Почему первым  российским лидером, поздравившим Януковича с победой, стал Патриарх Кирилл?

Станислав Белковский: Для Русской православной церкви Янукович является главным союзником в Украине. Потому что он всегда декларировал свою принадлежность к РПЦ МП, в отличие от других политиков, которые как минимум колебались в этом вопросе, исходя из текущей электоральной конъюнктуры.

Кроме того, патриарх Кирилл – самостоятельная политическая фигура, которая теоретически готова и способна править Россией. И, в общем-то, если смотреть на политические достоинства Патриарха, то они несоизмеримо выше соответствующих достоинств Путина или Медведева. Кирилл – реальный харизматический лидер, который способен апеллировать к широким народным массам, вести их за собой, на что ни Путин ни Медведев абсолютно не способны. Все их публичные успехи связаны исключительно с тепличными условиями политического существования. Они никогда, например, не участвовали в реальных конкурентных политических дебатах, не окунались в митинговую стихию, почти не общались с неподготовленными журналистами. А если Путину и приходилось  отвечать на открвоенно неудобные вопросы журналистов, то это, как правило, заканчивалось истерикой. Скажем, известны несколько эпизодов с ответами Путина на вопросы западных журналистов о Чечне или Ходорковском.

У Кирилла есть большой политический потенциал. Другое дело, что он является не только политиком, но и искусным царедворцем. 5-7 лет назад в России существовала уверенность в том, что Кирилл не будет патриархом. У него не хватало поддержки, в том числе кремлевской. Однако за последние 5 лет ситуация кардинально изменилась: он проявил себя искусным аппаратчиком и лоббистом, сформировал пул поддержки как внутри РПЦ, так и в Кремле. Благодаря чему и стал без особых проблем преемником покойного Алексия Второго.

Жест Кирилла был скорее жестом поддержки Януковича или демонстрацией собственной независимости?


И тем, и другим. Патриарх, разумеется, поддерживает Януковича, поскольку Янукович поддерживает УПЦ МП. Но в то же время, Кирилл показал, что в такого рода вопросах не нуждается в согласовании своих действий с Кремлем.

Интересный, кстати, вопрос о политическом будущем Кирилла. Ведь он – воспитанник покойного митрополита Никодима Ротова, который пытался постоянно углублять отношения с Ватиканом. Ортодоксы их чуть ли не скрытыми католиками считали и ненавидели. Как Кириллу удалось всех обыграть?

Я не согласен с тем, что Никодима ненавидели. Да, консервативное, откровенное антиэкуменическое крыло РПЦ было ему враждебно в прежние времена и не воспринимает сейчас. Но владыка Никодим в 1970-е годы сыграл большую роль в формировании идеологии Церкви, равно как и церковной иерархии. Многие епископы современной РПЦ обязаны своим положением именно Никодиму. Кстати, еще один соратник Никодима – Филарет (Денисенко), глава УПЦ КП. По свидетельству современников, владыка Никодим неоднократно говорил о том, что РПЦ надо учиться у Ватикана умению конвертировать духовное влияние в политическое.

Фактически Кирилл воплощает в жизнь еще план Никодима?

В плане усиления политической роли церкви – безусловно. Хотя сегодня, на самом деле, политическое влияние РПЦ в России пока еще невелико.

Кстати, после избрания патриархом Кирилл проехал по России с программными речами, в которых он мало говорил о спасении души, но много – о бедности, о социальной и правовой несправедливости. Скажите, а Кремль не видит никакой угрозы в политических амбициях Кирилла?

Кремль этой угрозы не видит, потому что в Кремле нет людей, которые на самом деле понимали бы, как работает публичная политика. Они убеждены, что, контролируя общенациональное телевидение, систему подсчета голосов и основные финансовые источники страны они в состоянии предотвратить любой сценарий смены власти. У них нет катастрофического ощущения истории. Они не понимают, что кризис может привести к их падению.

Фокус