Главный спикер РПЦ о мистическом смысле противостояния с Западом и о том, почему настоящее христианство — это всегда скандал

Некоторое время назад в Москве активно озвучивали оценки Татарстана как места, где угнетают православных. Но на самом деле руководство республики многое делает для того, чтобы церковная жизнь нормально развивалась. Об этом в ходе интернет-конференции с читателями «БИЗНЕС Online» заявил председатель синодального отдела по взаимоотношениям церкви и общества протоиерей Всеволод Чаплин. По его мнению, между исламом и православием нет конкуренции, но если в России и случится революция, то по одну сторону будут «псевдорусские нацисты», а по другую — «псевдомусульманские боевики».

«ТАТАРСТАН — ЭТО ПРЕКРАСНАЯ ЗЕМЛЯ С ПРЕКРАСНЫМИ ЛЮДЬМИ»


— Отец Всеволод, как из Москвы видится Татарстан и ситуация здесь?

— Татарстан — это прекрасная земля с прекрасными людьми. Меня очень радует, что здесь появляются новые поколения активных людей — как мусульман, так и православных. Некоторое время назад в Москве активно озвучивали оценки Татарстана как места, где угнетают православных. Да, есть проблемы, которые нуждаются в разрешении, но очевидно, что руководство республики много делает для того, чтобы нормально развивалась церковная жизнь.

За последние полтора-два года активизировалась деятельность православного духовенства. Это касается и епархии, и обновляемой духовной семинарии, которая, даст Бог, рано или поздно сможет стать основой для возрождения славной исторической Казанской духовной академии. Самое главное — ты видишь молодых людей, которые с полным осознанием собственной ответственности пытаются жить по вере и переустраивать окружающую реальность на основе высоких нравственных идеалов.

На встрече Святейшего патриарха Кирилла с молодежью очень интересно выступал молодой человек из Татарстана Артем Гаранин. По этому выступлению и по общению с активными молодыми людьми в митрополии, в Российском исламском институте видишь, что у людей есть желание трудиться, есть мысли о будущем, есть способность это будущее созидать на основе самых высоких духовных и нравственных принципов.

— Вы согласны, что гармонично существуют православная и мусульманская общины в Татарстане?

— Имейте в виду, этому сосуществованию уже много веков, не надо ссылаться только на советский опыт. Сегодня налицо новая реальность, когда религиозная и этническая идентичность становится для людей самой главной. Эту реальность не стоит пытаться отменить, зафиксировав ушедший в прошлое советский опыт. Но мне очень хочется верить, более того, я убежден, что на новой основе — на основе умения людей, имеющих предельно сильную религиозную или этническую идентичность, мы можем договариваться напрямую друг с другом. Многовековой опыт совместной мирной жизни в России в целом и в Татарстане в частности людей разных национальностей и вер будет сохранен и обогащен.

ПСЕВДОРУССКИЕ НАЦИСТЫ И ПСЕВДОМУСУЛЬМАНСКИЕ БОЕВИКИ


— Какие в целом отношения выстраиваются у РПЦ с исламом?

— Тема слишком большая для того, чтобы можно было кратко на нее ответить. Но это не конкуренция. Все-таки у нас в основном разные социумы, которые живут по собственным правилам. Люди, конечно, разделены по принципу религии. Это нормально. У людей разные убеждения, разный образ жизни, разные правила, которые для них важнее любых человеческих законов. И это реальность. Да, мы разные. Да, каждый из нас считает свою религию единственно истинной, иначе и быть не может.

Но при этом в истории России и в современной жизни России нам удавалось в течение веков жить в мире, проводя определенные границы между жизненными пространствами друг друга и одновременно добиваясь того, чтобы для нас общие цели были значимыми, особенно в те моменты, когда страна испытывает серьезные вызовы и угрозы. Вспомним Великую Отечественную войну или нынешнюю ситуацию, в которой нас пытаются «прогнуть» через экономическое, политическое и отчасти военное давление. Быть разными, но уметь строить достойные отношения друг с другом без всякого посредничества в виде экспертов, руководствующихся западными рецептами, — это то, что у нас, в общем, всегда получалось. Надеюсь, получится и в будущем.

