В куполе церкви Спаса на Берестове обнаружили снаряд, 100 лет назад выпущенный большевиками по Киево-Печерской лавре

Необычная находка сделана во время начавшейся реставрации древнего храма, возведенного во времена Киевской Руси

Необычная находка сделана во время начавшейся реставрации древнего храма, возведенного во времена Киевской Руси

— В церкви Спаса на Берестове (находится возле Киево-Печерской лавры. — Авт.) неоднократно проводились реставрационные работы, да вот только никто из наших предшественников не заметил в левом куполе в труднодоступном месте странного вида «железку», вонзившуюся в деревянное стропило, — рассказывает «ФАКТАМ» один из руководителей начавшейся недавно реставрации этого древнего храма Андрей Жилинский. Мы встретились с ним возле церкви Спаса на Берестове, фасад которой сейчас обрамляют строительные леса.

— Когда до меня дошли разговоры о том, что рабочие участвующие в реконструкции этого храма, нашли предмет, похожий на гильзу от снаряда, я попросил нашего сотрудника проверить эту информацию, — вступает в разговор заместитель генерального директора Киево-Печерского историко-культурного заповедника Сергей Пивоваров. — Тот поговорил с рабочими и получил от них находку. Увидев ее, я сразу понял, что это такое.

*Сергей Пивоваров демонстрирует гендиректору Национального Киево-Печерского историко-культурного заповедника Любомиру Михайлине стакан от шрапнельного снаряда

Мне приходилось участвовать в археологических раскопках на Буковине, а там осталось много такого «добра», которое обнаружили рабочие в левом куполе церкви Спаса на Берестове — так называемых стаканов от шрапнельных снарядов времен Первой мировой войны. В тех краях шли интенсивные бои, активно применялись боеприпасы, начиненные свинцовой шрапнелью (шариками) диаметром 11 миллиметров. Снаряд взрывался в полете, и свинцовый дождь разил все живое на площади примерно сто на сто метров. Кстати, на Буковине я видел сельскую церковь, в стены которой вонзились сто лет назад то ли три, то ли четыре шрапнельных снаряда. К тем из них, что застряли на высоте человеческого роста, прихожане прикасаются руками (вроде как на счастье), поэтому боеприпасы отполированы чуть ли не до блеска. У местных жителей такие «железки» в цене, поскольку они отлиты из хорошего металла. Люди приходили к нам на раскопки с просьбой отдать им эти стаканы, потом несли их к кузнецам, и те изготавливали тяпки и серпы, которые долгое время оставались острыми.

— Удалось установить, как боеприпас времен Первой мировой войны угодил в купол церкви Спаса на Берестове?

— В этом никакой загадки нет. В январе 1918 года армия большевистской России во главе с печально известным Михаилом Муравьевым три дня обстреливала Киев с левого берега Днепра — с Дарницы. Монахи вели дневник, в котором делали записи о каждом артналете на лавру. В один из дней они указали в этой хронике: снаряды стали рваться на территории монастыря, когда священники во главе с митрополитом Владимиром правили службу. Войдя в Киев, «революционные» матросы убили митрополита. За короткое время, пока столица Украины была в руках красных, они уничтожили тысячи людей по малейшему подозрению в симпатиях к Центральной Раде — расстреливали просто за то, что человек на улице разговаривал по-украински.

После того как украинские и немецкие войска вскоре выбили муравьевцев из Киева, Центральная комиссия охраны памятников старины и искусств Украины (в нее входил автор герба УНР художник Василий Кричевский) провела обследование улиц и зданий, чтобы выявить, какие разрушения причинили столице артиллерийские обстрелы большевиков. Комиссия составила отчет, сохранившийся до наших дней.

По городу было выпущено, по разным оценкам, от пяти-шести тысяч до 15 (!) тысяч снарядов. Только на территорию Киево-Печерской лавры, по моим подсчетам, угодило около ста из них. В главный храм лавры — Успенский собор — попали семь снарядов.

Наибольшие разрушения нанесли шестидюймовые боеприпасы (ими большевики палили с бронепоезда). Тот, что нашли сейчас в левом куполе церкви Спаса на Берестове, вдвое меньшего калибра — трехдюймовый. Когда рабочие вытаскивали его из деревянной балки, отломали кусок металла. Теперь стакан от шрапнельного снаряда пополнит наши фонды.

Кстати, в храм Спаса на Берестове попало несколько снарядов: в упомянутом отчете Центральной комиссии охраны памятников старины и искусств Украины сказано, что трехдюймовый боеприпас угодил в главный алтарь.

Добавлю, что трехдюймовыми снарядами стреляли из пушек, одна из которых стоит на пьедестале в Киеве возле метро «Арсенальная».

— В ходе начавшихся работ предусматривается поиск останков основателя Москвы князя Юрия Долгорукого, похороненного, согласно летописям, в церкви Спаса на Берестове?

— Так ведь там уже найден каменный (из пирофиллита) саркофаг времен Киевской Руси, в котором погребен, возможно, именно этот князь. Вот только как проверить — он это или не он?

Расскажу все по порядку. Масштабные поиски могилы Юрия Долгорукого были предприняты в 1947 году в связи с 800-летием Москвы. В Киев тогда приехала экспедиция во главе с известным антропологом и археологом Михаилом Герасимовым (он прославился тем, что по черепам исторических личностей, например киевского князя Ярослава Мудрого, создавал их скульптурные портреты). Рассматривался вариант перевезти останки Долгорукого в Москву и с почестями его там перезахоронить. Но вот незадача: экспедиция не нашла того, что искала. Тем не менее в церкви Спаса на Берестове водрузили тогда символическое надгробие с надписью: «Споруджено на відзнаку 800-річчя Москви. Трудящим Києва». Оно и сейчас стоит в храме.

