Путь Малофеева: от детского питания к спонсорству Донбасса и прощенным $500 млн

В пасхальную ночь в храме Мученицы Татианы при МГУ многолюдно. Вместо бабушек — молодые люди со смешными прическами, пары с маленькими детьми, студентки в коротких платьях. Невысокий плотный мужчина в белоснежной рубашке, серой куртке, с ярко-красной ленточкой на груди выделяется из толпы нарядной молодежи. Он истово молится, будто не замечая ничего вокруг. Это крупнейший меценат храма и противоречивый герой недавних внешнеполитических событий — Константин Малофеев.

Жесткий бизнесмен, участник скандалов вокруг «Ростелекома», фигурант уголовного дела о хищении кредита $225 млн у группы ВТБ. А еще — организатор выставки «Дары волхвов», спонсор Крыма и Донбасса, монархист и консерватор. «Сами западные дипломаты говорят в кулуарах, что это первая в истории ЛГБТ-война, — всерьез описывает Малофеев события в Киеве журналу «Русский репортер». — Украина отказалась в свое время подписывать соглашение об ассоциации с Евросоюзом, в том числе в связи с тем, что они должны были распространить содомию как норму в традиционном украинском обществе».

Недавно борцу за традиционные ценности улыбнулась удача — он решил вопрос с кредитом и уголовным делом. ВТБ простил $496 млн из $596 млн набежавшего долга, дав скидку 85%, или более 30 млрд рублей. А полиция переквалифицировала суровую статью «Мошенничество» на мягкую «Незаконное получение кредита» и закрыла дело за сроком давности. Другие долги Малофеев тоже отдавал с большим дисконтом.

Связано ли это с помощью Крыму и Донбассу? И кто такой Константин Малофеев: оплот самодержавия и патриотизма или человек, раньше других понявший, что «православный олигарх» — самый выигрышный образ в современной России?

«Не мешайтесь под ногами»

Семья Малофеевых в советское время не испытывала трудностей, связанных с «железным занавесом». В гостях у отца, Валерия Михайловича, известного советского астрофизика, бывали ученые со всего мира, в том числе нобелевский лауреат, британский астроном Мартин Райл. В 1989 году 16-летний Костя оказался в США в рамках программы школьного обмена People to People. Потом он поступил на престижный юрфак МГУ, после которого оказался в «Ренессанс Капитале», где вскоре перешел из юридического в инвестиционный департамент.

«Инвестиционный банкинг — это самая высокооплачиваемая услуга в мире, — говорит Малофеев «Русскому репортеру» (отвечать на вопросы Slon бизнесмен отказался, назвав их предвзятыми и заведомо обвинительными). — До сих пор не понимаю, за что им платят такие деньги».

Однако тут есть бравада: кризис 1998 года подкосил карьеру молодого инвестбанкира, несколько лет Малофеев перебивался случайными проектами, пытался начать свой бизнес, создал компанию «Вотум Консалтинг», но дела шли не очень. В начале нулевых Малофеев устроился в МДМ-Банк, где занимался сделками по слиянию-поглощению и биржевыми размещениями.

Источник Slon из другого инвестбанка описывает такой случай. «Одна табачная компания собиралась выпустить облигации и выбирала между МДМ-Банком и «Уралсибом» в роли организатора, — говорит он. — Однажды представитель «Уралсиба» получил смс от Малофеева, мол, «не мешайтесь под ногами». Это, честно, вызвало недоумение: во-первых, уже не 1990-е для таких сообщений, во-вторых, не таким уж лакомым было то размещение... В этом весь Малофеев — несоразмерность ситуации и предлагаемых мер». В итоге производитель сигарет не выбрал ни одного из кандидатов.

Еще учась в МГУ, будущий бизнесмен сдружился с Алексеем Провоторовым и Дмитрием Скуратовым, сыном бывшего генпрокурора РФ. Долгое время они шли по жизни вместе. «У Дмитрия Скуратова через отца выходы на силовиков, что Малофеев всегда ценил», — утверждает знакомый бизнесмена.

