Religion.in.ua > Версія для друку > Византийская традиция и потомки Монтесумы

Прошедший 2009 год отметился в том числе такой любопытной тенденцией, как заметный интерес православных проповедников к коренным индейским народам Америки.

На традиционных Свято-Иннокентиевских чтениях, посвященных памяти святого Иннокентия Московского, апостола Аляски и Америки, прошедших 2 мая прошлого года в Православном Свято-Тихоновском гуманитарном университете, выступил с докладом и глава Американской Православной Церкви (АПЦ) Архиепископ Вашингтонский, Митрополит всея Америки и Канады Иона. Он рассказал собравшимся, что православие исповедует большое число коренных жителей Аляски (алеутов, эскимосов, индейцев-тлинкитов), кроме того, в наши дни оно начало распространяться и среди других коренных народов Америки – среди ацтеков в Мексике, желание принять крещение у православных миссионеров выразило и немалое число народности майя в Никарагуа и Сальвадоре.

Византийская традиция у потомков Монтесумы

Митрополит Иона подчеркнул масштабы намечающейся миссионерской деятельности и призвал к ней своих слушателей (студентов православного вуза): «Я говорю не об отдельных людях – я говорю о сотнях, тысячах людей. Нам нужны миссионеры. Язык майя так же просто изучить американцу, как и русскому, то есть очень сложно… В этом потребуется ваша помощь, вы получаете хорошее теологическое образование, и у вас есть возможность выполнить миссионерскую задачу не только в вашем обществе и в вашей стране, а может быть, и за океаном».

Еще раз настойчиво вернулся к этой теме Митрополит Иона во время посещения Москвы в декабре 2009 года, рассказав в интервью православным СМИ о перспективах «индейской миссии»: «Недавно 5 тысяч индейцев из 23 населенных пунктов штата Веракрус крестились в православие. Однако на такую огромную массу прихожан приходится всего один священник. В Мексиканском экзархате вообще очень мало клириков. Все они – мексиканцы, в том числе правящий архиерей – епископ Алехо (Пачеко-Вера)… В Гватемале мое внимание привлекает многотысячная группа людей, желающая принять православие. Большая ее часть принадлежит к народу майя. Если мы возьмем к себе этих гватемальцев, а также представителей коренного населения из других стран Латинской Америки, то индейцы могут стать главным этносом в Американской Православной Церкви. Лично я был бы этому рад… Католическая Церковь стремительно теряет влияние в Латинской Америке, виной чему – ее тесные связи с высшими классами общества. Значительная часть бедных слоев, составляющих большинство населения региона, разочаровалась в католических пастырях и примкнула к протестантам, мормонам и другим сектантам».

О нарастающем кризисе в Католической Церкви в Латинской Америке и уходе от нее прихожан в протестантские движения с озабоченностью говорят в последние годы и местные католические епископы. Так что перенос симпатий каких-то групп туземцев, исповедующих католицизм, к православию ввиду близкой обрядности вполне возможен.

Чтобы оценить весь размах планов Митрополита Ионы, надо сказать, что сегодня число прихожан Американской Православной Церкви составляет 1,2–1,3 млн., это в основном потомки переселенцев и недавние иммигранты из числа традиционно православных народов Европы и Ближнего Востока: сирийцев, греков, болгар, сербов, румын и восточных славян (последние составляют устойчивое большинство). Для того чтобы ведущее место в ней заняли индейцы, потребуется крещение в ближайшие десятилетия сотен тысяч человек! Насколько реалистична эта задача?

Тем более что богослужения у православных индейцев предполагается совершать на их разговорных испанском или португальском языках. А их мало кто знает. Как говорит Митрополит Иона, «несколько общин в Латинской Америке хотят войти в состав Американской Православной Церкви. Мы были бы рады принять этих верующих, но о них некому будет заботиться, поскольку у нас крайне мало священнослужителей, говорящих на испанском или португальском языках».

