Самой главной проблемой современного монашества является отсутствие или скудость духовного руководства, заявил благочинный VIII округа Калужской епархии игумен Игнатий Душеин. Между тем, настоящее монашество, по его словам, возможно только при преемстве от наставника к ученику.
Игумен Игнатий сказал: «Исчезли наставники, прервалось преемство. Массовое восстановление обителей, многочисленные постриги и золоченые купола не заменят наставника, который уже прошел путь духовной брани и может научить других. Можно открыть сотни великолепных колхозов и богаделен, постричь и разодеть в красивые одежды массу мужчин и женщин, и назвать все это возрождением монашества. Но монашество немыслимо без духовного руководства».
По словам игумена Игнатия, руководить иноком может только тот, у кого у самого был руководитель. Это замкнутый круг. Однако Бог, по словам игумена Игнатия, иногда разрывал этот круг.
Например, преподобный Сергий Радонежский никогда не имел руководителя в монашестве, однако сам стал хорошим руководителем. То же самое было с преподобным Паисием Величковским. Однако это исключения.
Игумен Игнатий также сказал, что из-за исчезновения в наше время великих духовных наставников сейчас уже невозможно беспрекословное послушание руководителям. Причем, таких наставников в монастырях, по его словам, нет уже давно. Еще в XIX веке святитель Игнатий Брянчанинов писал, что боговдохновенных наставников нет. Поэтому он не советовал своим современникам практиковать древнее монашеское делание – беспрекословное послушание.
Отвечая на вопрос об отличии духовной брани монаха от духовной брани мирянина, игумен Игнатий сказал: «В общем, брань у всех христиан одна: со своими немощами, грехами, гордыней, с духами злобы поднебесной. Просто у монаха в идеале эта брань идет на другом уровне. Если в обычной жизни человек старается удержаться от греховных дел и слов, то монах призван одержать победу в самом источнике греха, там, где рождаются мысли и волевые решения. В духе, в уме – в том духовном месте, которое святые отцы называли сердцем человека – там и идет брань монаха. Хотя надо отметить, что там же должна идти брань у всех нас».
По мнению игумена Игнатия, в наше время жизнь в монастырях уже не настолько «экстремальная», как в древности, зато жизнь в миру стала гораздо трудней в духовном плане. Он сказал: «Благочестивая жизнь в миру стала в наше время величайшим подвигом, а воспитание в вере детей – отчаянным героизмом, подвижничеством, исповедничеством».
Игумен Игнатий сказал: «Исчезли наставники, прервалось преемство. Массовое восстановление обителей, многочисленные постриги и золоченые купола не заменят наставника, который уже прошел путь духовной брани и может научить других. Можно открыть сотни великолепных колхозов и богаделен, постричь и разодеть в красивые одежды массу мужчин и женщин, и назвать все это возрождением монашества. Но монашество немыслимо без духовного руководства».
По словам игумена Игнатия, руководить иноком может только тот, у кого у самого был руководитель. Это замкнутый круг. Однако Бог, по словам игумена Игнатия, иногда разрывал этот круг.
Например, преподобный Сергий Радонежский никогда не имел руководителя в монашестве, однако сам стал хорошим руководителем. То же самое было с преподобным Паисием Величковским. Однако это исключения.
Игумен Игнатий также сказал, что из-за исчезновения в наше время великих духовных наставников сейчас уже невозможно беспрекословное послушание руководителям. Причем, таких наставников в монастырях, по его словам, нет уже давно. Еще в XIX веке святитель Игнатий Брянчанинов писал, что боговдохновенных наставников нет. Поэтому он не советовал своим современникам практиковать древнее монашеское делание – беспрекословное послушание.
Отвечая на вопрос об отличии духовной брани монаха от духовной брани мирянина, игумен Игнатий сказал: «В общем, брань у всех христиан одна: со своими немощами, грехами, гордыней, с духами злобы поднебесной. Просто у монаха в идеале эта брань идет на другом уровне. Если в обычной жизни человек старается удержаться от греховных дел и слов, то монах призван одержать победу в самом источнике греха, там, где рождаются мысли и волевые решения. В духе, в уме – в том духовном месте, которое святые отцы называли сердцем человека – там и идет брань монаха. Хотя надо отметить, что там же должна идти брань у всех нас».
По мнению игумена Игнатия, в наше время жизнь в монастырях уже не настолько «экстремальная», как в древности, зато жизнь в миру стала гораздо трудней в духовном плане. Он сказал: «Благочестивая жизнь в миру стала в наше время величайшим подвигом, а воспитание в вере детей – отчаянным героизмом, подвижничеством, исповедничеством».
Теги: монахи возрождение духовники духовная брань
dutchak1 написал: