас, правда, этот диалог немножко затормозился. Помимо этого католики разных стран взаимодействуют с Русской православной церковью в сфере благотворительности, защиты общехристианских ценностей.