Кто такие «иноплеменники» в 28 правиле IV Вселенского собора?

21 10 2011 |
Андрей Ухтомский, кандидат богословия

28 правило IV Вселенского собора наиболее полно говорит о правах Константинопольской кафедры: «Во всем последуя определениям святых Отцов и признавая читанное ныне правило ста пятидесяти боголюбезнейших епископов, бывших в Соборе во дни благочестивой памяти императора Феодосия Великого в царствующем городе Константинополе, новом Риме, то же самое и мы определяем и постановляем о преимуществах святейшей Церкви того же Константинополя, нового Рима. Ибо престолу ветхого Рима Отцы прилично дали преимущества, поскольку то был царствующий град. Следуя тому же побуждению, и сто пятьдесят боголюбезнейших епископов предоставили равные преимущества святейшему престолу нового Рима, справедливо рассудив, да град, получивший честь быть градом Царя и Синклита и имеющий равные преимущества с ветхим царственным Римом, и в церковных делах возвеличен будет подобно тому, и будет второй по нем. Посему только Митрополиты областей Понтийской, Асийской и Фракийской, и также епископы у иноплеменников (ἐν τοῖς βαρβαρικοῖς — прим. А. У.) вышереченных областей да поставляются от вышереченного святейшего престола Святейшей Константинопольской Церкви, то есть: каждый Митрополит вышеупомянутых областей с епископами области должны поставлять епархиальных епископов, как предписано Божественными правилами. А сами митрополиты вышеупомянутых областей должны поставляемы быть, как речено, Константинопольским Архиепископом, по учинении согласного, по обычаю, избрания и по представлении ему оного»[1].

 

Кто такие «иноплеменники» в 28 правиле IV Вселенского собора?

 

В начале этого правила сказано о величественности Константинопольской кафедры и лишь потом, на основании этого говорится о границах ее юрисдикции, в чем выявляется стремление Константинопольской кафедры расширить свои права в управлении Церковью вновь на основании ее политического статуса как города «царя и синклита» а уже потом и как «второго Рима». «В 451 г., Халкидонский Собор, в который раз основываясь (basandosi sempre) на политическом значении Константинополя, нового Рима, постановил, что епископ этого города имеет юрисдикцию в трех епархиях, Понте, Асии и Фракии, и занимает в церковной иерархии второе место после епископа Рима»[2]. Еще одно свидетельство русского историка В. В. Болотова: «Константинопольская церковь не могла похвалиться ни древностью происхождения, ни апостольским основанием (sedes apostolica). Сказание об основании в Константинополе апостольской церкви было заявлено позднее. Следовательно, Константинополь в чисто церковном смысле не имел таких привилегий, какие падали на долю других церквей восточных. В основе возвышения константинопольской кафедры лежало положение ее как столичной»[3]. Вот явно преувеличенное свидетельство императрицы Анны Комниной: «Когда же седалище империи было перемещено оттуда в нашу страну и в наш имперский город, равно как и синклит и все правительствующие учреждения, таким же образом переместилось и первенство в архиерейской иерархии. И василевсы с самого начала жаловали почести Константинопольской кафедре, но в особенности Халкидонский Собор вознес епископа Константинопольского на самую высокую ступень (иерархии) и подчинил ему все области вселенной»[4]. Примечательно то, что при составлении 28 правила не присутствовали представители императора, «которые самим фактом своего отсутствия хотели подчеркнуть свободу действий епископов на Соборе… Все определения Халкидонского Собора были утверждены имп. Маркианом и тем самым получили статус гос. законов»[5]. Здесь мы видим принцип симфонии государственной и церковной власти. При этом государство признавало церковные постановления, но не наоборот. Церковь не была ограничена государством в расширении своей юрисдикции.

