Об ответственности и Божьей помощи говорит митрополит Тернопольский и Кременецкий Сергий...
Об ответственности и Божьей помощи говорит митрополит Тернопольский и Кременецкий Сергий... Митрополит Тернопольский и Кременецкий Сергий (Генсицкий) принял редакцию «Фамилии» после состоявшегося в Збаражском замке под Тернополем творческого диалога журнала с православными священниками и прихожанами этого региона – «Фамильные встречи». Разговор владыка Сергий вёл в кабинете епархиального управления, расположенного на территории кафедрального собора в честь святых мучениц Веры, Надежды, Любови и матери их Софии – единственного православного храма в Тернополе.
Православие на Тернопольщине пережило трудные времена расколов и притеснений. В конце 1989 года униаты начали насильственный захват храмов, принадлежащих православным. Православное духовенство и верующих, вопреки закону, выгоняли из храмов, лишали возможности проводить богослужения. Под угрозой физической расправы людей вынуждали переходить в унию при бездеятельности или содействии государственных органов.
21 декабря 1989 года решением Тернопольского облсовета кафедральный собор был передан униатам, и они изгнали православных на следующий день. Православные были вынуждены перейти в церковь Рождества Христова, но здесь начали нападать автокефалы, и община вновь была изгнана. Управлению епархии пришлось переместиться в дом, где ранее проживал священник.
8 марта 1993 года филаретовцы во главе с депутатом Верховной Рады Червонием напали на епархиальное управление, ограбили его, и водворили в него раскольников. В конце дня православные изгнали из епархии захватчиков и молитвенная жизнь продолжалась. Но в 1997 году тернопольские власти передали помещения епархиального управления и домовой церкви приверженцам автокефалов, а общину канонической Православной Церкви, по решению суда, снова выселили. Прихожане перешли на чудом приобретенный участок земли и начали строить епархию и новый соборный храм – единственный православный храм в Тернополе.
Епископ Сергий назначен правящим архиереем Тернопольской и Кременецкой епархии с 17 февраля 1991 года.
В первый день Великого поста, 21 год тому назад, ехал сюда и думал: «Как меня примут, поверят ли мне, какая обстановка?…» Не готов был ни к чему. Так, по монашескому послушанию послали сюда. И осенила такая мысль: «Если меня встретят дети – все будет хорошо».
Приезжаю – и встречают меня дети…. После этого у нас какая-то особая привязанность к детям. И, может, невольно, подсознательно запечатлелось, что дети – наше церковное будущее. И дети на службе, помогают нам; что-то поднесут, держат книжечку, синодик… мальчики в стихарях прислуживают в алтаре, девочки в передничках смотрят за подсвечниками, поют в своём хоре.
Умиляет, когда нас дети встречают и провожают со службы. Детское участие снимает груз невзгод, привносит радость в жизнь, взбадривает. И, наверное, в этом наше особое тут служение, чтобы с Божьей помощью мы утешались детскими молитвами, пожеланиями, детским словом. Даже детским присутствием. Впрочем, дети есть дети. Но чувствуем, как очень важно в жизни веры, чтобы в ней присутствовали дети.
К владыке Сергию дети тянутся, потому что чувствуют его любовь к ним, его простоту. Он может заинтересовать детей: того за ручку возьмёт, того погладит, тому слово доброе скажет… Владыка, уставший после службы, будет еще час благословлять, а деточки бегут, Ангела Хранителя поют – усталость отступает. Много радости.
У нас, слава Богу, семьями приходят в церковь. И, конечно, с детьми. И младенчики, которые только родились, и те, которые готовятся начать самостоятельную жизнь – все идут в храм. Дети, по сути, выросли у нас в храме. Уже есть поколения прихожан – дети, внуки. Храм – одна большая семья, и все друг друга знают.
Кафедральный собор в честь святых мучениц Веры, Надежды Любови и матери их Софии строится уже почти 15 лет. В воскресенье служится две Литургии, и храм, который вмещает около 600 прихожан, всегда полон. В Тернополе же проживает около 250 тысяч человек и 70 храмов иных конфессий...
Молитвы владыки, его подход, стояние, твердость, четкость, проповеди и личный пример во многом, укрепляют православную общину Тернополя. С каждым годом прихожан все больше и больше. Несмотря на обстановку и регион, люди приходят в Православие и идут в храм. Даже из иноверцев и из тех, кто говорил, что Бог один и нет никакой разницы. Любой человек в Тернополе, и иноверец, и вообще далекий от веры, может прийти на прием к владыке. Все знают: владыка принимает. Каждый день после обеда владыка без секретаря выслушивает проблемы людей и даёт советы и наставления.
Вырос я в семье священника. Дом моих родителей – в восьми километрах от Почаева. Из нашего дома вид был на запад, и на закате солнца была такая красота: Почаевская Лавра на горе – как на ладони. Мы ходили в Почаев пешком. Я видел монахов, для меня они были как небожители. Мы не смели на них смотреть. Такое было благоговение. А они как ангелы служат. Я боялся на них взглянуть, даже не мог и подумать, что могу быть в Лавре. Для меня это было недостижимо. Но как-то так случилось, Господь вёл меня, и я стал служить диаконом. А потом Матерь Божия и в Лавру привела.
