Богословское образование на постсоветском пространстве: кризис углубляется?

Мыслящие христиане, наблюдающие за развитием событий в евангельском мире в СНГ и Балтии, вот уже не один год задают вопрос о том, что же происходит с богословским образованием на постсоветском пространстве? Амбициозные проекты 1990-х, под которые западными христианами выделялись значительные средства, кажется, терпят неудачу один за другим.

Мыслящие христиане, наблюдающие за развитием событий в евангельском мире в СНГ и Балтии, вот уже не один год задают вопрос о том, что же происходит с богословским образованием на постсоветском пространстве? Амбициозные проекты 1990-х, под которые западными христианами выделялись значительные средства, кажется, терпят неудачу один за другим.

Московская богословская семинария: здание есть, а где студенты?

Московская богословская семинария ЕХБ [1] была основана в октябре 1993-го, можно сказать, под грохот танковых выстрелов по российскому “Белому дому”. После более, чем десяти лет успешной деятельности, в 2006-2007 гг. в вузе разразился кризис. Оказалось, что, несмотря на прекрасное здание на улице Перовской, 4 “А”, квалифицированный отечественный и иностранный преподавательский состав, отличную библиотеку и привилегированное местонахождение в российской столице, в семинарии, к удивлению многих, существовал недобор студентов. Казалось бы, у учебного заведения с довольно энергичным и амбициозным ректором Александром Козынко, солидной материальной базой и крепким партнерством с Северной баптистской семинарией (США), должно было быть вполне светлое будущее, однако по причинам, которые не до конца понятны, ушёл со своего поста ректор, покинули вуз талантливые преподаватели – молодые специалисты с огромным потенциалом. [2] Был сформирован “комитет по спасению семинарии”, составленный из отечественных и иностранных специалистов.

В настоящее время семинария, когда-то дававшая первоклассное стационарное богословское образование с привлечением “светил” из западного богословского сообщества, объединившись с заочными библейскими курсами, открытыми при ВСЕХБ еще в 1968 году (позже – Заочный библейский институт), всё больше специализируется на очно-заочной форме обучения, осуществляя свою деятельность, преимущественно, в регионах. [3] Видно, это связано с колоссальным ростом стоимости стационарного обучения и проживания в столице России. С одной стороны, положительной тенденцией является консолидация богословских вузов России под “зонтиком” МБС. С другой же стороны, вряд ли семинария в нынешнем её виде соответствует видению, заданному при её основании.

Одесская семинария: нереализованное видение?

Одесская богословская семинария (ОБС) [4], образованная в 1989 году в пригороде “жемчужины у моря”, первая баптистская семинария в СССР, является ныне, по мнению некоторых “старожилов”, лишь тенью вуза, который они знали в 1990-х. Некогда довольно амбициозный проект с далеко идущими целями, он, скорее всего, не оправдал высоких ожиданий. Не секрет, что в первые годы своего существования семинария, находившаяся под руководством социолога Сергея Санникова [5], сделала огромную заявку на “академическую подготовку богословов, мыслителей, преподавателей и писателей для евангельского сообщества”. Один из любимых терминов С.Санникова – “Богомыслие”. Такое название получил первый на постсоветском пространстве богословский журнал, позже прекративший свое существование по непонятным причинам (недавно, он, правда, был реанимирован, но надолго ли?).

Первый набор студентов программы “Бакалавр богословия” Одесской семинарии испытывал колоссальные академические нагрузки [6], изучая одновременно и древнееврейский, и греческий языки. По признанию одного из первых студентов, нагрузка была столь высокой, что ему приходилось заниматься и днем, и ночью из-за объема домашней работы [7]. Быть студентом ОБС тогда считалось высокой привилегией и честью. ОБС, скажем так, представляла собой “богословский мозговой центр” евангельского сообщества в бывшем Советском Союзе.

Несмотря на смелое видение и далеко идущие планы, внезапно в конце 1990-х ушел в отставку ректор С.Санников (по поводу ее причин до сих пор полной ясности нет) и семинария, которая ставила своей целью существенное влияние на пространстве бывшего СССР, стала, по-сути, региональным учебным заведением.

Будучи деятельным человеком и не желая оставаться без значимого поля деятельности, с помощью руководителей ведущих евангельских вузов, С.Санников основал аккредитационную ассоциацию богословских учебных заведений в СНГ и Балтии (ЕААА) [8], идеологом и бессменным директором (на данный момент - президентом) которой он является с конца 1990-х. Имя С.Санникова настолько тесно ассоциируется с ЕААА, что неизвестно, насколько значимым будет её влияние в случае его ухода. [9] Один из российских преподавателей довольно тонко подметил, что “ЕААА – это C. Санников, а С. Санников – это ЕААА”.