— Проблема ваххабизма — одна из актуальных не только для Татарстана, но и для всей России. Среди некоторых православных порой бытует мнение, что ваххабизм — это сугубо внутреннее дело мусульман и церковь не может высказывать свое отношение по этой теме. Хотя массовые поджоги церквей в Татарстане показали, что ваххабизм в России угрожает и православию тоже. Различают ли в церкви традиционный ислам и ваххабизм? Есть ли позиция русской православной церкви по отношению к ваххабизму? Или церковь должна устраниться от внутримусульманского противостояния, заняв позицию наблюдателя со стороны? (Раис Сулейманов)

— Вы знаете, с одной стороны, я понимаю тех людей — молодых и не очень молодых, которые настаивают на праве жить и обустраивать свой социум по своей вере. И вовсе не каждую такую группу людей нужно обвинять в экстремизме, настаивая, что она должна быть исключена из жизни страны. Но есть, конечно, экстремистские группы, кстати, вовсе не только среди мусульман — есть и псевдохристианские секты, и неоязычники, которые по большому счету действуют под руководством внешних для России центров, и их деятельность направлена на силовое изменение общественного уклада.

С общественным укладом, сложившимся в России, с тем же капитализмом, той же демократией можно спорить. Проблема возникает тогда, когда начинают идти по силовому пути изменения этого уклада — вопреки воле нашего народа. И конечно, большую опасность представляют те движения, которые исполняют, сознательно или несознательно, внешний заказ по организации в России тотальной войны всех против всех. Я постоянно говорю моим друзьям-либералам, с которыми общаюсь больше 30 лет: вы зря считаете, что вы выиграете от «оранжевой революции» в России. В этой революции, если она, не дай Бог, состоится, будете участвовать не вы, а с одной стороны — псевдорусские нацисты, с другой — псевдомусульманские боевики. К сожалению, наши либералы этого не понимают. Они не понимают, что если все-таки будет, не дай Бог, революция, то все произойдет, как в 1917 году: благодушные интеллектуалы будут прятаться по подворотням и подъездам, а выиграют самые мрачные, жесткие и агрессивные силы.

«НЕ ДОЛЖНЫ ПРАВОСЛАВНЫЕ РОДИТЕЛИ ОТДАВАТЬ СВОИХ ДЕТЕЙ НА КУРС СВЕТСКОЙ ЭТИКИ»


— Планирует ли Святейший патриарх Кирилл посетить Татарстан? Если да, то в какие сроки? (Евсеев)

— Конкретных планов относительно визита в настоящее время нет. Вопрос рассматривается и будет рассматриваться дальше. Очень бы хотелось, чтобы в ходе подготовки к этому визиту — не в ходе визита как такового, а в ходе подготовки — были разрешены те сложные вопросы церковно-государственных отношений, которые ставятся нами в связи с возможной подготовкой к этому визиту.

— А что препятствует визиту?

— Я бы не стал сейчас подробно рассказывать о деталях ведущихся переговоров, но для меня совершенно однозначно следующее: как международное, так и российское законодательство совершенно однозначно говорит о том, что семья имеет исключительное право решать, что будет преподаваться в школе ребенку: религиозное мировоззрение, общий курс обо всех религиях или нерелигиозное мировоззрение, светская, то есть атеистическая этика. Это решает не руководство регионов, не директор школы, а родители.

Если они приходят в школу и говорят: мы хотим, чтобы нам преподавались основы православия, или основы ислама, или, положим, светская атеистическая этика, то эта воля является окончательной, никто не имеет права (и по международному праву, и по российскому) загонять всех в тот или иной общий курс. Не должны православные родители сегодня соглашаться на то, чтобы им преподавался курс, который отстраненно говорит обо всех религиях. И уж тем более не должны православные родители отдавать своих детей на курс светской этики, который является, по сути, курсом безрелигиозных этических правил.
 