Особый дух индейского христианства

Надо сказать, что для проповеди среди индейских народов Америки мало одних лишь подготовленных и знающих язык миссионеров – нужны еще и знание, и понимание особой их культуры и духа, который у индейцев прерий и индейцев сельвы, конечно, различен, но все-таки близок между собой и отличен от духа европейских переселенцев. Их древняя культура и духовное наследие у нас лишь отчасти известны по книгам путешественников и исследованиям антропологов, по переводам индейских легенд и «Книги Пополь-Вух», экзотическим картинам, музыке, фотографиям, репортажам… Сам владыка Иона признается: «Я испытываю самые теплые чувства к индейцам. В университете я изучал антропологию, увлекался культурами майя и ацтеков. Это огромные и удивительные цивилизации. Мне нравится Латинская Америка в целом – ее искусство, музыка, литература, кухня».

Надо отметить, что сам Митрополит Иона – в миру Джеймс Паффхаузен – типичный американец, принадлежавший до 19 лет к Епископальной Церкви, в православие он перешел уже будучи студентом Калифорнийского университета, было это в 1978 году. Вырос он в Калифорнии, в городе Ла-Хойя близ Сан-Диего, среди латинос, и хорошо представляет специфику своей потенциальной паствы.

Да и упомянутый им в интервью епископ Мехико, экзарх Мексиканский Алехо (Пачеко-Вера) – мексиканец. Управляемый им с 2005 года Мексиканский экзархат перешел в АПЦ из Мексиканской Национальной Старокатолической Церкви сравнительно недавно – в 1972 году. Он тоже пока невелик – в нем всего 9 приходов, тогда как на территории США у АПЦ их 623. История обращения мексиканцев в православие была непростой: в конце 60-х – начале 70-х годов местное католическое духовенство под руководством епископа Хосе (Кортес-и-Ольмос) создало Православную Католическую Церковь в Мексике, в которой оказалось 20 клириков и около 20 тысяч мирян, и уже потом, весной 1972 года ее привлек в АПЦ и преобразовал в ее экзархат тогдашний епископ Берклийский, викарий Сан-Францисской епархии Димитрий (Ройстер). Расположены его приходы также в основном в индейских окраинных штатах Мексики – Чиапасе, Веракрусе и Халиско.

Что же вызывает помимо социального неравенства отход от Рима индейцев, исповедующих на протяжении многих веков католицизм? Само католическое крещение в исторической ретроспективе воспринимается ими зачастую как следствие завоевания конкистадорами, связанного с гибелью древних индейских культур и государств, с массовым уничтожением, ограблением и порабощением их жителей. Масштабы этой трагедии попытался оценить американский историк Дэвид Стэннард из Университета штата Гавайи – и пришел в своей книге с красноречивым названием «Американский Холокост» (1992) к ошеломляющему выводу о гибели в последующие после Колумба века… 100 млн. коренных жителей Нового Света! В одной только ацтекской Мексике из 5–6 млн. жителей в живых после испанского завоевания осталось лишь около 200 тыс. (позже, конечно, число ее жителей вновь начало расти и достигло численности времен Монтесумы лишь к началу XIX века).

Особенно резко зазвучали голоса индейцев с напоминанием об этом накануне празднования 500-летия открытия Америки Христофором Колумбом в 1992 году. В письме, направленном тогда Папе Римскому Иоанну Павлу II и подписанном 450 католическими священниками из Мексики, говорилось: «Бедные крестьяне и индейцы желают, чтобы Церковь взяла на себя смелость осудить ту оправдательную роль, которую она играла… в ходе Конкисты, разграбления земель и имущества. Они хотят видеть такую Церковь, которая не посмела бы и думать о Конкисте как о некоем божественном инструменте для евангелизации».

