Как правильно христианину реагировать на несправедливость? — Советует священник

Не так давно в публикации на «Православии в Украине» «Равнодушие — уважение к личному пространству или преступное безразличие?» автор размышлял над тем, как православному христианину реагировать в ситуациях, когда хулят Церковь, сильный бьет слабого, мать подвергает риску детей и т.д.

Не так давно в публикации на «Православии в Украине» «Равнодушие — уважение к личному пространству или преступное безразличие?» автор размышлял над тем, как православному христианину реагировать в ситуациях, когда хулят Церковь, сильный бьет слабого, мать подвергает риску детей и т.д.

В материале был поднят целый пласт вопросов, на которые не нашел для себя ответа автор, и поэтому оставил их открытыми. Предложение продолжить эту тему последовало и от читателей.

Сегодня мы публикуем мнение на этот счет насельника Киевского Троицкого Ионинского монастыря, редактора сайта обители и ведущего рубрики «Вопрос священнику» иеромонаха Саввы (Гамалий).

 

Оскверняют святыню, сильный обижает слабого… Как правильно православному христианину вести себя в таких ситуациях: стоять в сторонке или вмешаться?

Когда вопрос ставится «как нужно поступать в той или иной ситуации?», необходимо понимать, что очень редко можно сформулировать общее правило для всех. Зачастую таких общих правил вывести невозможно. Если бы учение Христа представляло собой четкие предписания как поступать в каждой ситуации, то оно больше было бы похоже на устав строевой службы.

В Евангелии есть прямые заповеди, которые ясны для понимания и не требуют растолкования, как их исполнить, например: «Не судите, и не будете судимы; не осуждайте, и не будете осуждены; прощайте, и прощены будете» (Лк. 6:37). Однако немало высказываний и притч Иисуса Христа, которые нужно творчески осмыслить и приложить к своей жизни.

Например, большинство из нас ни разу в своей жизни не встречали у себя на дороге лежащего человека, израненного разбойниками. Но это не значит, что притча о милосердном самарянине никого из нас не касается. Каждому нужно самому понять, что эта притча открывает ему, как она должна влиять на его жизнь. Или «Лицемер! вынь прежде бревно из твоего глаза и тогда увидишь, как вынуть сучок из глаза брата твоего» (Мф. 7:5). Выполнить буквально этот призыв Христа о бревне — невозможно, но практически для каждого человека эти слова Христа могут значить что-то свое. Или вот еще одно место: «если хочешь быть совершенным, пойди, продай имение твое и раздай нищим; и будешь иметь сокровище на небесах; и приходи и следуй за Мною» (Мф. 19:21). Невозможно сегодня буквально ходить вместе с Христом, да и призыв этот был обращен к конкретному юноше. И сегодня только каждый из нас сам может понять, призывает ли его Христос как того юношу, а если призывает, то каким образом он может следовать за Христом.

Даже центральные заповеди Нового Завета — заповеди блаженств — на самом деле не заповеди, а скорее обетования: «Блаженны нищие духом, ибо их есть Царство Небесное... Блаженны чистые сердцем, ибо они Бога узрят». Что значит быть «нищим духом»? Или «иметь чистое сердце»? Как этого достичь? Вся жизнь христианина — это процесс творческого усвоения заповедей Христовых через чтение Писания и творений святых отцов, через стремление выполнять эти заповеди, это процесс медленного прорастания Царства в душе человека.

Невозможно разработать к любой ситуации общие рекомендации, которые были бы обязательны для любого христианина. В одной и той же ситуации может оказаться для одного человека правильным поступить по-одному, а для другого — по-другому. Только каждому нужно поступать по суду своей совести, стремясь выполнить волю Божию. Об этом же знаменитые слова блаженного Августина: «Люби Бога и поступай, как хочешь». Если истинно любишь Бога, не сможешь поступить противно Его воле.

Равнодушие – бездействие или невмешательство?

Что касается равнодушия как бездействия и невмешательства, то тут можно высказать несколько соображений, которые могут помочь каждому найти правильное решение в различных ситуациях.

Православие — это срединный путь, свободный от крайностей. Недопустимой крайностью с одной стороны является нечувствительность к чужой беде и чужому горю, циничное отношение к проблемам ближних. Примерами такой крайности являются священник и левит из притчи о милосердном самарянине, которые прошли мимо израненного человека и не помогли ему.

Противоположной крайностью является вмешательство в любую ситуацию, где человек видит хоть толику неправильности, несоответствия идеалу. Примеры: церковные старухи, нападающие на людей за малейшие погрешности в церковном этикете (отсутствие платка и т.п.), неофиты, поучающие всех и каждого как им жить.

Противоположности часто сходятся, и на самом деле раздающие непрошенные поучения неофиты и усердствующие в защите церковного порядка старухи тоже равнодушны. Они равнодушны к тайне внутренней жизни человека, к тихой работе Святого Духа внутри человека. Выражаясь языком пророка Исайи, они гасят у попавших под их «раздачу» людей едва тлеющий огонек стремления к Богу, доламывают надломленную трость.