 

Зонара вслед за отцами первых трех вселенских соборов прямо сказал, что «поелику этот город (Константинополь — прим. А. У.), как и древний Рим, получил честь быть городом царя и синклита, он должен быть почтен и в церковных преимуществах, как тот, и должен иметь предпочтение пред всеми другими церквами, но быть вторым по нем»[6]. Слова «второй после него» Зонара толкует «в смысле указания на последовательность времени устроения столицы царства»[7]. Во избежание путаницы 36-е правило Трулльского собора поставляет Константинопольскую кафедру после Римской. Под «иноплеменными народами» Зонара понимает аланов и россов: «На Константинопольского же епископа правило возлагает рукоположение епископов для иноплеменных народов, живущих в указанных областях (Понта, Асии и Фракии — прим. А. У.), каковы суть Аланы и Россы; ибо первые принадлежали к понтийской области, а Росы к фракийской. Но дабы не подумалось кому либо, что сии святые отцы предоставляют в полную власть константинопольского епископа все, что относится до рукоположения так чтобы в деле рукоположения он имел власть делать чтό ему угодно, они присовокупили, что митрополиты рукополагаются им по учинении согласного избрания и по представлении ему онаго, говоря таким образом почти следующее: епископ Константинополя не тех должен делать митрополитами, кого сам хочет, но избрания должен совершать подведомый ему синод, и на том избирающие согласятся, из тех должен рукоположить, по представлении к нему самых избраний»[8].

 

Аристин лаконичнее повторяет Зонару: «Епископ новаго Рима единочестен с епископом древняго, по причине перенесения скипетров. Посему епископы Понта, Асии и Фракии и иноплеменные принимают рукоположение от епископа константинопольскаго. Константинопольский епископ равночестен с епископом римским и равными должен пользоваться преимуществами, потому что этот город удостоился быть городом царя и синклита. Ему должны быть подчинены и от него должны принимать рукоположение одни митрополиты Понта, Асии и Фракии, а также и епископы иноплеменных народов, какие находятся в этих округах. Ибо округ Македонии, Иллирии, Фессалии, Аттики, Пелопоннеса, всего Эпира и иноплеменных народов, живших в нем, живших в то время под властию римского епископа»[9]. Вальсамон к «иноплеменным народам» кроме аланов и россов причисляет и «других» (не называя конкретно кого он имеет в виду): «Понтийскими называются митрополиты обитающие близ Чернаго моря до Трапезонта и далее внутрь страны, асийскими — обитающие около Ефеса, Ликии, Памфилии и в окрестных странах, но не анатолийские, как говорят некоторые, потому что анатолийских епископов рукополагает антиохийский патриарх; и фракийскими называются западные митрополиты… именем Фракии обнимаются все митрополии до Диррахии и митрополии самой Диррахии… А под епископами у иноплеменников разумей Аланию, Россию и другия; ибо Аланы принадлежат к понтийскому округу, а Россы к Фракийскому»[10]. Славянская Кормчая дает пересказ правила. Зонара, Аристин и Вальсамон по понятным причинам умолчали о некоторых обстоятельствах, а именно:

 

1) «Поводом к изданию настоящего правила послужило, по мнению римских богословов, честолюбие константинопольского епископа, стремившегося подчинить себе всех восточных патриархов, а затем в виду того, что он был епископом нового Рима, столицы императора (старый Рим в политическом отношении был тогда в упадке), чтобы присвоить себе все преимущества римского епископа и сделаться первым епископом всего христианского мира»[11]. В этом есть доля правды. Все церковные дела малоазийских территорий были поставлены в зависимость вызванную необходимостью, от Константинопольского епископа: симония, беспорядки по назначению епископов в Асии, Скифии, Понте непосредственно вынужден был решать Константинопольский епископ. Дело, касательно управления двумя ефесскими митрополитами Вассиана и Стефана одной кафедрой окончилось тем, принятым решением держаться древнего обычая, чтобы митрополит ефесский назначался константинопольским архиепископом. За принятие такого решения, конечно же ратовали константинопольские клирики. «Императорские представители заявили, что, по их мнению, ни Вассиан, ни Стефан не были законными епископами и что следовало, таким образом, избрать нового епископа Эфесского. Тогда епископы диоцеза Асии начали настаивать на том, чтобы избрание и хиротония состоялись в эфесской провинции, в соответствии с обычаем, восходящим к истокам христианства. Константинопольское духовенство со свой стороны стало отстаивать прерогативы своей кафедры в этом отношении. Епископы, враждебно настроенные в отношении вмешательства Константинополя в дела диоцеза Асии, стали кричать: “Да соблюдаются каноны!” Со своей стороны константинопольское духовенство в следующих словах выразило свои собственные требования: “Да соблюдаются решения 150 святых отцов! Да не утрачиваются привилегии Константинополя! Да будет хиротония совершена здесь архиепископом, по обычаю!”»[12]. Епископ Никодим (Милаш) считает, что «не честолюбие… константинопольского патриарха выдвинуло это правило, а живая потребность покончить с беспорядками, угрожавшими падением церкви»[13]. Понятна и полемика между Римом и Константинополем. Римский престол имел непререкаемый авторитет во Вселенской церкви не только как старейшая апостольская кафедра, самый большой город, с которого «империя берет свое начало»[14], но и в силу своей могущественности к уврачеванию ересей и расколов. Во взаимопереплетении отношений Рима и Константинополя, выявляется одна тенденция: в Константинопольском епископе Рим видел не столько союзника или даже соперника, сколько конкурента, вторую главу, способную своим возвышением урезать власть римского престола. Эта тенденция влияла на принятие решений в пользу римской кафедры, представители которой были недовольны окончательной фиксацией правила и его формулировкой, что привело к бесчисленным интерпретациям этого правила как на Востоке, так и на Западе. «Несмотря на внесенные в последний момент изменения, можно сказать, что в целом текст постановления был подготовлен достаточно тщательно стараниями канцелярии Константинопольской Церкви»[15]. «Первоначальный греческий текст деяний не сохранился, но известно, что вскоре после окончания Собора экземпляр соборных деяний был отправлен в Рим; там он хранился в папском архиве и послужил основой для последующих латинских редакций… В настоящее время достоверность и полнота актов Халкидонского Собора не подвергается сомнению»[16].