С этой же точки зрения можно понять и достаточно сложное отношение индейцев к православию. В опубликованной в нашем издании несколько лет назад статье Дмитрия Урушева о православии в Америке («НГР» от 10.06.04) показано, как медленно и противоречиво развивалась православная проповедь даже среди индейцев Русской Америки, Аляски и Калифорнии. Эскимосы и алеуты быстро крестились, они по сей день православные и носят русские фамилии, а индейцы категорически отказывались и порой даже убивали православных миссионеров (например, мученик иеромонах Ювеналий, 1796 год). «Тлинкиты не спешили принимать «русскую веру», опасаясь стать такими же «калгами» (рабами) русских, как и алеуты. Поэтому к началу 20-х годов XIX века, как писал мореплаватель А.П.Лазарев, «при всех усильных и попечительных стараниях успели только несколько индианок окрестить и выдать замуж за промышленников».

А вот когда Аляска была продана Соединенным Штатам и власть перешла к янки, на Аляску устремились золотоискатели и протестантские миссионеры, когда обязательным и в гражданской, и в церковной жизни стал английский язык (что третировало аборигенов) – тогда симпатии у индейцев обратились к православным. В 1894 году в городке Джуно на Аляске крещение приняли сразу 200 индейцев, для которых из Сибири даже привезли по морю в разобранном виде деревянный храм. Православные священники изучили язык тлинкитов, перевели на него богослужение и Библию.

1890-е годы вообще были для индейцев США периодом духовной пустоты и исканий. Поражение в войне с регулярными войсками США (1860–1870-е, знаменитые «индейские войны») вызвало среди тех, кто остался в живых, кризис, поиск каких-то новых духовных практик. Принять веру «бледнолицых» завоевателей значило подчиниться им и духом, индейцы категорически отказывались это сделать – многие, как наиболее воинственное и непримиримое племя дакота, отказывались даже носить такую же одежду, как белые, только традиционную индейскую одежду из выделанных бизоньих шкур. Но и бизонов завоеватели истребили. Индейцы голодали, ощущая одновременно и духовный голод – их старые шаманские культы показали свою слабость и несостоятельность, не смогли помочь в борьбе с захватчиками. Многие стали искать какой-то подходящий им вариант религии, соединяющий и христианство, и их местные традиции.

Зимой 1889/90 года среди индейцев дакота распространился новый синкретический культ, в котором соединились христианские и индейские шаманские мотивы. Он назывался «пляска духов» (ghost dance), а проповедовал его «великий пророк» Вовока (Джек Уилсон). Вовока учил, что «Великий Дух наслал на индейцев более сильную расу, дабы наказать за грехи, и что теперь грехи будут искуплены». Он обещал скорый конец мира и приход Мессии, который погубит всех белых страшным потопом или ураганом, а умерших индейцев и бизонов воскресит. Принятие его культа выражалось в экстатической «пляске духов» с нанесением на себя особых знаков красной краской; Вовока обещал, что адепты его веры, исполнившие пляску в традиционных индейских рубахах, станут неуязвимы для пуль «бледнолицых». «Пляска духов» была в прямом смысле слова утоплена в крови спешившимися солдатами 7-го американского кавалерийского полка в «бойне на ручье Вундед-Ни» 29 декабря 1890 года – под их прицельным огнем на заснеженной равнине тогда полегло 350 дакотов, большую часть которых составляли женщины и дети. Тела убитых были свалены в одну огромную братскую могилу.

А для некоторых других оставшихся в живых групп индейцев находкой оказалось православие – христианство, но другое, чем у их завоевателей, и к тому же разрешающее богослужение и Библию на их родном языке. К 1912 году Православная Церковь насчитывала в США уже 2 тыс. прихожан из числа индейцев (для сравнения из числа крестившихся еще в XVIII веке алеутов и эскимосов соответственно по 5 и 3,1 тыс.). Добавлю, что, по оценке уже упомянутого нами историка Дэвида Стэннарда, к тому времени на территории Соединенных Штатов от недавно еще многочисленных индейских племен осталось в живых лишь 400 тыс. человек…

Индейцы на американских иконах

Уже в наши дни в Америке появились необычные для тех мест иконы, исполненные в традиционной православной технике, изображающие святых и даже Иисуса Христа, Троицу и Богоматерь в образе простых индейцев. Написаны они католиком – священником-бенедиктинцем Джоном Джиулиани. О его своеобразном движении от католичества к православию в индейской тематике стоит рассказать отдельно.