В студенчестве Малофеев стал прихожанином домового храма Мученицы Татианы при МГУ. Все знакомые говорят о богатой коллекции икон в его кабинете и подчеркнутой набожности. Именно вера не раз сводила Малофеева с полезными людьми.

Неудача с «наличием признаков мошенничества»

Вторая попытка Малофеева построить собственный бизнес началась с 2004 года. Именно тогда в МДМ-Банк за кредитом пришел только что покинувший пост замминистра сельского хозяйства Георгий Сажинов. Он просил деньги на развитие своей группы «Нутритек», производителя молока и детского питания. Банк отказал, но Малофеев согласился помочь, оформив кредит лично на себя и получив взамен часть акций.

Из отчетности «Нутринвестхолдинга» следует, что в 2004 году компания получила заем около 50 млн рублей, отдав кредитору 33% акций. Вероятно, это и была цена вхождения инвестбанкира в бизнес. Он покинул МДМ-Банк и сосредоточился на новом деле.

Группа «Нутритек» являлась третьим игроком на рынке детского питания и крупнейшим отечественным производителем с заводами в восьми регионах России. Главной задачей Малофеева было привлечение финансирования. У него отлично получалось. Группа выпустила облигации на 1,2 млрд рублей, затем кредитные ноты на общую сумму $200 млн и разместила акции на бирже, выручив еще около $200 млн. А компания Marshall Capital, принадлежащая Малофееву и Сажинову, получила $260 млн от французского инвестфонда AXA Private Equity, направив значительную часть в «Нутритек».

Однако бумаги холдинга быстро стали падать на бирже. С января по сентябрь 2008 года стоимость обыкновенной акции «Нутринвестхолдинга» на ММВБ потеряла 60%, хотя сам биржевой индекс просел только на 30%. Сложно списать на предстоящий кризис. Возможно, дело было в плохом управлении. «Малофеев и его команда, по сути, умеют делать только одну вещь — M&A, слияния и поглощения, — рассуждает знакомый бизнесмена. — «Нутритек» постоянно приобретал какие-то активы, но выстроить цепочку, заставить их приносить прибыль команда не могла».

В конце 2008 года, когда бумаги просели почти в 20 раз относительно января, «Нутритек» объявил о делистинге, то есть уходе с биржи. «После этого акционеры теоретически могли продать бумаги на вторичном рынке, — объясняет директор по инвестициям QB Finance Дмитрий Лепешкин. — Но у «Нутритека» были плохие показатели, желающих покупать не нашлось. Поэтому миноритарии, а на них приходилось 47% капитала, фактически остались с ничего не значащими бумажками. Компании был нанесен очень серьезный репутационный ущерб, но бенефициаров это не волновало».

Делистинг, объясняли в «Нутритеке», проводился, чтобы избежать недружественного поглощения. Но тогда, спорит Лепешкин, есть цивилизованный путь: выкуп акций у миноритариев по рыночной стоимости.

После кризиса «Нутритек» объявил дефолты по облигационному займу и кредитным нотам. Общая непогашенная задолженность составила 1,2 млрд рублей и $100 млн. В 2012 году группа обанкротилась. Почему все так печально закончилось?

Не все верят в ошибки менеджмента. В 2011 году бывший экономический советник Жака Ширака и президент консалтинговой компании MHB SA Мари-Элен Берар направила запросы от имени инвестфонда AXA Private Equity в адрес руководителя администрации президента РФ Сергея Нарышкина и первого вице-премьера Игоря Шувалова (копии есть в редакции Slon). В них сказано, что Marshall Capital предоставляла партнерам недостоверную информацию и, вероятно, занималась выводом активов.

Берар просила высокопоставленных чиновников «...помочь в этой ситуации и дать указания компетентным органам РФ разобраться в ней, проверив на предмет наличия признаков мошенничества со стороны г-на Малофеева».

Французы, нанимавшие в России детективов и юристов, составили схему предполагаемого хищения денег из «Нутритека». Эта информация легла в основу депутатского запроса, направленного в 2011 году министру внутренних дел Нургалиеву от парламентария Нины Останиной.