 

Постепенно Рим признал права Константинопольской кафедры, зафиксированные 28 правилом: «Сам Лев великий, в письме от 14 марта 458 г., если категорически и не отменил того, что раньше писал против данного правила, все же привилегии, дарованные константинопольскому престолу, молча признает»[17]. На Востоке правило было ратифицировано 131 новеллой императора Юстиниана: «Согласно определению церковных правил святейший папа старого Рима был первым между всеми святителями, блаженнейший же архиепископ Константинополя, нового Рима, иметь будет второе место, после святого апостольского престола старого Рима; однако занимать будет место выше других престолов»[18]. «В начале IV века епископ Виенский Авит в письме Иоанну Константинопольскому признавал за ним привилегии, принадлежащие ему, как столичному епископу»[19]. 21 правило собора 869 года признает первенство Константинопольского епископа после епископа Рима. «...Мы постановляем, дабы совершенно никто из власть имущих мира сего не оскорблял и не тщился удалить с кафедры пребывающих на седалище патриаршем, но, напротив, должны воздаваться честь и уважение прежде всего святейшему папе ветхого Рима, затем Патриарху Константинопольскому, за сим же Александрийскому, Антиохийскому и Иерусалимскому»[20]. На латеранском соборе XII века проходившем в Риме в то время, когда Константинополь был во власти латинян составлено было послание, в котором сказано, что, «после римской церкви… должна иметь первое место константинопольская»[21]. В этом заявлении мы видим, что непризнание привилегий Константинополя для Рима имело преходящий характер. В декрете Флорентийской унии было уже сказано, что патриарх Константинопольский будет вторым после римского папы с сохранением всех привилегий и прав. Таковы разногласия Запада и Востока относительно первенства Римской и Константинопольской кафедр. Об этих прениях, как мы уже сказали, умалчивают Зонара, Вальсамон и Аристин. Епископ Никодим (Милаш), посвятил этому вопросу все толкование 28 правила — 33 страницы; внимание лишь только к этой теме очевидно связано с насущными проблемами взаимоотношения между православной и римско-католической Церквями во времена епископа Никодима.

 

2) Поставление епископов у «иноплеменников» — главный аргумент Вселенского патриархата в претензиях на управление православной диаспорой. Решение вопроса поставления в свете полемики с Римом побудило конкретнее зафиксировать права Константинопольской кафедры (скорее всего, ограничивающие зону влияния лишь тремя диоцезами). «На ограничительный характер канона указывает слово “только” (μόνους). В этом данный канон сходен со 2-м правилом II Вселенского Собора…»[22]. Касательно этого вопроса архиепископ Петр (Л’юилье) говорит, что «был уже заготовлен проект решения, который должен был быть представлен участникам Собора… и который касался привилегий Константинопольской кафедры»[23]. «Самими отцами Собора данный текст не воспринимался как “канон”. Это был “псифос” (ψῆφος) — решение, приятое общим голосованием… отражал реальное положение вещей и реальную власть, которую имели Константинопольские епископы во Фракии и Малой Азии. Это положение вещей уже не могло быть изменено и редуцировано. …Когда позже “псифос” вошел в канонические сборники Византии — уже как 28-е правило, — по крайней мере на Востоке это ни у кого не вызывало вопросов»[24] Следовательно, правило имело несколько редакций, что было обусловлено трениями между Римом и Константинополем по вопросу окормления «иноплеменников».