А стану ли архиереем, меня никто не спрашивал. Вызвали меня в Киев, два-три вопроса задали, через несколько дней посвятили и сюда отправили…
У монаха нет своей воли. Как должен отвечать монах? «Простите, благословите». Я так и сказал. Это воля Божья – мы не дерзаем и не просимся.
После революции в России такое оскудение наступило, что было всего четыре архиерея на всю Русскую Церковь. И вот один священник откуда-то из глубинки пишет письмо Патриарху: Ваше Святейшество, я такой-то, образование такое-то, столько-то лет служу, вычитал у апостола такую фразу «кто епископства желает – добра желает». Вот я желаю, пожалуйста, можете меня взять в епископы.
Святейший отвечает: да, но там есть еще одно выражение «никто не принимает этой чести от себя, но только званый от Бога».
Боже, как это совершается все! И, знаете, в Церкви того нет, чтобы кто-то готовился. Наоборот, раньше святители и святые – они убегали от этого всего. Это очень большая ответственность, и она чувствуется, когда сам это принимаешь. Ответственность очень большой духовной власти, а ты понимаешь, что ты – человек. Все в жизни, но особенно служение, возможно только по благословению Божьему. Ничто человеческое тут не действует, на себя надеяться совершенно невозможно. Наоборот, еще больше чувствуется собственная немощь и недостоинство. А иногда даже страх: как сказать, как принять решение, от которого многое может зависеть. А сан, звание обязывает. Поэтому только с Божьей помощью дерзаем совершать свое служение. А иногда и обстоятельства смиряют, учат. Господи, помоги!
"Господь смирил – иди и служи". Каждому своё. У нас был один батюшка, протоиерей Прокопий, Царство ему Небесное. Хороший был, смиренный батюшка. Он говорил по Евангелию: "Божие Богу, кесарево кесарю", – а моё мне. Вот так и каждому даётся.
Когда-то очень не хотелось попасть в Тернополь, когда сюда посылали братию Лавры помочь служить. Была даже маленькая молитвенная просьба, чтобы меня не послали. И, действительно – не послали. И Господь судил иначе и смирил – иди и служи. И уже не священником, а архиереем, и не на себмицу, а уже 21-й год... Нельзя отказываться от любого послушания, что, конечно, куда сложнее, хотя, конечно, даже внешние обстоятельства способствуют укреплению в вере. Вот так открылось нам, что значит вера, что значит чистота Православия. И народ это осознавал, и стоял на этом осознанно.
Так и мы, попали в условия определенных отношений с властями и сильными мира сего. Но молиться нам ведь никто не мешает, препятствий в совершении главного Таинства Церкви, слава Богу, нет. А то, что внешне какие-то скорби и притеснения, так они только заставляют еще и еще помолиться. Не получается что-то, не принимают нас, не дают нам – Господи, помоги, помоги! И снова обращаемся к Господу. И оказывается, что все это во благо, во спасение. Так что нельзя сказать, что у нас такие гонения, что нам тяжело и плохо. У нас столько милости Божьей здесь! Так что дай нам Бог за это благодарить всю жизнь! Значит, это наше. Господь с нами здесь? Здесь. Простите, чего больше надо?
Мы благодаря Почаевской Лавре тут и живем! Почаевская Лавра – такая сильная святыня Православия, благодать такая, что она достигает и нас. Лавра – островок Православия в нашем регионе, вокруг нее православные приходы, а дальше… " Боже, дай терпения! "
Но то, что есть противостояние, непонимание, пренебрежение и даже унижение – это полезно. В за прошлом году на первой неделе Великого поста – три полосы в газете против нас, против Православия. На Крестопоклонной неделе – две полосы. На Страстной седмице – одна полоса. Такой всплеск! Конечно, мы в душе возмутились, а потом поняли: сейчас Великий пост – не время с кем-то выяснять отношения. Боже, дай терпения! И Господь дал нам разум, вернее, сдержал, смирил – мы не отреагировали, оно кануло в лету – и никаких последствий. А Пасха пришла – праздновали, торжествовали и об этом даже не вспоминали.
Но насколько враг коварный. Это же такие недели в Великом посту! Мы даже им сочувствовали: как их, бедных, возмущает. У них же тоже пост. А они такими делами занимаются.
Господь удержал нас, и это единственное, что сейчас здесь необходимо. Нам на это реагировать надо: «Господи, помоги!» – и молчать. Мы стараемся терпеть, не отвечать на выпады и сочувствовать им. Люди потеряли благодать, они вне Церкви – жалко людей. Они ж добрые, по-своему благочестивые, они труженики. Но они отступили от чистоты Православной веры. Апостол сказал: "Кто незаконно подвизается, не венчается". А мы, благодатью Божией в вере. Мы,– такие-сякие, немощные и грешные, но мы в чистоте Православия. Так что, дай Бог, нам дорожить этим чудом любви Господней к нам грешным, жить этим, благодарить Бога за это. Господи, им помоги. Поэтому у нас нет к ним неприязни: ну, что ж, притеснили где-то – ничего. Главное – молитва есть и благодатная жизнь. Как нам благодарить, что мы родились и живем в Православии?! Это такая милость Божья – наша вера.
Рravlife.org