Палестинское государство всё увереннее и увереннее чувствует себя на международной арене. Свидетельством этого является передача Палестине «членского билета» в ЮНЕСКО. Каковы сегодняшние отношения между христианами и мусульманами, удаётся ли Палестине придерживаться свободы совести и почему христиане боятся эскалации палестино-изральского конфликта – на все эти вопросы Посол Палестинской Автономии согласился ответить корреспонденту портала "Религия в Украине".

— Господин Посол, расскажите, пожалуйста, какую роль религия играет в жизни палестинцев? Какова религиозная карта страны?

—  Вы задаёте очень интересный вопрос. Ни один человек, живущий на земле, не забудет, что такое Палестина. Это, прежде всего, место рождения Иисуса Христа – Вифлеем, место его взросления – Назарет, место его вознесения – Иерусалим. Палестина связана с христианством и его пророком и посланником Иисусом Христом. На сегодняшний день в Палестине представлены все конфессии, в том числе около 55 000 христиан, которые являются неотъемлемой частью палестинского народа. Как и остальные, они разделяют и здешние радости, и печали. Это – одна семья.

Если говорить о конфессиях, то мы отмечаем и православных, и католиков, и протестантов, армян (подразумевается Армянская Апостольская Церковь, одна из древнейших в мире – ред.) и маронитов (Маронитская католическая церковь – ред). Они все нам родные. Христиане в Палестине живут, как все остальные, и имеют общую для всех проблему – проблема независимого палестинского государства. Каждый гражданин, будь он мусульманином или христианином, борется за независимость нашей земли. Потому у нас много известных христиан, которые погибли ради палестинской государственности.

—  Основной Закон Палестинской Автономии утверждает, что шариат является основой палестинского права. Граждане, тем не менее, призываются к уважительному отношению к христианству и иудаизму. Как функционирует в Палестине свобода совести и религии? Как относятся к «обращению» в другую веру?

—  Я бы не сказал, что шариат – основа для нашего права. У нас светское государство, и будущее Палестины мы вообще видим таким, которое уважает, подобно иным государствам, права женщины, международное законодательство, свободу слова и право на мирное сосуществование разных народностей.

Конечно, есть государства, где шариат считается базисом для общества, и мы этого не скрываем. Есть и ХАМАС, политическая организация в исламе, защищающая шариат. Мы же придерживаемся Конституции Палестины, курса нашего Президента и прав человека.

Что же касается свободы совести и Вашего последнего вопроса, современное палестинское общество «состоит» из трёх религий: мусульманство, христианство и иудаизм. Потому не удивляйтесь, если вы не сможете определить, кто из двух идущих рядом палестинцев является христианином, а кто - мусульманином. Тут я даже скажу из собственного опыта. Я учился со многими палестинцами и только позднее узнавал, что они -  христиане. В Палестине религиозный вопрос практически не существует, поскольку все озабочены решением общей задачи, о которой я говорил выше. Каждый верующий может спокойно исполнять свои ритуалы, молитвы и обращения к Богу. Люди, посетившие Палестину, это увидели и прочувствовали. Даже несмотря на существующую сложную ситуацию, каждый год в Палестину прилетает где-то 2 млн иностранцев для паломничества.

— То есть Вы утверждаете, что религиозный туризм развит?

—  Очень. Я добавлю, что после того, как Израиль отменил визовый режим для туристов из Украины, количество туристов из Вашей страны возросло. Это пошло на пользу Палестине. В этом году около 20 000 – 25 000 украинцев посетили нашу страну. Это наш повод для гордости. Потому развитие отношений между Палестиной и Украиной идёт по правильному пути. Я уверен, что любой визит, какой бы характер он не носил, оканчивается очень хорошими впечатлениями украинцев, так как палестинцы доброжелательны и гостеприимны. Даже несмотря на сложную обстановку.   

—  Вопрос от Тони Пека, Генерального Секретаря Всемирной баптистской Федерации. Вернёмся к свободе вероисповедания. В октябре 2007 года был похищен и убит Рами Хадер Айяд (Rami Khader Ayyad), владелец единственного в Газе и затем сожжённого христианского книжного магазина. Члены семьи Айяда и его соседи утверждали, что он получал записки, содержавшие угрозы смерти от людей, раздражённых его миссионерской работой. Получается, что свобода совести даёт сбой и палестинские власти не всегда способны удерживать пыл своих радикальных сограждан? Как защитить христианское меньшинство?