 

Как понимать выражение: «епископы у иноплеменников… поставляются святейшим престолом святейшей Константинопольской Церкви»? Упоминаемые нами толкования Аристина, Вальсамона и Зонары говорят о том, что иноплеменники, это народы, находящиеся в округах Асии и Понта (Аланы, Россы и другие). Епископ Никодим (Милаш) считает, что «константинопольский епископ имеет право поставлять епископов и у иноплеменников»[25], на основании обычая, согласно которому, в константинопольскую юрисдикцию стали входить митрополии Асии, Понта и Фракии. Обычай имеет юридическую силу, как мы видели в светском и церковном законодательстве. «Любая юридическая система, как бы ни была она строго урегулирована законом не может не оставить некоторого места для обычая»[26]. Отцы I Вселенского собора 6 правилом на основании существовавшего обычая закрепили за Александрийской Церковью окормление областей Ливии и Пентаполя. «Да хранятся древние обычаи, принятые в Египте, и в Ливии и в Пентаполе, дабы александрийский епископ имел власть над всеми сими. Понеже и Римскому епископу сие обычно. Подобно и в Антиохии, и в иных областях да сохраняются преимущества Церквей. Вообще же, да будет известно сие: если кто без соизволения Митрополита поставлен будет епископом, о таковом великий Собор определил, что он не должен быть епископом. Если же общее всех избрание будет благословно и согласно с правилом церковным, но дво или три, по собственному любопрению, будут оному прекословить, — да превозмогает мнение большего числа избирающих»[27].

 

Далее ссылаясь на Томассина автор указывает на обычай окормления готских епархий, существовавший во времена архиепископства Иоанна Златоустаго: «Этот канон указывает на возможность Константинопольского епископа назначать, направлять епископов в варварские страны. Эта обязанность возникла со времени пребывания Златоуста у готов»[28]. «Благодаря проповеди христианских пленников среди готов скоро образовалась небольшая христианская община, и первым известным нам священником ее был Евтихий, уроженец Каппадокии, продолжавший из Готии поддерживать сношения со своей родной Каппадокийской церковью. К началу IV в. у этой общины появляются уже свои епископы; в числе отцов, заседавших на Первом Вселенском соборе, уже значится Феофил, en. Готский»[29]. «Первый епископ (готов — прим. А. У.) Унила принял сан от патриарха Константинопольского Иоанна Златоуста. По смерти Унила готский вождь просит у Константинопольского патриарха нового епископа»[30]. Возможно, неустроенность этих епархий мотивировала готов обратиться к Константинопольскому Патриархату. «Все митрополиты избираются по канонам епископами своих епархий и представляются константинопольскому патриарху, который утверждает и рукополагает их. Исключение сделано только для епископов у варваров, у инородцев, поселившихся в этих диэцезах. Неустроенность этих епархий заставила непосредственно подчинить их Константинополю, а не митрополиту. Замечательно, что на этом правиле основывалось (впоследствии) право Константинополя на русскую церковь, хотя тогда русской церкви еще не существовало. Сделано было перетолкование этого правила: проведена была черта на север через Черное море; все народы направо от черты (к востоку) отнесены к диэцезу понтийскому, а жившие налево (к западу) к диэцезу фракийскому»[31]. «Нам известны отношения между готскими племенами и константинопольским престолом, равно и деятельность Златоуста в этом отношении»[32]. (С. Н. Говорун полагает, что это, скорее всего, были крымские готы, чей епископ Унила был рукоположен И. Златоустом). Епископ Никодим заключает: «следуя этому и видя притом постоянные сношения иноплеменников с константинопольским престолом, сношения непосредственные, отцы сделали такое постановление об них»[33]. Под иноплеменниками толкователем «разумеются епископы народов, принявших христианство из Константинополя, однако не принадлежавших к римскому государству»[34]. Современный исследователь С. Н. Говорун (впоследствии архим. Кирилл) пишет, что варварами населявшими три диоцеза в середине 5 века, очевидно, были готы, получившие особый статус, дававший им определенную автономность в границах империи. Согласно договору от 3 октября 382 года «готы становились поданными императора, но при этом оставались в статусе “варваров”»[35]. Кроме римских готов существовали государственно-племенные образования готов к северу от византийской Фракии, составляя τò βαρβαρικóν, в отличие от римских готов, остававшиеся язычниками и не имевшие епископов.