По мнению авторов документа, значительная часть денег, привлеченных от инвесторов, уходила двум десяткам аффилированных компаний, а затем — под разными предлогами — на счета «однодневок». Взять, к примеру, ЗАО «Нутримилк», получившее с 2002 по 2008 год более 900 млн рублей от группы «Нутритек». ЗАО «Нутримилк», в свою очередь, выдавало займы четырем фирмам, и почти все кредиты оказались безвозвратными. Кстати, по данным конкурсного управляющего, безнадежная задолженность ЗАО «Нутримилк» перед «Нутринвестхолдингом» составляет 730 млн рублей. То есть информация детективов выглядит правдоподобно.

Совладельцы ЗАО «Нутримилк» — Олег Евгеньевич Сажинов, двоюродный брат Георгия Сажинова, и Сергей Владимирович Иванов. Человек с таким же ФИО являлся финансовым директором «Нутринвестхолдинга». А хозяином одной из четырех фирм, получавшей займы, ООО «Консалт-Паритет», значился Олег Очинский, гендиректор «Нутринвестхолдинга».

Всего на аффилированные компании сейчас приходится 1,5 млрд рублей безнадежной задолженности «Нутринвестхолдинга». Могли махинации происходить за спиной Малофеева? В дальнейшем бизнесмен перестал вести дела с Георгием Сажиновым, однако не потребовал от бывшего чиновника рассчитаться по долгам. Сейчас тот владеет охотничьим хозяйством «Гора» в Вологодской области площадью 94 тысячи гектаров, а также открыл в Москве ресторан G GRAF («Граф Георгий»), где подает дичь из собственных угодий. А Олег Очинский по-прежнему работает на Малофеева, возглавляя загородный семейный отель «Курорт "Царьград Спас-Тешилово"».

Кипучая деятельность французов привела к тому, что долг в размере $260 млн у них выкупила инвестиционная компания «Атон». По словам источника Slon, близкого к правоохранительным органам (об их участии речь пойдет ниже), сумма сделки составила $55 млн.

В AXA Private Equity полагали, будто деньги, выведенные из «Нутритека», были потрачены на скупку акций «Ростелекома». Это уже другая и, вероятно, самая важная история в жизни Константина Малофеева.

Серый кардинал связи

«Весной 2008 года Малофеев находился в Германии, когда узнал радостную новость: старый знакомый Игорь Щеголев назначен министром связи, — вспоминает знакомый бизнесмена. — Он почти сразу вылетел в Москву, хотя планировал провести за границей больше времени».

С Щеголевым Малофеев, вероятно, сошелся на почве православия. Познакомить их мог архимандрит Тихон (в миру — Шевкунов), наместник Сретенского монастыря. СМИ также называют Тихона духовником президента Путина. Шевкунов и Щеголев входят в попечительский совет Благотворительного фонда святителя Василия Великого, созданного Малофеевым. Вскоре после назначения новый министр сделал своим помощником Михаила Лещенко, прежде работавшего у Малофеева.

В 2009 году стартовала грандиозная реформа телекома: предприятия «Связьинвест», «Ростелеком», а также семь межрегиональных компаний (МРК) сливались в организацию с единой акцией. Осуществлять это позвали управленца Евгения Юрченко, назначив его главой «Связьинвеста» (ранее он уже работал в этой компании). Малофеев и команда тоже не остались в стороне: Лещенко и Провоторов вошли в советы директоров «Ростелекома» и МРК, а сам Малофеев — в советы директоров «Ростелекома» и «Связьинвеста». Кроме того, Лещенко стал заместителем Юрченко.

Полтора года прошли спокойно, а летом 2010 года между Юрченко и Малофеевым случился острый конфликт.