— Вы знаете, это – не принцип. В жизни всё бывает. В каждой стране происходят убийства. Но я могу подчёркнуть: убийств на религиозной почве никогда не было, большая их часть относится к сфере уголовного права.

В Газе находится тоже немало христиан, хотя режим партии ХАМАС, контролирующий сектор Газы, можно считать исламистским. Тем не менее, в действиях радикалистов сложно отыскать религиозные мотивы.  Однако то, что происходило в Ливане в 1975, 1976 и 1978 годах (гражданская война), как раз можно считать столкновением враждующих религий. В Палестине этот конфликт исчерпан, он уже не существует. Потому любые теракты или убийства – я могу Вас заверить – это обыкновенное уголовное преступление, не связанное с религией. Мы этим гордимся, поскольку палестинское общество основано на дружбе разных людей. Иисус Христос всегда говорил, что нужно любить друг друга и молиться за врагов, тогда мы будем сыновьями Бога. Каждый палестинец идёт в этом направлении.

— Как мусульманские теократии относятся к светскому пути развития, избранном Палестинской автономией?

— На основе демократии и прозрачности в 2005 году у нас прошли выборы. Мы, палестинцы, верим в демократию. ООП (Организация Освобождения Палестины, созданная в 1964 году организация, претендующая на исключительное представление интересов палестинцев – ред.) в своё время включала в себя 12 разных организаций с разными политическими взглядами, левыми и правыми. Затем новый этап для Палестины – это Национальная Администрация Палестины, которую мы считаем временной, существующей от оккупации до независимости. В 2005 году к власти пришла религиозная партия ХАМАС, которая – мы не отрицаем – является неотъемлемой частью Палестины. Конечно, и в политических, и в идеологических вопросах у нас  (Господин Посол принадлежит к умеренной партии ФАТХ – ред.) с ними есть разногласия. Светский человек – он никак не исламист, он думает по-другому. У ХАМАСА есть своё мировоззрение, идеи, свой взгляд на будущее. Потому, конечно, коалиция между ООП и ХАМАС была невозможной.

Сейчас же у ХАМАС в руках большинство в Парламенте, они начали управлять. Противостояние в политическом вопросе отразилось на отношении к нам со стороны других государств, придерживающихся «чистого» шариата. Вопрос курса Палестины они рассматривали как исключительно религиозный вопрос.

При этом я различаю отношения между ХАМАСом и Ираном и ХАМАСом и Саудовской Аравией. Несмотря на принадлежность к разным течениям (суннизм и шиизм), здесь присутствует политический взаимоинтерес между первой парой. Отношения Саудовской Аравии и ХАМАСом – исключительно религиозные. Мы, конечно же, благодарны арабским странами (ОАЭ, Саудовская Аравия) за ту помощь, которую они предоставляют Палестинской Автономии в различных сферах.

—  Предыдущий Посол, Господин Халид Арикат, жаловался, что страны арабского блока, несмотря на обещания, практически не финансируют Палестину. Не связано ли это со светским путём Автономии?

— Конечно нет. Я бы сказал так: предыдущий Господин Посол д-р Халид говорил, что они не то что отказывались помогать, они задерживались с помощью. Давления на администрацию Президента Махмуда Аббаса по этой причине, конечно же, не было. Мы всегда имели хорошие отношения с арабским миром. На международной арене мы в последнее время были как одна семья.    

Всегда бывали проблемы с деньгами. Конечно, ситуация сейчас изменилась. Деньги, направляемые в Палестину, поступали для поддержки действующего режима, ХАМАСа. Когда же ситуация прояснилась, деньги стали поступать и для поддержки Администрации Президента Аббаса. Я считаю это нормальным.    

— Пресса достаточно часто пишет о христианско-мусульманских отношениях во Франции, Великобритании, США и Германии. В чём особенность этих контактов на Вашей родине?

— Большинство мусульман появилось в Европе и на Западе в целом путём эмиграции. Прошедшие годы привели к возникновению нового общества в Европе. Мусульмане в Европе живут полноценной жизнью и даже входят в Парламенты некоторых стран – Швеция, Норвегия, Франция и Германия. Есть и государства, где они чувствуют себя неполноценными. Модель отношений между христианами и мусульманами на европейском уровне никак не отражается на палестинском обществе. Мы не забываем о том, кто первым поднял вопрос об арабизме (арабской национальности) – это были восточные христиане. Это было очень умно.

Христиане же считают себя в Палестине неотъемлемой частью общества. Христиане и мусульмане, они вместе борются за существование того или иного государства на ближнем Востоке.