 

Интересное на первый взгляд толкование. Разница между временем жизни Иоанна Златоуста и 451 г. вполне позволяет узаконить этот обычай на основе светского и церковного законодательства. Вспомним, что управление епархией в течение 30-летнего срока юридически закрепляет данную территорию за окормляющей кафедрой. Не было ли у готов своей иерархии? Можно ли рассматривать вмешательство Иоанна Златоуста который «…вторгался в чужие области и поставлял там епископов»[36], как действие самовольное? Подобные действия были представлены на соборе «под дубом» в качестве обвинений Иоанна Златоуста; скорее всего это были беспочвенные нападки врагов, которых успел нажить себе святитель. «Более вероятно, что действия св. Иоанна Златоуста объясняются иначе: в определенных пределах допускалось, чтобы основные кафедры христианского мира, в силу самого их нравственного авторитета, имели право в исключительных обстоятельствах вмешиваться в жизнь местных Церквей для восстановления там порядка»[37]. Распространение власти Константинопольского Патриарха на другие территории происходило с согласия местной иерархии. И здесь становится абсурдом апелляция к обычаю о законном управлении епархией спустя 30-летнего срока. В Асии, Понте и Фригии, а также у готов (грубо говоря у варваров) были свои митрополиты. «Нельзя проводить параллель между расширением церковной юрисдикции Константинополя на три диоцеза и прерогативами в отношении архиерейских хиротоний, которыми пользовались кафедры Рима, Александрии и Антиохии. Действительно, в отношении этих последних можно сказать, что установление их доминирующего влияния хронологически предшествовало установлению системы митрополий. Что же касается Константинополя, то его юрисдикция распространяется на территории, где эта система уже существовала, в ущерб этой системе. Отсюда и юридически неясный характер обычая, опиравшегося на правила, который устанавливался лишь постепенно и не без сопротивления»[38]. Это справедливо и для готских христиан.

 

Если даже принять теорию о распространении юрисдикции Константинопольского Патриархата на тех, кто назван в 28 правиле IV Вселенского Собора «иноплеменниками», то с предоставлением автокефалии части «иноплеменной» Церкви оканчивается и всевозможное влияние на эту часть Церкви самого Константинопольского Патриархата. В любом случае, расширение юрисдикции Константинопольской Патриархии должно считаться с существующим порядком в данном регионе. «Допустим даже, что притязания Константинополя на территорию Западной Европы, хотя и не имеют для себя прочных исторических и канонических оснований, но вполне разумны, отвечают его положению, как именно первого в союзе автокефальных Православных Церквей. Но и при всем том эта вновь приходящая в Европу юрисдикция должна считаться с существующими уже там с давних пор каноническими отношениями и не может по своему произволу, без согласия соответствующей автокефальной Церкви их нарушать»[39].

 