— На этот счет поступили вопросы с «обеих сторон»: «В Татарстане под запретом преподавание основ православной культуры. Мы с мужем хотели, чтобы нашу дочь в школе обучали ОПК в четвертом классе, но нам сказали, что выбрать можно либо основы мировых религий, либо основы светской этики. Как быть? Казань, школа №95» (Марина); «У нас церковь отделена от государства, и я не понимаю, почему в школах надо преподавать основы какой-то одной из религий. Тем более что государство у нас еще и многонациональное. А вот историю основных мировых религий — почему бы и нет. Для общего развития. А вы как считаете?» (Зуфар)

— У нас нет государственного или общеобязательного мировоззрения, поэтому от государства отделены все мировоззрения, но в школе может быть представлено любое мировоззрение, светское или религиозное. У нас школа от церкви не отделена — не случайно в Конституции этот советский принцип был устранен, и в школе могут и должны быть представлены разные мировоззрения, особенно если это государственная школа, которая должна подстраиваться под наличие в обществе разных мировоззренческих групп.

Какое мировоззрение преподается в школе, решает только семья. Школа обязана это обеспечить, даже если это одна семья. Если есть, предположим, одна семья верующих евреев, эта семья однозначно имеет право на то, чтобы именно ее мировоззрение, иудейская культура преподавались ее ребенку в школе.

— Есть же церковно-приходские школы, мусульмане, пожалуйста, ходят в медресе...

— Тогда должен быть абсолютно равный доступ к разным типам школ. Если следовать вашей логике, нужно просто передать две трети школ из государственных в частные руки, чтобы выбор между государственной, исламской и православной школой был в каждом конкретном месте.

— Религия — это дело частное?

— Не только.

— Государственное?

— Должен быть равный доступ к религиозному и нерелигиозному мировоззрению, причем за государственный счет. Именно так.

— На основе чего?

— На основе того, что мировоззрения равны.

— Разве налогоплательщик должен оплачивать прихоти верующих?

— Должен. Как и неверующих. Какое мировоззрение преподается в школе конкретному ребенку, решают его родители. Это однозначно так и только так! Это определено большим количеством норм международного права. Кстати, семья точно так же имеет право на выбор между государственной и негосударственной школой, и это право, конечно же, связано с возможностью физического доступа к государственной и негосударственной школам. То есть нужно либо отдать государственные школы (по крайней мере половину) в негосударственные руки, либо нужно построить такое же количество негосударственных школ, как существует государственных, чтобы ребенок и родители могли выбрать: вот, пожалуйста, рядом с домом есть школа государственная и есть негосударственная.

— Как учитывается сложный этноконфессиональный баланс, который есть в регионах? Это же не только в Татарстане, это еще ряд кавказских республик отказывается любые религии допускать в школы?

— Во всех регионах России есть такая возможность, исключения два — это Башкортостан и Татарстан. И там, где есть большие группы людей разных вероисповеданий и национальностей, система выбора тоже прекрасно работает. Более того, она работает в таких сложных регионах, как Балканы, где войны были связаны в том числе с религиозной идентификацией людей. Это вообще единственная работающая система. Загнать всех в одно мировоззрение не получается. И не получится! Люди должны идти в школы и требовать свои права. Если эти права не соблюдаются — обращаться в суды всех уровней.

— У нас, по-моему, нет подобных судебных дел в Татарстане. Тут ведь момент какой: 30 процентов смешанных браков. То есть закладывается конфликт между отцом и матерью: чему будет ребенок учиться — православию либо мусульманству...

— Это должна решать семья. Никакого права это решать не имеют руководство региона и руководство школы.

— То есть пусть взорвется регион, пусть будут конфликты, лишь бы право было реализовано отдельных людей? Мы специально обостряем вопрос.

