Константинополь намерен провести реформу в Православной Церкви Чешских земель и Словакии

18 01 2016 |
Владимир Бурега

14 января 2016 года Священный Синод Константинопольского Патриархата принял исторические решения, касающиеся Православной Церкви Чешских земель и Словакии. Портал "Религия в Украине" попросил известного специалиста по истории православия в Чехии и Словакии, проректора Киевской духовной академии по научно-богословской работе УПЦ Владимира Бурегу прокомментировать принятые на Фанаре решения. Публикуем его комментарий в авторской редакции.

12-13 января 2016 г. резиденцию Константинопольского патриарха на Фанаре (Стамбул, Турция) посетили две делегации Православной Церкви Чешских земель и Словакии, которые представляли противостоящие партии этой Церкви. Первая делегация во главе с архиепископом Пражским Михаилом (Дандаром) представляла сторонников Оломоуцко-Брненского архиепископа Симеона (Яковлевича), а вторая, во главе с архиепископом Михаловским Георгием (Странским), представляла сторонников архиепископа Прешовского Ротислава (Гонта). В ходе проведенных в Стамбуле переговоров была достигнута договоренность о преодолении конфликта, который уже несколько лет омрачает церковную жизнь в Чехии и в Словакии.

 

 

Истоки конфликта

 

Кризисная ситуация сложилась в Православной Церкви Чешских земель и Словакии в 2013 г. после ухода на покой митрополита Христофора (Пулеца). 11 января 2014 г. новым Предстоятелем был избран архиепископ Прешовский Ростислав (Гонт). Однако архиепископ Оломоуцко-Брненский Симеон, являвшийся после отставки митрополита Христофора местоблюстителем митрополичьего престола, отказался признать законность избрания нового Предстоятеля.

 

Поместные Церкви по-разному отнеслись к происходящему в Чехии и в Словакии. Так, Русская Православная Церковь признала архиепископа Ростислава законным Предстоятелем, а Константинопольский патриархат продолжал признавать полномочия архиепископа Симеона как местоблюстителя. Масла в огонь подлили резкие высказывания архиепископа Ростислава в адрес патриарха Варфоломея. После этого Константинопольский патриарх заявил о невозможности признать полномочия архиепископа Ростислава как Предстоятеля.

 

В результате в Православной Церкви Чешских земель и Словакии фактически сформировалось два альтернативных Синода. Первый – во главе с архиепископом Ростиславом, который собирался на свои заседания на территории Словакии, а второй – во главе с архиепископом Симеоном, который заседал на территории Чехии. В каждый Синод входило по три епископа. В Синод под руководством архиепископа Ростислава вошли кроме него самого архиепископ Михаловский Георгий и викарий Пражской епархии архиепископ Иоаким (Грды), а к архиепископу Симеону примкнули Пражский архиепископ Михаил (Дандар) и викарий Оломоуцко-Брненской епархии епископ Исаия (Сланинка). Эти Синоды взаимно осудили деятельность друг друга. Кроме того, Синод, возглавляемый архиепископом Ростиславом, заявил о незаконности епископской хиротонии Исаий (Сланинки), которая была совершена по инициативе архиепископа Симеона.

 

К концу 2015 г. ситуация зашла в тупик. Православная Церковь Чешских земель и Словакии оказалась на грани распада. Эксперты заговорили о возможности ее разделения на две автокефальные Церкви: Чешскую и Словацкую. Этот конфликт привел к тому, что Православная Церковь Чешских земель и Словакии фактически была отлучена от участия в подготовки Всеправославного Собора. Надо полагать, что именно это обстоятельство заставило православных иерархов Чехии и Словакии искать компромисса с патриархом Варфоломеем.

 

Как теперь стало известно, еще 19 октября 2015 г. архиепископ Ростислав направил письмо патриарху Варфоломею, в котором попросил прощения за свои оскорбительные высказывания, «которые были произнесены в состоянии эмоционального расстройства и отображали печаль и боль над нестроениями внутри нашей поместной Церкви, и которые не были предназначены для широкой общественности». Архиепископ Ростислав также выразил надежду, что патриарх Варфоломей пригласит его на Синаксис Предстоятелей Поместных Православных Церквей, который запланирован на 21 января 2016 г.

 

И вот 12 января 2016 г. на Фанар прибыли делегации от двух враждующих Синодов. Сначала они провели по отдельности переговоры с митрополитом Пергамским Иоанном (Зизиуласом), митрополитом Силиврийским Максимом (Вгенопулосом) и генеральным секретарем Священного Синода Константинопольской Церкви архимандритом Варфоломеем (Самарасом). Затем была проведена общая встреча двух делегаций с представителями Константинопольского патриархата. В результате был подписан протокол (его русский перевод см. здесь), в котором были обозначены условия возможного примирения конфликтующих партий.