Современные толкователи рассматривают слово «иноплеменники» в контексте 2 правила II Вселенского Собора, предположительно зачитанное на IV Вселенском Соборе и, вероятно, служившее предпосылкой для определения юрисдикции этих народов в 28 правиле IV Вселенского Собора: «Областные епископы да не простирают своей власти на церкви за пределами своей области и да не смешивают церквей, но, по правилам, Александрийский епископ да управляет церквами только египетскими; епископы восточные да начальствуют только на востоке, с сохранением преимуществ Антиохийской Церкви, правилами Никейскими признанных; так же епископы Асийской области да начальствуют только в Асии; так же епископы Понтийские да имеют в своем ведении дела только Понтийской области; Фракийские — только Фракии. Не быв приглашены, епископы да не преходят за пределы своей области для рукоположения или какого-либо другого церковного распоряжения. При сохранении же вышеписанного правила о церковных областях явно есть, что дела каждой области благоучреждать будет Собор той же области, как определено в Никеи. Церкви же Божии у иноплеменных народов (ἐν τοῖς βαρβαρικοῖς ἔθνεσι — прим. А. У.) долженствуют быть правимы по соблюдавшемуся доныне обыкновению Отцов»[40]. Как же понимать выражения ἐν τοῖς βαρβαρικοῖς ἔθνεσι во 2-м правиле II Вселенского Собора и ἐν τοῖς βαρβαρικοῖς в 28 правиле IV Вселенского Собора? Нам известно мнение византийских толкователей. Русский канонист, профессор С. Троицкий под «иноплеменниками» понимает варварские народы (не территории их обитания), живущие в пределах церковных границ диоцезов Асии, Понта и Фракии: «…Если бы 28 правило IV Вселенского Собора имело в виду эти земли (где господствуют варвары — прим. А. У.), в нем бы было сказано: «εν τω βαρβαρικω». Между тем на самом деле здесь стоит «ἐν τοῖς βαρβαρικοῖς», и значит говорится не о варварских государствах, а о варварах, о варварских народах, живущих хотя бы и в границах Империи. В 28 Халкидонском правиле мы находим лишь прилагательное «βαρβαρικοῖς», но не находим существительного, к которому прилагательное относится. Но вследствие связи этого правила с правилами II Вселенского Собора, о чем говорится в начале 28 правила, нужно думать, что и здесь разумеется существительное «народов», так как во 2-м правиле II Вселенского Собора говорится: ἐν τοῖς βαρβαρικοῖς ἔθνεσι. Халкидонское 28 правило говорит не о варварских народах вообще, а лишь о народах определенных, о народах только «вышереченных областей» (των προειρημενων διοικήσεων), т. е. только о варварах, живущих в диэцезах Понтийском, Асийском и Фракийском. Но ведь эти три диэцеза находились в Византийской империи, хотя и имели свои миссии и епархии вне границ Империи. Таким образом, правило государственных границ не касается, а подчиняет Константинопольскому епископу епископов у варваров, живущих в церковных границах этих трех диэцезов, безразлично, находятся ли эти варвары в Византии или вне ее»[41].

 

Архиепископ Петр (Л’юилье), говоря о различии формулировок ἐν τοῖς βαρβαρικοῖς ἔθνεσι и ἐν τοῖς βαρβαρικοῖς пишет что здесь «речь может идти только об оттенке значения»[42]. В то время термином τò βαρβαρικóν назывались народы, не вовлеченные в административную сферу «Романии». Слова ἐν τοῖς βαρβαρικοῖς в 28-м правиле «обозначали области, расположенные на границах гражданских диоцезов Фракии и Понта, поскольку это никак не относилось к диоцезу Асии, окруженному другими диоцезами»[43]. Подобное толкование дает русский канонист протоиерей Владислав Цыпин: «Здесь идет речь о христ. общинах во главе с епископами, находящихся за пределами империи на территориях, примыкающих к Фракийскому или Понтийскому диоцезам, — Асийский диоцез не соприкасался с внешними границами империи»[44]. Для архиепископа Петра наилучшим представляется толкование Пидалиона: «Епископы для варварских территорий избираются в соседствующих с этими территориями диоцезах»[45].

 

Итак, в понимании термина «иноплеменники» мы видим большие расхождения. Византийские толкователи размыто толкуют это место, говоря, что иноплеменники это и Аланы и Россы и другие (кто — непонятно); такое толкование дает возможность при желании расширить полномочия Константинопольского Патриархата, как впрочем, это и произошло в ХХ веке. Прецедент с окормлением варваров-готов по их просьбе (если рассматривать готов как тех «других», о которых говорят византийские толкователи) показывает, что вмешательство в другие епископии возможно только с согласия последних (епископ Никодим (Милаш) и архиепископ Петр (Л’юилье)). Ахиепископ Петр (Л’юилье) вслед за Пидалионом говорит, что епископы для варварских народов посвящаются в соседних диоцезах. В свете вышеизложенных толкований наше собственное толкование представляется таким: под варварами или иноплеменниками следует рассматривать примыкающие к Константинопольскому Патриархату открытые территории Фракии и Понта, на которые не распространялась власть других патриархатов. Иноплеменниками, проживающими на этих территориях можно считать те народности, которые не входят в византийскую Эйкумену, не являются «ромеями». Эти варварские территории входят в юрисдикцию Фракии и Понта, где поставляются для них епископы. Вмешательство Константинопольского Патриарха в управление этими территориями возможно только с согласия самих варваров. Невозможно «ромейскому» Патриарху управлять «неромеями». Распространение власти Константинопольского Патриарха на народы, которые приняли христианство из Константинополя, прекращается с дарованием им автокефалии. 



