Почему неверно называть царственных страстотерпцев мучениками

О том, за что канонизировала Церковь семью царя Николая ІІ, откуда в Ионинском монастыре возникла традиция совершать литургию в ночь убиения царской семьи, и за что он сам почитает семью последнего императора — рассказывает наместник Киевской Свято-Троицкой Ионинской обители епископ Иона (Черепанов).

Каждый год в ночь убийства царской семьи, с 16 на 17 июля, в Ионинском монастыре служится ночная Литургия

Традиция совершать ночные богослужения в ночь, когда была убита царская семья, в Ионинском монастыре установилась несколько лет назад. Как отметил в комментарии «Православию в Украине» епископ Иона, среди всех новомучеников, прославленных Православной Церковью, подвиг царственных страстотерпцев поражает особенно. 

«Поражает их подвиг умаления. Ведь страстотерпец Николай был императором огромной империи. Под его властью находились миллионы и миллионы людей. И вдруг в одночасье, буквально в течение нескольких месяцев всё обрушилось. И он из самодержца, из властителя, из вершителя судеб мира превратился в простого гражданина Романова, находящегося под стражей, в стесненных обстоятельствах, не имеющего ни свободы, ни малейшей возможности проявления собственной воли. Человек потерял всё. И при этом, если почитать его дневники, в его мыслях не было ни трагизма, ни безнадежности.

Любой другой человек в его ситуации мог бы дойти до того, что наложил бы на себя руки. Для любого другого такая ситуация могла бы восприниматься как конец жизни, как крах. Мы знаем случаи, когда люди, теряя значительно меньше, впадали в такую депрессию, из которой зачастую даже не выходили — или кончали жизнь самоубийством, или спивались, или допускали иные проявления совершенно нехристианского отношения к ситуации.

У императора же тон его дневников после заточения нисколько не изменился. Он также пишет об уповании на волю Божью, о каких-то бытовых, семейных радостях в общении с родными, с близкими. Эта трагедия, это крушение всего никак не появлияло на его жизнь как христианина. Буквально до самых последних часов своей жизни он очень смиренно относился к обстоятельствам, которые его окружали, и даже предполагая, что живыми их не выпустят, с большим благодушием и терпением относился к тем стеснениям, которые Господь послал на их долю.

Почему царственные страстотерпцы, а не мученики?

Смерть они приняли безропотно, без какой-либо попытки противления, бунта, организации собственного спасения. Потому они и были канонизированы как страстотерпцы.

Потому что мы знаем, что мученики — это те, кто пострадали за исповедание веры Христовой. Но члены царской семьи стали жертвами политических репрессий, а не репрессий на религиозной основе, и поэтому были канонизированы как страстотерпцы. Их прославили в лике святых как образец принятия воли Божьей, смиренного принятия того способа, которым безбожники решили их переселить в мир иной.

В этом их отношении они очень похожи на первых русских святых — князей Бориса и Глеба, которые также были канонизированы как страстотерпцы.

У нас часто путают понятия «мученик» и «страстотерпец» и иногда ошибочно называют царскую семью мучениками.

Подобная путаница происходит и с понятием, к примеру, «великомученик». Принято считать, что великомученик — это тот святой, который претерпел какие-то особенные, великие мучения. Но в православной традиции великомученик — это мученик знатного происхождения, один из великих людей, который пострадал за Христа. Простолюдины, принявшие мученическую смерть, прославлялись Церковью как мученики, лица в священном сане — как священномученики, монахи — преподобномученики, а великомученик, в свою очередь — человек знатного происхождения.

Каяться ли нам за убиение царской семьи?

Я всегда почитал новомучеников, поражался их жизни и страданиям — практически со времени моего прихода в Церковь, и потом, когда стал очень многое узнавать и о жизни царственных страстотерпцев, и вообще о той трагедии, которая произошла летом 1918 года в Ипатьевском доме…Тем более, что в моем роду был священномученик, поэтому память о подвиге веры этих людей для меня всегда была жива.

По-разному относятся сейчас к царственным страстотерпцам. Среди особо ревностных православных постоянно звучат призывы о том, что нам необходимо каяться за убиение царской семьи. Но нужно понимать, что никто из нас лично не участвовал в этом деянии. Даже если участвовал бы кто-то из наших родственников, то это тоже никак не требует нашего покаяния, потому что каждый человек имеет личные отношения с Богом и только лично за себя, за свой грех, может ответить.

Мне лично близки слова отца Андрея Кураева, который очень хорошо сказал о том, что этот лозунг о покаянии за убийство царской семьи можно только в одном контексте понимать: если человек, в свое время будучи коммунистом, комсомольцем или пионером, то есть, не являясь чадом Церкви, верил той клевете, что возводилась советской пропагандой на царственных страстотерпцев. Верил всем тем поклепам, которые преподавались нам через учебники истории, через другую советскую макулатуру. Вот в этом, можно сказать, мы несколько сопричастны к убийству царской семьи — по той причине, что одобряли эти репрессии и сочувствовали больше большевикам, а не их жертвам.