— Палестинские мусульмане считают христиан равным партнёром в диалоге?

— Абсолютно равным.  

— Почему украинские христиане склонны в палестино-израильском конфликте поддерживать Израиль?

— Я этого не вижу. Украина – государство светское и поддерживает в равной степени христиан, мусульман, буддистов и иных. Мы с удовлетворением смотрим на позицию Украины в части урегулирования палестино-израильского конфликта. Потому христианство, вышедшее из Киева, ещё с древних времён относилось к Палестине доброжелательно и с душой. Наоборот, я наблюдаю, что украинские церкви поддерживают процесс мирного, бескровного урегулирования конфликта. Я имею право говорить о взвешенном отношении к нам со стороны украинских христиан потому, что общаюсь с представителями всех конфессий, представленных в Украине. На самом деле я встречался со всеми и ото всех я услышал: «Мы поддерживаем Палестину в её стремлении быть независимым государством на карте мира». 

— С Вашего позволения, ещё один вопрос. В США политику Израиля поддерживают, как минимум, 50 миллионов белых протестантов, входящих в организацию «Объединённые евреи за Израиль». Эта влиятельная структура считает, что восстановление и расширение Израиля есть предусловие восстановления соломонового Храма и второго пришествия Христа. Есть ли какие-либо светские аргументы «против»? Знаете ли Вы, что не все христиане придерживаются таких взглядов и поддерживают Палестину?

— Наш взгляд на палестино-израильский конфликт имеет исключительно политическую окраску. Хотя многие хотели бы смотреть вглубь и найти там религиозные корни. Религиозного подтекста нет. Мы, палестинцы, абсолютно не против встречи с евреями, где бы они не находились; практика уже есть. Президент Аббас во время визитов в США встречается с Президентом этого государства, после чего следуют дискуссии. Он, Аббас, выражает своё понимание палестино-израильского конфликта и делится страданиями палестинского народа. Мы хотим, чтобы другие общества слышали не только израильскую точку зрения, но и нашу позицию в палестинском вопросе. Даже на территории Украины я приветствую встречи с Еврейской диаспорой, так как они дают возможность услышать обе стороны. Не через СМИ, а вживую. Мы чётко различаем принципы еврейской религии и принципы израильской политики – это совсем разные вещи.

У нас большие проблемы с правительством Нетаньяху, преимущественно политические. В 1948 году 10% населения относили себя к евреям, потому можно сказать, что у нас большой опыт сосуществования с ними. Мы же надеемся, что администрация Обамы услышит наш голос. 

В Америке же есть некоторые отличия в позициях народа и властей. Аналог в Европе – Германия, правительство которой не поддерживает планы Палестины, а 82% населения – поддерживает, как и 75% бельгийцев, 65% итальянцев. Мы надеемся, что позиция Администрации Обамы изменится.

— Если позволите, я вернусь к теме палестинских христиан. В декабре 2009 года был опубликован документ, подписанный главами и епископами ведущих христианских конфессий. В нём христиане Палестины подчёркивают, что «военная оккупация нашей земли есть грех против Бога и человечества, и любая теология, оправдывающая оккупацию, далека от христианского учения …». Очевидно, что палестинские власти имеют дело с христианами, лояльными к государству и готовыми к диалогу. Будет ли Палестинская Автономия опираться на палестинцев-христиан?

— Естественно, они же являются частью палестинского народа. Мы разделяем одним и те же радости и печали. В своё время израильтяне бомбили церковь в Вифлееме, и мы не забываем, кто там находился: христиане, которые защитили палестинских революционеров. На Саммите религиозных лидеров в 2009 году многие поддержали наши устремления и поняли нашу боль от оккупации. Они согласились, что пора уже остановить страдания палестинского народа.

— Господин Посол, каков портрет палестинского христианина? Кто он, каковы его взгляды?

— Его взгляды не отличаются от взглядов палестинских граждан, только христианское мировоззрение. В обществе, поверьте мне, они не отличаются. На сегодняшний день у нас Министр по туризму – христианка, Министр образования – христианка, Министр культуры – христианка. По нашим законам, министр туризма всегда должен быть христианином при любом правительстве. У нас, правда, нет квот для христиан из-за равности всех религий перед державой. Почему мы приветствовали отмену визового режима? Мы искренне хотим, чтобы весь мир – христианский, мусульманский – посетил нашу землю. С рождения человек связан с Богом. А когда мы говорим о Боге, мы сразу думаем о посланнике или пророке. Земля же Палестины – это земля всех пророков и всех религий. История как начиналась в Иерусалиме, в Палестине, так и будет завершена там же.         