[1] Каноны или книга правил на русском языке. СПб., 2000. С. 55.

[2]  Loiacono P. Il Pontefice patriarca d’occidente // Incontro fra canoni d’oriente e d’occidente. Atti del Congresso Internationale. T. II. Bari, 1994. P. 139.

[3] Болотов В. В. Лекции по истории древней Церкви // Болотов В. В. Собрание церковно-исторических трудов в восьми томах. М., 2002. С. 231.

[4] Anna Comnena. Alexias I, 4 / Ed. В. Leib. Paris: Les Belles Lettres, 1937. T. 1. P. 48. Цит. по: Петр (Л’юилье), архиеп. Правила первых четырех вселенских соборов. М., 2005. С. 471.

[5] Цыпин В., прот. Вселенский IV Собор // Православная энциклопедия. М., Т. 9. Сс. 606, 611.

[6] Правила святых вселенских соборов с толкованиями. М. 2000. С. 245.

[7] Правила святых вселенских соборов с толкованиями. М. 2000. С. 246.

[8] Правила святых вселенских соборов с толкованиями. М. 2000. С. 246–247.

[9] Правила святых вселенских соборов с толкованиями. М. 2000. С. 247.

[10] Правила святых вселенских соборов с толкованиями. М. 2000. С. 248–249.

[11] Правила Православной Церкви с толкованиями Никодима, епископа Далматино-Истрийского. Т. 1. Сергиев Посад. 1996. С. 395–396.

[12] Acta Conciliorum Oecumenicorum / Instituit E. Schwartz, continuavit J. Straub. Straßbourg, Berlin, Leipzig, 1914. Vol. II, Part. I, 51–53. P. 410–412. Цит. по: Петр (Л’юилье), архиеп. Правила первых четырех вселенских соборов. М., 2005. С. 319–320.

[13] Правила Православной Церкви с толкованиями Никодима, епископа Далматино-Истрийского. Т. 1. Сергиев Посад. 1996. С. 398.

[14] Leoni episcopo Romae ep. CXIII Theodoreti // PL 54, col. 848.

[15] Петр (Л’юилье), архиеп. Правила первых четырех вселенских соборов. М., 2005. С. 445.

[16] Цыпин В., прот. Вселенский IV Собор // Православная энциклопедия. Т. 9. М., 2005. С. 597–598.

[17] Правила Православной Церкви с толкованиями Никодима, епископа Далматино-Истрийского. Т. 1. Сергиев Посад. 1996. С. 422.

[18] 131 новелла императора Юстиниана. Цит. по: Правила Православной Церкви с толкованиями Никодима, епископа Далматино-Истрийского. Т. 1. Сергиев Посад. 1996. С. 422.

[19] Avitus Viennensis // PL 59, col. 210.

[20] Stiernon D. Constantinople IV. Paris, 1967. P. 294. Цит. по: Петр (Л’юилье), архиеп. Правила первых четырех вселенских соборов. М., 2005. С. 492.

[21] Правила Православной Церкви с толкованиями Никодима, епископа Далматино-Истрийского. Т. 1. Сергиев Посад. 1996. С. 424.

[22] Говорун С. Н. Исторический контекст 28-го правила // Церковь и время. М., № 2 (27) 2004. Сс. 183–184.

[23] Петр (Л’юилье), архиеп. Правила первых четырех вселенских соборов. М., 2005. С. 324.

[24] Говорун С. Н. Исторический контекст 28-го правила // Церковь и время. М., № 2 (27) 2004. С. 183.

[25] Правила Православной Церкви с толкованиями Никодима, епископа Далматино-Истрийского. Т. 1. Сергиев Посад. 1996. С. 402.

[26] Gaudemet J. La formation du droit séculier et du droit de l’Église aux IVe et Ve siècles. Sirey, 1957. P. 106.