Джон Джиулиани родился в семье бедных иммигрантов из Неаполя, рано ощутил желание стать священником. Был рукоположен в 1960 году, а в 1977 году создал в коннектикутском городке Уэст Реддинг небольшую бенедиктинскую общину, где и несет служение с тех пор, изредка выбираясь в другие города. Впрочем, и это со временем показалось ему недостаточным – в 1989 году он начал учиться у русского эмигранта Владислава Андреева технике православной иконописи, изучал культуру индейцев хопи, сиу и навахо. До поры до времени это было лишь влечение души, американцы любят изучать искусство небольших народов, живущих в Штатах…

Но в 1992 году прозвучали слова Папы Иоанна Павла II, сказавшего в своем послании на Пасху, что пять веков насаждения католичества в Новом Свете не принесли коренным жителям континента справедливости, и в годы Конкисты, и сейчас именно они оказались больше всех обделены и лишены элементарных прав.

Для искренне верующего католика, и к тому же итальянца, такая переоценка Папой роли Христофора Колумба не могла не стать шоком и поводом для раздумий. Сам патер Джон позже скажет: «Как католический священник и сын итальянских иммигрантов, я несу на себе религиозное и этническое бремя преступлений, совершенных моими предками против коренных жителей Америки. Многие из них были обращены в христианство, но при этом им было трудно сохранить свою национальную культуру. Я хочу изобразить христианских святых как индейцев, дабы подчеркнуть их первоначальную духовность на этой земле».

Последняя фраза близка к идеям знаменитого индейского знахаря из племени оглала-дакота Черного Лося (1863–1950), жившего в резервации Пайн Ридж, рядом с которой и протекает печально известный ручей Вундед-Ни. Один из духовных лидеров своего племени, он, чудом уцелевший в той страшной бойне, под влиянием жены-католички крестил своих детей и сам крестился в 1903 году. Но не отказался от древних индейских духовных традиций, считая, что они были даны когда-то индейцам Богом, чтобы подготовить их таким образом к принятию Христа. Об этом же несколько лет назад сказал и Папа Римский Бенедикт XVI: «Коренные жители Америки внутренне искали Христа, не осознавая этого, и охотно приняли Дух Святой».

Итак, католический священник Джон Джиулиани начал писать иконы, которые сейчас находятся в индейских храмах и школах в резервации оглала-дакота в Пайн Ридж (штат Южная Дакота), где жил когда-то Черный Лось, и в католической церкви Святого Дэниса в городке Кроу Эдженси (штат Монтана) близ резервации племени кроу («воронов»).

Серии и отдельные образы икон Джиулиани названы по именам индейских племен – самая большая серия носит имя кроу, она подарена в 1997 году церкви в городе Кроу Эдженси, но есть и иконы «Богоматери аймара», «Христа навахо» и иные, связанные с коренными народами как Северной, так и Центральной и Южной Америк. Бог-Отец и Бог-Сын приобретают у иконописца черты простых индейцев, Святой Дух изображен в виде сокола, Богоматерь с внешностью бедной индейской женщины…

Парадоксальным образом уже после ухода русских из Америки тема индейцев стала для русского ума и сердца своей и родной. Целые поколения выросли на романах Фенимора Купера и Майн Рида.

Что ж, можно только приветствовать, если сегодня эта связь укрепится и через религию. Но, помня историю принятия христианства индейцами, – идти к ним стоит только людям с чистыми помыслами, как куперовский Соколиный Глаз, ибо в противном случае миссия будет обречена на провал.

НГ