 

14 января состоялось заседание Священного Синода Константинопольской Церкви, на котором было принято решение признать полномочия архиепископа Ростислава как Предстоятеля Православной Церкви Чешских земель и Словакии. Также Синод подтвердил те условия примирения, которые накануне были зафиксированы в протоколе.

 

Условия примирения

 

Из опубликованного Константинопольской патриархией коммюнике (русский перевод см. здесь) видно, что первым и главным условием признания полномочий архиепископа Ростислава является однозначное признание со стороны чешских и словацких иерархов действительности Томоса о даровании автокефалии Православной Церкви Чешских земель и Словакии, изданного Константинопольской патриархией 28 августа 1998 г.

 

Понятно, что этот пункт имеет для Фанара первостепенное значение. Дело в том, что Православная Церковь на территории Чехии и Словакии впервые получила автокефалию еще в 1951 г. от Московской патриархии. Тогда патриарх Алексий I (Симанский) издал грамоту, признавшую полную независимость Чехословацкой Православной Церкви (так она тогда называлась). Однако Константинопольский патриархат не признал законности этого деяния, настаивая на том, что Православная Церковь в Чехословакии должна находиться в его юрисдикции.

 

Лишь в 1998 г. чешским и словацким иерархам удалось добиться издания патриархом Варфоломеем Томоса, которым была дарована автокефалия Православной Церкви Чешских земель и Словакии. Причем Томос 1998 г. не подтверждал уже существующую автокефалию, а именно даровал ее. Константинополь никогда не признавал законности Грамоты патриарха Алексия 1951 г. И потому, например, в 2011 г., когда в Праге состоялись торжества по случаю 60-летия автокефалии Православной Церкви Чешских земель и Словакии, патриарх Варфоломей направил жесткое письмо тогдашнему Пражскому архиепископу Христофору, в котором даже пригрозил дезавуировать свой Томос 1998 г.

 

Теперь, в силу протокола, подписанного 13 января на Фанаре, чешские и словацкие иерархи фактически отказались от признания законности Грамоты патриарха Алексий I, изданной в 1951 г., и однозначно заявили, что признают легитимным исключительно Томос 1998 г. Понятно, что это, скорее всего, повлечет за собой серьезное охлаждение во взаимоотношениях между Православной Церковью Чешских земель и Словакии, с одной стороны, и Московской патриархией, с другой. А значит чешские и словацкие иерархи будут постепенно дрейфовать в сторону Фанара. Но на этом компромиссы не заканчиваются.

 

Томос против Устава

 

Чешские и словацкие иерархи согласились также на то, чтобы в ближайшее время была создана смешанная комиссия из представителей Вселенской Патриархии и Православной Церкви Чешских земель и Словакии, которая займется пересмотром Устава этой Поместной Церкви с целью имплементации в него положений Томоса 1998 г.

 

Непосвященный читатель едва ли поймет, что кроется за этим странным пунктом. На самом деле, здесь сделана серьезная заявка на проведение кардинальной реформы в Православной Церкви Чешских земель и Словакии. Дело в том, что в своей внутренней жизни эта Церковь руководствуется Уставом, который был принят ее IX Собором, работавшим 15-17 октября 1999 г. Однако положения этого Устава далеко не во всем согласуются с положениями Томоса 1998 г. Приведем наиболее характерные примеры.

 

Томос предполагает, что кафедра Предстоятеля Православной Церкви Чешских земель и Словакии находится в Праге. Официальный титул предстоятеля — «Архиепископ Пражский и всей Чехии и Словакии» (пункт А Томоса). Устав же усваивает Предстоятелю титул: «Митрополит Чешских земель и Словакии» (глава 2, пункт 1). При этом Устав оговаривает, что Предстоятель Церкви одновременно является Архиепископом либо Пражской, либо Прешовской епархии (дополнения к статье 2, пункт 2 а). Таким образом, полный титул Предстоятеля этой Церкви может звучать по-разному. Например, в 2006-2013 гг., когда во главе этой Церкви стоял Блаженнейший Митрополит Христофор, одновременно являвшийся и правящим архиереем Пражской епархии, его титул звучал как «Архиепископ Пражский, Митрополит Чешских земель и Словакии». А в 2000-2006 гг., когда Предстоятелем был Блаженнейший Митрополит Николай, возглавлявший вместе с тем Прешовскую епархию, его титул звучал как «Архиепископ Прешовский, Митрополит Чешских земель и Словакии».