«"Связьинвест" реализовал опционную программу для менеджмента, я сам владел акциями МРК, поэтому был заинтересован в росте стоимости компаний, — говорит Юрченко. — Капитализация «Ростелекома» — это EBITDA, умноженная на коэффициент 5. Таким образом, каждый рубль, заработанный МРК, делал акционеров богаче на пять рублей. А Малофеев предлагал такие сделки, которые увеличивали расходы и не приводили к росту стоимости холдинга».

В качестве примера Юрченко приводит подрядные работы «Связьинвеста», чья стоимость могла быть завышена. Он говорит, что весь 2009 год предприниматель Сергей Огороднов, в прошлом вице-президент «Нутритека», скупал доли в компаниях-подрядчиках «Связьинвеста», «Ростелекома» и МРК. Порой в ход шли жесткие приемы, фирмы обещали впредь оставить без работы, ссылаясь на связи с топ-менеджерами заказчиков. Позже участники рынка подтвердили это газете «Ведомости».

«Были намеки, что продажа бизнеса поможет с заказами, — цитирует издание бывшего владельца холдинга «Связьстрой» Романа Троценко. — Причем концерн хотели получить практически бесплатно».

Собрав несколько подрядчиков, Огороднов создал группу «Инфра». По словам Юрченко, уже в 2010 году 80% заказов «Связьинвеста» по проектно-изыскательным и строительно-монтажным работам стоимостью 12 млрд рублей достались этому игроку. Счетная палата, правда, позже оценила долю «Инфры» в 9,3 млрд рублей. «Я подозреваю, что стоимость работ была завышена, и это негативно влияло на будущий единый холдинг, — настаивает Юрченко. — Вообще, центр принятия решения переместился к маршалловцам, людям Малофеева».

Конфликт, однако, завершился не в пользу управленца. Юрченко покинул «Связьинвест», а Малофеев, наоборот, усилил позиции — его старый друг Александр Провоторов стал во главе «Ростелекома». В ту пору, пишут «Ведомости», знакомые льстиво называли Малофеева «серым кардиналом» рынка связи.

Случайность или нет, но именно в разгар конфликта, в сентябре 2010 года, газета «Коммерсантъ» опубликовала любопытную заметку. Говорилось, что Marshall Capital может выкупить у Газпромбанка акции МРК, эквивалентные 7% будущего единого холдинга. Одновременно два источника издания утверждали, будто происходящее — финальная часть сделки. А на самом деле Газпромбанк изначально скупал бумаги в пользу Marshall Capital.

Что здесь особенного? Формально никто не знал, как именно будет происходить конвертация акций разных предприятий («Связьинвеста», «Ростелекома» и МРК) в бумаги единой компании. По факту выгодный коэффициент получили как раз МРК. Покупая акции до того, как стали известны условия конвертации, осведомленный игрок мог неплохо заработать. Об этом и говорил источник «Коммерсанта».

А всего через неделю тому же самому изданию заявил бывший министр связи Леонид Рейман: «Акции господин Малофеев скупал, отлично зная будущие коэффициенты конвертации, которые он сам и утверждал».

Несмотря на склонность к судебным тяжбам со СМИ, бизнесмен не пытался опровергнуть слова бывшего чиновника. Кстати, аналогичное обвинение предъявляли и Юрченко, но комиссия Федеральной службы по финансовым рынкам нарушений не нашла.

По итогам конвертации Малофеев оказался крупнейшим миноритарием «Ростелекома», владеющим 7% акций рыночной стоимостью $1,1 млрд (на начало июня 2011 года). Потратить на покупку он мог $500–700 млн, говорит собеседник Slon, хорошо знакомый с рынком телекома. Участие в судьбе «Ростелекома» оказалось выгодным делом.

Телеком — стратегическая отрасль, очевидно, случайных людей там не бывает. Какие важные связи помогли Малофееву? Источники Slon, как и других СМИ, говорят о знакомстве предпринимателя с Сергеем Ивановым, на тот момент — зампредом правительства, а сейчас главой администрации президента. Произойти оно могло через Щеголева. Сын высокопоставленного чиновника, Сергей Иванов-младший, как раз был зампредом Газпромбанка в то время, когда шла скупка акций МРК, и курировал этот процесс.