В начале 2000-х годов экспедиция Института археологии Национальной академии наук Украины во главе с доктором исторических наук Глебом Ивакиным провела возле стен церкви Спаса на Берестове масштабные раскопки, которые дали весьма интереснее результаты. В частности, удалось обнаружить три пирофиллитовых саркофага времен Киевской Руси. Важно отметить, что в таких усыпальницах хоронили только очень важных персон. В одной из них лежал скелет с непропорционально длинными руками. Если это останки основателя Москвы, то понятно, из-за чего он получил прозвище Долгорукий. Каких-либо надписей или вещей, которые позволили бы узнать, кто здесь похоронен, в саркофаге не оказалось. Возможно, в будущем будут организованы исследования с помощью новейших достижений науки, и они позволят пролить свет на вопрос, чьи останки нашли ученые.

Однако экспедиции Ивакина удалось ответить на важный вопрос: какие размеры имела изначально церковь Спаса на Берестове. Она была построена в конце XI — начале XII века, вероятно, князем Владимиром II Мономахом. Через 150 лет во время Батыева нашествия храм был разрушен. Но не полностью — часть стен уцелели. В XVII веке по приказу митрополита Петра Могилы к ним пристроили новые стены, установили купол, расписали интерьеры. В таком виде (если не считать пристройки, сделанной в XIX веке) церковь дошла до наших дней. Экспедиция Глеба Ивакина раскопала фундаменты здания, после чего стало ясно: во времена Киевской Руси церковь была примерно вдвое больше, чем сейчас.

— Почему храм Спаса на Берестове уже много лет закрыт для посетителей?

— Потому что фрески на его стенах находятся далеко не в самом лучшем состоянии, их нужно реставрировать. Особенно это касается фрески «Чудесная ловля рыбы» (третье после воскрешения явление Христа ученикам, когда те ловили рыбу).

Эта картина создана в XII веке. Когда храм возродили при митрополите Петре Могиле, фреску закрасили и на ее месте написали новую. В 1970-х годах во время реставрационных работ специалисты обнаружили, что под верхним изображением есть более раннее. Чтобы его открыть, фрески, сделанные при Петре Могиле аккуратно сняли и перенесли на твердую основу (кстати, сейчас они демонстрируются на выставке в лавре). Получается, что на стенах, сохранившихся со времен Киевской Руси, — фрески XII века, на возведенных при Петре Могиле — XVII века. И те, и другие нуждаются в реставрации.

Если регулярно водить экскурсии, то эти росписи пострадают. Ведь когда в храм заходит много людей, от их дыхания значительно повышается влажность воздуха. Постоянные открывания и закрывания дверей приводят к перепадам температуры.

Кстати, в 1990-е годы одна православная община добилась разрешения править со своим батюшкой службы в церкви Спаса на Берестове. Понятно, что на пользу фрескам это не пошло — копоть от зажженных свечей въедалась в красочный слой. Последняя капля терпения научных работников исчерпалась после того, как прихожане взялись наводить в храме «благолепие»: вбивать в стены гвозди, чтобы развесить иконы, крепить какие-то занавеси… Общину попросили подыскать себе другой храм. Но верующие со своим священником до сих пор сюда приходят, правят службы на улице.

Нужно понимать, что к столь древним памятникам православной архитектуры, как эта церковь, отношение должно быть особым — необходимо делать все возможное для их сохранения, обеспечить им максимально щадящие условия. Уместно напомнить, что церковь Спаса на Берестове вместе со всем комплексом Киево-Печерской лавры внесена в список всемирного культурного наследия ЮНЕСКО.

— Что намечено сделать в ходе нынешней реставрации?

— Первым делом отреставрировать своды и фасады, — отвечает генеральный директор Национального Киево-Печерского историко-культурного заповедника Любомир Михайлина. — Затем — благоустроить территорию и сделать дренаж вокруг фундаментов. Проблема в том, что из-за насыпанного в XVIII веке оборонительного вала Печерской крепости вокруг фундаментов церкви Спаса на Берестове скапливается избыточное количество грунтовых вод. Это негативно сказывается на храме. Поэтому стоит задача отвести воду. Купола и фасады планируем сделать до конца нынешнего года. Дренажную систему, надеюсь, начнем прокладывать в 2018-м. На следующем этапе предстоит провести реставрацию фресок.

С Сергеем Пивоваровым и заведующим отделом заповедника Анатолием Овчаром заходим внутрь церкви Спаса на Берестове. Напротив входа на грубо сколоченном табурете стоит прикрытый пленкой включенный в сеть небольшой прибор.

— Он спасает здание от влаги, — поясняет Анатолий Овчар. — Пол церкви на метр 20 сантиметров ниже уровня земли снаружи храма. Поэтому грунтовые воды постоянно замачивали стены. Три года назад итальянские коллеги предоставили нашему генеральному директору Любомиру Михайлине этот прибор во временное пользование. Скептики не верили, что аппаратик с помощью электромагнитных волн сможет высушить стены. Однако это удалось.

*Анатолий Овчар: «Аппарат, предоставленный итальянскими коллегами, высушивает стены храма с помощью электромагнитных волн»

Fakty.ua