 

Таким образом, действующий Устав не закрепляет за Предстоятелем Церкви исключительно Пражскую кафедру. Предстоятель может иметь официальную резиденцию либо в Праге (то есть в Чехии), либо в Прешове (то есть в Словакии). Томос 1998 г. подобных норм не содержит. В нем лишь указано, что митрополит Прешовский является «экзархом Словакии» (пункт А). Но Устав 1999 г. ни о каких экзархах не говорит.

 

Томос 1998 г. предполагает, что Предстоятель Православной Церкви Чешских земель и Словакии имеет титул архиепископа, а правящие архиереи (Прешовский, Оломоуцко-Брненский и Михаловский) являются митрополитами (пункт А). По Уставу же все ровно наоборот: предстоятель именуется митрополитом, правящие архиереи Пражской и Прешовской епархий являются архиепископами, а остальные иерархи являются епископами. Здесь Устав Православной Церкви Чешских земель и Словакии явно ориентируется на московскую церковную традицию, в которой митрополит по статусу выше архиепископа. Томос же 1998 г. предполагает титулатуру, соответствующую греческой традиции (а здесь титул архиепископа считается более высоким, чем митрополита).

 

Устав 1999 г. предполагает, что Православная Церковь Чешских земель и Словакии состоит из двух автономных частей. Первая распространяет свою власть на территорию Чешской Республики, а вторая – на территорию Словацкой Республики. В этих двух государствах действуют два самостоятельных Соборных органа — Митрополичий совет Чешских земель и Митрополичий совет Словакии. Их состав и порядок работы установлен в 13 главе Устава. Митрополичьи советы являются исполнительными органами Собора Православной Церкви Чешских земель и Словакии. В каждый из Митрополичьих советов входят архиепископ (соответственно, Пражский либо Прешовский), епископы соответствующей территории, по три представителя от каждой епархии той же территории, декан Православного богословского факультета и представитель Братства православной молодежи. Каждый из Митрополичьих советов должен собираться на рядовые заседания не реже четырех раз в год. Не менее двух раз в год на заседании Митрополичьего совета Чешских земель должен присутствовать председатель Митрополичьего совета Словакии и наоборот. Митрополичьи советы, в частности, координируют церковную жизнь в двух государствах, заботятся о реализации постановлений Собора и Священного Синода и соблюдении норм Устава, имеют надзор над хозяйственной и административной церковной деятельностью. Митрополичьи советы формулируют предложения для обсуждения на Соборе, обеспечивают технические условия для созыва и работы Собора, выполняют ряд других функций.

 

В Томосе 1998 г. существование Митрополичьих советов не предусмотрено. Здесь лишь говорится, что «экзарх Словакии» имеет право «созывать на церковные собрания высокопреосвященных митрополитов и других клириков Словакии, которых определяет Священный Синод автокефальной Церкви Чехии и Словакии». Все решения таких собраний должны представляться на утверждение Священного Синода Православной Церкви Чешских земель и Словакии.

 

Томос 1998 г. предполагает также, что для осуществления церковного суда над епископами Православной Церкви Чешских земель и Словакии могут быть привлечены «одобренные Вселенским Патриархом иерархи исключительно из юрисдикции Матери Церкви, т. е. Константинопольской кафедры» (пункт D). Устав же 1999 г. не предполагает участия епископов Константинопольской Церкви в осуществлении суда над чешскими и словацкими иерархами.

 

В пункте G Томоса говорится, что «Церковь в Чехии и Словакии берет в знак единства с Матерью Церковью святое миро от Вселенского Патриархата». Устав же 1999 г. такой нормы не содержит.

 

Как мы видим, между Томосом 1998 г. и действующим Уставом Православной Церкви Чешских земель и Словакии существуют принципиальные расхождения. Фактически нормы Томоса не были внедрены в церковную жизнь в Чехии и Словакии. И это не могло не раздражать патриарха Варфоломея. Теперь Константинополю удалось добиться согласия чешских и словацких иерархов не только на то, что положения Томоса будут наконец имплементированы в Устав, но и на то, что пересмотр Устава будет проведен под надзором иерархов Константинопольского патриархата. Это крупная стратегическая победа Фанара. По сути дела, чешские и словацкие иерархи дали согласие на проведение масштабной церковной реформы при прямом участии Константинополя. Кстати, в тексте коммюнике титулы иерархов в Чехии и в Словакии употребляются именно так, как того требует Томос 1998 г. Это означает, что Фанар фактически игнорирует внутреннее законодательство Православной Церкви Чешских земель и Словакии.

 

Далее в коммюнике говорится, что архиепископ Симеон (Яковлевич, в тексте коммюнике он назван митрополитом) остается правящим архиереем Оломоуцко-Брненской епархии. По икономии Константинопольский патриархат признал каноничность епископских хиротоний иеромонаха Михаила (Дандара) и архимандрита Исаий (Сланинки). Все клирики, уволенные со своих должностей во время конфликта, должны быть восстановлены в служении.