Еще одним искривлением и крайностью может быть внимание не к своим ближним, а к мировым проблемам. Некоторые люди не могут остаться равнодушными и не выступить на борьбу с мировыми заговорами, кодами, распространением ГМО и т.п., но им удается оставаться равнодушными к проблемам и нуждам родственников, соседей, коллег.

Православный путь — свободный от крайностей, это путь сочувственного внимания к окружающим и рассудительного участия в том, что происходит вокруг.

А когда на глазах хулят Церковь?..

Если вернуться к вопросу «как вести себя в разнообразных конкретных ситуациях», то можно разобрать ситуацию, описанную в статье «Равнодушие — уважение к личному пространству или преступное безразличие?»:

«Бывают такие чудные воскресные дни, когда после Причастия не ходишь, а летаешь, преисполненный благодати и умиротворения, и тут бац – «искушение». В виде двух бабулек на автобусной остановке. Ухо улавливает суть их беседы: «Как это «Московську Церкву» в Украине до сих пор не запретили, они такое творят! И детей перекрещивают», и к Причастию крещенных в «киевском патриархате» не допускают, и только и знают, как карманы себе набивать». Дальше в том же духе — одна говорит, а другая поддакивает.

Так подмывало меня обрушиться на них праведным гневом, но что-то и удерживало. Наверное, страх расплескать то драгоценное, что дается нам с Причастием Христовых Таин.

Хотя потом терзали сомнения: может, надо было им объяснить, может, они просто не знают? Но по их тону и моему настрою, да и отсутствию опыта в богословских диспутах — легко предположить, чем бы такие объяснения закончились».

Мне кажется, что не должно быть особой морали для дней, когда мы причащаемся. Невозможно, чтобы нечто было грехом в день причащения, но в любой другой день не  было бы грехом. Суть особого отношения к себе в день причащения — в усиленном внимании к тому, чтобы не допустить греховных мыслей и поступков. Было бы стыдно не подумав броситься в спор с бабушками и через несколько минут обнаружить себя опустившимся до взаимных оскорблений и разговора на повышенных тонах. Это было бы стыдно в любой день, хотя и особенно в день причащения.

Когда мы хотим указать кому-то на неправильность его суждений, само собой предполагается, что нужно рассказать и научить правильному образу мыслей. В таком случае необходимо рассудить: захочет ли собеседник слушать меня? есть ли у меня какой-либо авторитет в глазах собеседника? могу ли я действительно аргументировано и убедительно научить, или кроме «праведного гнева» у меня нет других аргументов? В описанной ситуации автор сама понимает, что в богословском диспуте не сильна и ей лучше не вступать в подобные споры.

Вообще же, что касается учительства, то нужно понимать, что есть люди, особо призванные Богом и поставленные Церковью учить. Такие люди вместе с апостолом Павлом могут сказать: «горе мне, если не благовествую» (1 Кор. 9:16). Всем же, кто не призван к такому служению, нужно помнить слова апостола Иакова: «Братия мои! не многие делайтесь учителями, зная, что мы подвергнемся большему осуждению» (Иак. 3:1). Это значит, что с того, кто учит, больше спросится.

Есть еще одно важное место в Писании об учительстве: «будьте всегда готовы всякому, требующему у вас отчета в вашем уповании, дать ответ с кротостью и благоговением» (1 Пет. 3:15). Тут апостол Петр точно говорит нам, когда нам нужно и можно рассказывать об истине: когда нас спрашивают о ней («требующему у вас отчета»). А значит, апостол Петр не одобрил бы того, кто навязывается людям со своими непрошенными поучениями. И еще апостол говорит о том, что рассказывать об истине нужно с «кротостью и благоговением», а не с «праведным гневом».

Можно представить себе, что в невольно услышанном чужом разговоре прозвучало не просто заблуждение на счет Церкви, но и хула. Тогда можно понять стремление защитить дорогое и ценное от грязи и хулы. Но делать это нужно без гнева. Праведным гнев может быть только обращенным на грех. Такой гнев помогает возненавидеть грех и в итоге побороть его. А в человеческих отношениях не должно быть места гневу: «гнев человека не творит правды Божией» (Иак. 1:20). Истина, высказанная в гневе, скорее отвратит, чем привлечет человека.

Как противостоять обидчику: тумаками, угрозами, уговорами, молитвой?

Этот вопрос, по сути, есть классической проблемой о противлении злу силой: может ли верующий человек применять силу для борьбы со злом, или же он должен ограничиваться лишь убеждением и молитвой? Если ответить коротко, то нужно сказать так: насилие — это зло. Но в жизни бывают такие ситуации, когда приходится выбирать из двух зол. А в таких ситуациях нужно выбирать меньшее зло. Так что иногда бывает просто необходимо применить силу, чтобы не допустить еще большего зла. Кому интересно вникнуть в этот вопрос глубже, тому можно порекомендовать прочитать две книги, написанные в ответ на философию непротивления отлученного от Церкви Льва Толстого: «Три разговора» В.Соловьева и «О сопротивлении злу силою» И.Ильина.