— Не все евреи считают, что цель еврейского общества – создание политического проекта (политический сионизм). Как палестинские власти работают с этими религиозными и нерелигиозными евреями? Есть ли евреи, придерживающиеся палестинской идентичности?

— Я уже говорил, что до 1948 года 10% населения в Палестине были евреи. Мы жили дружественно и не отличались друг от друга. Не было геноцида и гетто. С появлением сионистского проекта ситуация изменилась. В 1947 году вышла в свет резолюция по разделению земли на два независимых государства (план ООН по разделу Палестины – ред.) ― на еврейское и арабское государство. Нам дали 48% земли, израильтянам – 52%. В этом вопросе мы сделали очень большую уступку. Я тоже от этого пострадал, поскольку могилы моих предков, бабушки и дедушки в том числе, находится на севере Израиля, под Цфатом. Учитывая ситуацию с евреями во время Второй Мировой войны, мы пошли на эти уступки.

Я хочу подчеркнуть: еврейская религия запрещает еврею касаться и ходить по палестинской земле. Радикальным израильтянам этот запрет был нипочём, потому все их дальнейшие действия мы рассматриваем как оскорбление духа исламского народа; палестинцы начали защищать свою землю.

Хотел бы обратить внимание, что в официальном палестинском обществе и Революционном совете ФАТХ есть и евреи. С евреями у нас проблемы в политической плоскости, а не в религиозной. Говоря о будущем Палестины, мы говорим о стране для христиан, мусульман и иудеев.   

— Ещё до голосования по поводу принятия Палестины в ЮНЕСКО её Генеральный директор г-жа Ирина Бокова высказалась: «Принятие нового государства-члена – это знак уважения и доверия». Что даст Палестине членство в ЮНЕСКО в плане сохранения памятников религиозной культуры, в т.ч. общих для всех авраамических религий?

— Мы, стремясь к независимости, согласны даже на 22% территории, которые нам предложены. Со столицей, естественно, в Восточном Иерусалиме. Тем не менее, израильтяне покоя не дают. Они построили разделительную стену, которая каждому нормальному человеку напоминает о Берлинской стене. Все европейские государства были недовольны Берлинской стеной. Израильтяне же считают себя «над» международными законами, они никого не спрашивают. Потому они творят «чудеса» на тех 22% территории, отданных нам: строят абсолютно незаконную инфраструктуру для переселенцев, которых на 1991 год было всего 91 000 человек. Сегодня – около 500 000. Это называется политикой «по факту», политикой ассимиляции.

Палестинцы хотят решать эти вопросы только мирным путём, потому израильтяне диктуют свои условия во всём. Для того чтобы палестинцу можно было вырыть перед домом колодец, ему нужно получить от израильтян разрешение. Сегодня наша экономика – в их руках, безопасность – тем более. Со всех денег, которые поступают на территорию Палестины, Израиль взимает 3%. Это, конечно, самая дешёвая оккупация в мире.

Далее, что такое ЮНЕСКО? Это – международная организация, занимающаяся вопросами науки, культуры и образования. Есть места, являющиеся неотъемлемой частью Палестины. Израильтяне же видят эти территории частью их государства: к примеру, Хеврон, где находятся могилы Абрама (Авраам – ред.) и Рахели (Рахиль – ред.). Та же ситуация с Наблусом, где могила Иосифа. Если израильтяне докажут, что это – их территории, то это даст возможность израильским военным беспрепятственно находиться на тех территориях. Чтобы защищать те места, которые связаны с религиозной историей Палестины, мы стали членами ЮНЕСКО, получив 107 голосов «за», 14 – «против».

— Палестина находится в процессе поиска своей идентичности, считает палестинско-американский историк Рашид Исмаил Халиди (Rashid Ismail Khalidi). Могут ли христиане помочь?

— Палестина всегда была и есть центром внимания всего Мира. Иерусалим был центром как христианства, так и мусульманства. Османская империя обращалась к Иерусалиму, крестоносцы и татаро-монголы делали практически то же самое. Каждая империя оставила в Палестине своей след: материальный или культурный. Халиди же говорит о необходимости создания идентичности исходя из своего мировоззрения. Это не значит, что его мнение законно для всех, это только его мнение. Каждый смотрит на Палестину под своим углом зрения.

Беседовал с господином Послом Алексей Гордеев