 

Итоги

 

Достигнутые на Фанаре договоренности могут иметь далеко идущие последствия.

 

Во-первых, очевидно, что теперь Православная Церковь Чешских земель и Словакии возвратится к участию в подготовке Всеправославного Собора. Если этот Собор все-таки состоится, на него теперь сможет прибыть и делегация чешских и словацких иерархов.

 

Во-вторых, есть все основания полагать, что Православная Церковь Чешских земель и Словакии отныне будет уверенно двигаться в орбиту влияния Константинополя. Это может означать новый поворот в непростой истории этой Церкви. Напомним, что в 1920-30-е гг. за право на каноническую юрисдикцию над Чехией и Словакией активно боролись Сербская и Константинопольская Церкви. Во второй половине ХХ в. борьба велась уже между Константинополем и Московской патриархией. Похоже, что Константинополь одержал в этой борьбе если и не окончательную, то во всяком случае очень важную стратегическую победу.

 

В-третьих, если Константинопольский патриархат проявит последовательность и настойчивость, он сможет в ближайшее время существенно переформатировать внутреннее устройство Православной Церкви Чешских земель и Словакии. Причем в новой версии Устава этой Церкви теперь должны будут появиться пункты об особых прерогативах Константинополя (например, об обязательности получения из Константинополя святого мира и о признании за Константинополем права на осуществление церковного суда над чешскими и словацкими епископами).

 

В-четвертых, грядущая имплементация норм Томоса 1998 г. в Устав Православной Церкви Чешских земель и Словакии может вновь поставить в трудное положение архиепископа Ростислава. Ведь он является не Пражским, а Прешовским архиепископом. А Томос 1998 г. предполагает, что кафедра Предстоятеля должна находиться в Праге. Это может стать зародышем нового конфликта. Не исключено, что теперь на статус Предстоятеля будет претендовать Пражский архиепископ Михаил (Дандар).

 

Любопытно и то, что Константинополь в административном порядке «по икономии» признал легитимность епископских хиротоний, которые ранее объявлялись незаконными. Хотя в коммюнике специально подчеркнуто, что это решение нельзя рассматривать как прецедент, все равно, оно не может не обратить на себя внимание. Известно, что в последние десятилетия Константинопольский патриархат гораздо более мягко относится к вопросу о признании законности сомнительных епископских хиротоний, чем, например, Московский патриархат. Так, в 1998 г. по настоянию патриарха Варфоломея Собор Предстоятелей Поместных Православных Церквей в Софии принял в общение с Церковью всех болгарских иерархов, рукоположенных в расколе. Акты этого Собора были подписаны представителями всех Поместных Церквей (в частности, от Русской Православной Церкви его подписали патриарх Алексий II, митрополит Кирилл (нынешний Московский патриарх) и митрополит Климент (Капалин)). Правда, затем Священный Синод Московского патриархата заявил особое мнение по этому поводу, но решения Собора в Софии остались в силе. Теперь мы видим еще один пример того, как Константинопольский патриархат принимает в общение епископов, законность хиротоний которых до этого на Фанаре оспаривали.

 

Понятно, что принятые в Стамбуле решения имеют важное значение не только для Православной Церкви Чешских земель и Словакии. Они важны для всего мирового православия. Фактически мы видим, как одна из автокефальных Церквей делегировала другой Церкви право пересматривать свое внутренне устройство.

 

Устав Православной Церкви Чешских земель и Словакии является довольно демократичным. Он предполагает активное привлечение мирян к делам церковного управления. Потому не исключено, что попытки внесения в этот Устав радикальных изменений могут натолкнуться на противодействие как рядового духовенства, так и простых прихожан.

 

Фото illyabey.livejournal.com

Теги:
2047







Матеріали по темі







Для того, щоб коментувати матеріали Religion.in.ua, необхідно авторизуватися на сайті за допомогою сервісу F-Connect, який використовує дані вашого профілю в соціальній мережі Facebook . Religion.in.ua використовує тільки ті дані профилю, доступ до яких ви дозволили сайту



Коментарі розміщюються користувачами сайту. Думка редакції не обов'язково збігається з думками користувачів.
Відвідувачі, що знаходяться в групі Гости , не можуть залишати коментарі в даній новині.
Останні коментарі
Опитування
настоятель парафії
парафіяльна рада разом із настоятелем та парафіянами
меценати, за кошти яких зведено храм
державні структури, що займаються реєстрацією парафій
усе, що вирішується на користь моєї конфесії, завжди правильно!
інший варіант