С.Санникову, в какой-то мере, удалось объединить деятелей в области богословского образования в СНГ и Балтии, собирая их на периодические образовательные конференции, и предоставить вузам некоторые богословские ресурсы.

[10] Существенных дивидендов аккредитация программ, полученная от ЕААА, к сожалению, выпускникам богословских школ не приносит. По-прежнему возникают вопросы при переходе студентов из одного христианского вуза СНГ в другой. Аккредитация от ЕААА не признается государственными образовательными учреждениями в республиках бывшего СССР. Преимуществ при поступлении студентов из СНГ в западные вузы аккредитация от ЕААА, к сожалению, не дает, да и за пределами славянского евангельского сообщества ассоциация мало кому известна.

С уходом С.Санникова утеряла свою стратегическую значимость ОБС. Старший пресвитер ЕХБ по Одесской области Владимир Шемчишин, сменивший С.Санникова, “академиком” никогда не был, однако он, по-видимому, является неплохим администратором. Свою деятельность в ОБС В.Шемчишин совмещал с ректорством в Киевском христианском университете и работой в Союзе ЕХБ Украины. [11] В тот период иммигрировали в США декан Александр Карнаух и некоторые талантливые преподаватели. Остались, по выражению одного из работников семинарии “те, кому, скорее всего, некуда было уезжать”. При посещении кампуса ОБС возникает ощущение незавершенности начатого большого дела, которое было, так сказать, оставлено на полпути. Некоторые здания семинарского комплекса соседствуют с “вагончиками”, в которых школа размещалась в первые годы своего существования. Участвуя в дискуссии на тему положения в евангельском богословском образовании, А.Карнаух отметил, что “количество христианских учебных заведений растёт, тогда как число абитуриентов неуклонно снижается”. [12]

В основном, ОБС предлагает образование студентам из юга Украины и некоторых молдавских церквей, однако основной акцент ставится все же на очно-заочную форму обучения [13]. Здания семинарии используются и для организации различных мероприятий, проводимых под эгидой ЕААА, Overseas Council и др.

Университет в Санкт-Петербурге: от вуза к конференц-центру?

Основанный в 1990 году в Белореченске (Краснодарский край) библейский институт “Логос” ставил своей целью готовить лидеров-христиан для евангельского сообщества распадающегося Советского Союза. Первые 45 студентов считали привилегией поступить в одну из первых евангельских школ в СССР. Вуз впоследствии перекочевал Санкт-Петербург, где до революции размещалась первая евангельская библейская школа. [14]

К сожалению, как и другие известные вузы в СНГ, СПбХУ к началу 2000-х стало “лихорадить”. В 1998 году переехал в пражскую IBTS ректор Петр Пеннер. В 2001 в США иммигрировал ректор Виктор Авдеев. После его отъезда на пост руководителя вуза был назначен кишиневец Федор Мокан, выпускник СПбХУ, в 1993 году основавший библейский колледж в Кишиневе. [15] Однако он ушел с поста ректора по неясным причинам по окончании первого срока. По мнению некоторых работников университета середины 2000-х, он организовал спешную “чистку кадров”. Иные придерживаются мнения, что Ф.Мокан так по-настоящему и не был принят коллективом вуза, находящегося в городе государя Петра. В тот период эмигрировали, покинули университет или перешли на менее значимые должности некоторые талантливые преподаватели. По мнению некоторых сотрудников, “ректор стремился сделать из университета миссионерскую школу практической направленности, в которой академическая составляющая имела второстепенное значение”. Видно, не все были согласны с подобным видением. [16]

Ф.Мокана на посту ректора в 2005 году сменил его однокурсник Александр Негров, получивший степень доктора богословия в южноафриканской Претории. При нем получили дальнейшее развитие магистерские программы и “Высшая школа лидерства”, однако и он весной 2012 года подал в отставку [17], отправившись в США.

В ноябре 2012 года ушел со своего поста и вновь избранный ректор проф. В.Рыжов [18], не проработав в СПбХУ и года. Обращаясь к студентам и сотрудникам университета с “последним словом”, проф. Рыжов сказал: “Когда Бог говорит нам «нет», Он не лишает нас благословения, но готовит нас к чему-то другому, лучшему.” [19] Неясно, что же имел в виду экс-ректор. Не называются и причины отставки. [20]

Несмотря на обилие кадров, университет в настоящее время все ещё находится в поисках нового руководителя. Сменилось уже несколько и.о. ректора. Гарантий того, что новый ректор задержится в университете надолго, нет. Все чаще об СПбХУ становится известно как о … гостинице, в которой можно остановиться при посещении города на Неве. [21] Университет также предлагает аренду некоторых помещений на кампусе для проведения богослужений и других мероприятий. [22]

Донецкий университет: назад, в прошлое?