[27] Каноны или книга правил на русском языке. СПб., 2000. С. 31.

[28] Thomassin L. Vetus et nova ecclesiae disciplina circa beneficia et beneficiarios. P. I, lib. I, c. 10, 13 (ed. cit. I, 85). Ср. Thierry A. St. Jеan Chrysostome et l’impératrice Eudoxie. Paris, 1874. Р. 446. Цит. по: Правила Православной Церкви с толкованиями Никодима, епископа Далматино-Истрийского. Т. 1. Сергиев Посад. 1996. С. 402.

[29] Спасский А. А. Германцы, их быт и союзы // Спасский А. А. Лекции по истории западно-европейского Средневековья. СПб, 2009. С. 68.

[30] Башкиров А. Историко-археологический очерк Крыма // Крым. Путеводитель. Симферополь. 1914. // http://www.moscow-crimea.ru/history/obshie/goty.html

[31] Болотов В. В. Лекции по истории древней Церкви // Болотов В. В. Собрание церковно-исторических трудов в восьми томах. М., 2002. С. 241.

[32] Правила Православной Церкви с толкованиями Никодима, епископа Далматино-Истрийского. Т. 1. Сергиев Посад. 1996. С. 402.

[33] Правила Православной Церкви с толкованиями Никодима, епископа Далматино-Истрийского. Т. 1. Сергиев Посад. 1996. С. 402.

[34] Правила Православной Церкви с толкованиями Никодима, епископа Далматино-Истрийского. Т. 1. Сергиев Посад. 1996. С. 402.

[35] Говорун С. Н. Исторический контекст 28-го правила // Церковь и время. М., № 2 (27) 2004. С. 188.

[36] Photius. Bibliotheca, cod. 59 / Ed. R. Henry. Paris: Les Belles Lettres, 1959. T. 1. P. 56. Цит. по: Петр (Л’юилье), архиеп. Правила первых четырех вселенских соборов. М., 2005. С. 456.

[37] Петр (Л’юилье), архиеп. Правила первых четырех вселенских соборов. М., 2005. Сс. 456–457.

[38] Петр (Л’юилье), архиеп. Правила первых четырех вселенских соборов. М., 2005. С. 455.

[39] Послание митрополита Нижегородского Сергия, Заместителю Патриаршего Местоблюстителя Святейшему Фотию II, архиепископу Константинополя — Нового Рима и Вселенскому Патриарху // Церковь и время. М., № 2 (19) 2002. С. 254.

[40] Каноны или книга правил на русском языке. СПб., 2000. С. 37.

[41] Троицкий С. О границах распространения власти константинопольского патриархата на «диаспору» // ЖМП. 1947. № 11. С. 39.

[42] Петр (Л’юилье), архиеп. Правила первых четырех вселенских соборов. М., 2005. С. 464.

[43] Петр (Л’юилье), архиеп. Правила первых четырех вселенских соборов. М., 2005. С. 465.

[44] Цыпин В., прот. Вселенский IV Собор // Православная энциклопедия. М., Т. 9. С. 614.

[45] Πηδάλιον τῆς νοητῆς νηὸς τῆς Μιας Άγίας καθολικῆς καὶ αποστολικῆς τῶν Όρθοδόξων Έκκλησίας. Άθῆναι, 1957. Σ. 209.

Теги:
2923







Матеріали по темі







Для того, щоб коментувати матеріали Religion.in.ua, необхідно авторизуватися на сайті за допомогою сервісу F-Connect, який використовує дані вашого профілю в соціальній мережі Facebook . Religion.in.ua використовує тільки ті дані профилю, доступ до яких ви дозволили сайту



Коментарі розміщюються користувачами сайту. Думка редакції не обов'язково збігається з думками користувачів.
2   Favor
22 жовтня 2011 19:06

Андрей очень хорошее исследование. Ждем от тебя следующие хорошие статьи.


22 жовтня 2011 10:15

Статья -класс! Как и фамилия и имя автора.


Відвідувачі, що знаходяться в групі Гости , не можуть залишати коментарі в даній новині.
Останні коментарі
Опитування
настоятель парафії
парафіяльна рада разом із настоятелем та парафіянами
меценати, за кошти яких зведено храм
державні структури, що займаються реєстрацією парафій
усе, що вирішується на користь моєї конфесії, завжди правильно!
інший варіант