Летом 2011 года Малофеев по праву мог гордиться тем, что сорвал куш. Но вскоре за большими деньгами пришли большие неприятности.

Время платить долги

Вернемся на четыре года назад, в 2007-й. «Нутритек» объявляет о фантастически удачной сделке: продаже молочных активов, шести заводов и агрохолдинга за $250 млн. Однако через год с лишним группа допускает первый дефолт. Рынок в недоумении: а где же вырученные от продажи деньги?

Через несколько лет выяснится, что вся история с молочными активами довольно сомнительная. Покупатель, компания «Руссагропром», была аффилирована с «Нутритеком». Она взяла кредит $225 млн в VTB Capital PLC, лондонской «дочке» российского госбанка, однако не выплатила ни доллара. Залог — акции покупаемых заводов — оказался сильно переоценен, в дальнейшем ВТБ выручил за них лишь 780 млн рублей. Таким образом, имея активы менее чем на 1 млрд рублей, бенефициары сделки получили около 5,5 млрд ($225 млн по курсу на ноябрь 2007 года). ВТБ заподозрил Малофеева в этой махинации.

Пикантная деталь: едва банк перечислил «Руссагропрому» $208,5 млн в рамках первого транша, как заемщик отправил $3,5 млн на счет фирмы Dalford Consultants Ltd., зарегистрированной на Белизе и принадлежащей самому ВТБ. Офшорная компания якобы проводила для «Руссагропрома» финансовые консультации. А на самом деле была нужна для ухода от налогов, утверждал в Высоком суде Лондона управляющий директор ЗАО «ВТБ Долговой центр» (аккумулирует плохие долги госбанка) Леонтий Черненко. Впрочем, сложно представить, о каких налогах речь, банк не получил никакой прибыли. Больше похоже на вознаграждение менеджеров, способствовавших выдаче кредита. К проверке они подошли весьма формально: не выяснили, кто владеет «Руссагропромом», но присвоили заемщику статус первой категории качества.

Когда в ВТБ поняли, что «Руссагропром» не собирается платить, то обратились в российский арбитраж, а также в Высокий суд Лондона (сделка была проведена вне российской юрисдикции), пытаясь привлечь к ответу зарубежные структуры Marshall Capital и лично Константина Малофеева. В августе 2011 года суд заморозил активы бизнесмена на время разбирательства. Представители «Маршалла» тогда жаловались «Ведомостям», что любые транзакции — вплоть до выплаты зарплаты — теперь приходится согласовывать с ВТБ. Под арестом оказались и все принадлежащие Малофееву акции «Ростелекома».

На этом госбанк не остановился. В ноябре 2011 года сотрудники подали заявление в правоохранительные органы, по факту хищения кредита было возбуждено уголовное дело. «Первый год оно мертвым грузом лежало в УВД ЦАО Москвы и, кажется, не превышало трех-четырех страничек, — рассказывает Slon источник, знакомый с ходом следствия. — А через год дело забрал следственный департамент МВД, тогда все и закрутилось».

Осенью 2012 года обыски прошли дома у Малофеева, Скуратова и в офисах Marshall Capital. Задержана была Евгения Кремнева, гендиректор «Руссагропрома». Сам Малофеев пытался избраться в Совет Федерации от Смоленской области. Для начала бизнесмен баллотировался в районный совет депутатов, но его сняли с выборов — якобы за подкуп избирателей. Спрятаться от возможного уголовного преследования в сенаторском кресле не удалось. Казалось, наступило время платить по долгам.

Благотворительность на грани коммерции

Если проехать от Москвы примерно 20 километров по Минскому шоссе и свернуть налево, в сторону деревни Зайцево, то, уже съезжая с трассы, увидишь высокий белый забор. За ним — светло-голубое здание с колоннами в окружении высоких сосен, похожее на отреставрированную дворянскую усадьбу. Это православная гимназия Святителя Василия Великого, один из важнейших проектов в жизни Малофеева...

Продолжение см. тут