Не миновал кризис и Донецкий христианский университет (ДХУ) – вуз, в котором, начиная с 1991 года, получили образование многие талантливые преподаватели и иные деятели, занятые в сфере богословского образования в СНГ. Один из первых христианских университетов в СНГ и учредителей ЕААА, он ставил перед собой амбициозные задачи по подготовке богословов, миссионеров и работников mass media. [23]

В начале 2000-х гг. жизнь казалось бы поступательно развивающегося университета была омрачена недопониманием между ректором-основателем Алексеем Мельничуком [24] и деканом Рэем Пригодичем из США. [25] По свидетельству очевидцев событий тех дней, в то время, как ректор-украинец был более заинтересован в развитии кампуса и экономической базы университета, декан-американец был сторонником вложения средств в академическое развитие школы и повышение квалификации преподавателей. Компромисс не был найден, и вскоре Совет попечителей начал поиск новых руководителей для вуза. Недолго проработав в “Духовном возрождении” и завершив очередной срок в качестве президента ЕААА, А.Мельничук иммигрировал в США. После отставки А.Мельничука и Р.Пригодича, видимо, иссякло и более или менее стабильное финансирование школы. Ситуация в университете была таковой, что под угрозой оказалась аккредитация программ в ЕААА и само существование ДХУ.

Новый ректор, жизнерадостный и энергичный Сергей Рыбиков из Майкопа [26], избранный в 2002 году, приложил достаточно много усилий для поиска источников финансирования и новых направлений в деятельности университета. При нем было открыто несколько новых программ в области церковного служения, подготовки проповедников и др.

2009 год ознаменовался неожиданным возвращением А.Мельничука на пост президента ДХУ, несмотря на то, что он проживал в США. Была объявлена амбициозная программа по преобразованию университета в один из ведущих гуманитарных вузов Украины. [27] В 2012 году на пост ректора (Provost – не путать с должностью президента) был назначен доктор философских наук Михаил Черенков, ученый-философ, яркая и амбициозная личность, один из главных spokesmen евангельского христианства в Украине. [28] Его приход ознаменовался существенными кадровыми преобразованиями и определением четких приоритетов в деятельности школы.

М.Черенков видел ДХУ местом встречи “старших и новых поколений, где старшие поколения хранят героический опыт веры в условиях советского режима, а молодые несут энергию для продолжения эстафеты и добрых перемен; христианской традиции и образовательных инноваций, где верность христианским основаниям совмещается с эффективными и актуальными технологиями и моделями обучения; церкви и современного общества, где молодые представители церкви учатся служить в постсоветском обществе, трансформируя его изнутри; христианских и светских интеллектуалов, где в дискуссиях будут лучше понимать друг друга, а христианские апологеты смогут оттачивать свое мастерство; постсоветских проблем и международного опыта, где будут преодолеваться стереотипы изоляционизма и маргинальности; национального опыта и глобального мира, где через образовательное пространство будет идти интеграция в глобальное христианского сообщество”. [29]

Приятным событием было активное присутствие вуза и его студентов в социальных сетях. Из группы ДХУ в Facebook поступала информация о том, чем жил университет. Подавались сообщения о “круглых столах”, дискуссиях в студенческой среде и интересных вечерах общения.

Несмотря на то, что доступные нам источники неоднозначно отзываются о деятельности М.Черенкова в ДХУ, очевидно, что программа деятельности и видение, заявленные им, были намечены в качестве фундаментальных и долгосрочных. Тем более неожиданной и непонятной является внезапная отставка д-ра Черенкова, о которой было объявлено в информационном сообщении пресс-службы ДХУ 1 июля 2013 года. [30] О причине ухода не было сказано ни слова. Из press-release лишь следует, что М.Черенков должен возглавить “христианское экспертное сообщество”. Однако, возникает вопрос: не именно ли это планировал осуществить д-р Черенков в стенах христианского университета в Донецке? Почему христианский университет не может быть базой для экспертизы в области богословского образования и диалога между церковью и академией, христианами и обществом? Ведь именно об этом в последнее время довольно много писал М.Черенков. [31]

Лица, близкие к университету, пожелавшие остаться неназванными, утверждают, что речь идет об очередном недопонимании в руководстве ДХУ (возврат к началу 2000-х?), о том, что в университете, к сожалению, не создано атмосферы для поступательного академического развития, осуществления далеко идущего видения и условий для деятельности тех, кто связан с наукой. [32]. Существуют разногласия насчет того, в каком направлении должен двигаться вуз, осутствует плюрализм мнений и наблюдается мощная централизация управления. Видимо, не подошла для ДХУ модель руководства в виде “двуглавого орла”.

Продолжение см. тут