— Никакого взрыва не будет. Взрыв будет, если законные права будут отрицаться и люди будут подавать в суды.

— Ни одного суда нет, к счастью!

 
 

— К сожалению.

— Очень большая ценность в Татарстане — именно межконфессиональный мир.

— Не может быть мира за счет подавления воли людей.

— Мы же видим, что нет судов, нет протеста.

— Так давайте устроим тогда все-таки свободные собрания в школах, где люди без всякого давления смогут выразить свою волю в отношении выбора одного из тех шести модулей, которые предлагает федеральное законодательство.

— Или провести социологический опрос?

— Нет, социологические опросы — это очень лукавая вещь. Нужны собрания в школах, где конкретные семьи могли бы высказаться в пользу одного из шести модулей: основы мировых религиозных культур, основы православной культуры, исламской культуры, буддийской культуры, иудейской культуры или светской этики, то есть этики для неверующих.

— Может ли патриархия помочь русским и православным детям Республики Татарстан избежать поголовного и несогласованного с их родителями халяля в образовательных учреждениях? (М.Ю. Щеглов)

— Я никогда не боялся употреблять халяльное мясо. Я не считаю, что в нем есть что-то недопустимое для христианина. И кошерное тоже употреблял много раз, хотя я знаю, что есть православные люди, которые отказываются от употребления халяльной и кошерной пищи. Я же благославляю трапезу и употребляю самые разные продукты в пищу.

Вы знаете, если есть люди, которые не хотят в обязательном порядке получать халяльное питание, может быть, им нужно дать возможность это питание в обязательном порядке не употреблять. Но в целом я не вижу здесь большой беды. И надеюсь, что, с одной стороны, для тех людей, которые не желают употреблять халяльное питание, будут сделаны какие-то исключения, а с другой стороны, люди будут относиться к этой проблеме без излишнего, я бы сказал, недоверия к тому, что делается в другой религиозной традиции. 
 

«ИСТОРИЧЕСКИЙ ОБРАЗ РОССИИ СФОРМИРОВАН ПРАВОСЛАВИЕМ»


— Как вы видите место и роль церкви в политической системе России? (Луиза)

— Церковь — это не политическая организация в том смысле, что она не является органом власти и не борется за власть.

— Но вы как-то высказывались, что даже партии могут быть религиозного толка.

— Если какая-то партия считает для себя важными христианские или исламские ценности, почему нет? При этом на самом деле я был бы против того, чтобы церковь стала частью государственного аппарата или имела государственные функции. В этом и заключается принцип отделения религиозных объединений от государства. Религиозные объединения не являются органами власти, а государство не несет на себе функции религиозной общины.

Но в то же время верующие люди, будучи политиками, государственными деятелями, военными, учеными, врачами, художниками, поэтами, имеют полное право действовать как мусульмане или как христиане в тех основных сферах жизни, в которых они работают. И имеют полное право высказываться на любые темы, как и священники, и монахи, и архиереи, семинаристы, студенты медресе, имамы, муфтии и так далее.

Политическая деятельность — это деятельность по управлению государством и по осуществлению борьбы за власть или за отстаивание властных позиций. Вот в этой деятельности, конечно, религиозные общины участвовать не должны, но члены этих общин участвуют в данных процессах, как и в любых других.

— Какова роль РПЦ в современной России? Это духовный маяк?

— Я считаю, что это роль силы, которая объединяет большинство народа России, и это сила, которая устанавливает ценности. От этого, конечно, могут дистанцироваться люди, которые не являются членами церкви, но все-таки наша страна сформирована православием. И можно быть достойнейшим гражданином России, при этом являясь мусульманином, буддистом, иудеем, католиком, протестантом, атеистом. Но я бы попросил иметь в виду тот факт, что все-таки сама культура, сам исторический образ России сформированы православием — вот такие мы, вот такие у нас исторические, культурные, если хотите, политические и экономические интуиции.

— Считаете, Россия — православная страна?

— Я считаю, что да. Православная страна с мощным мусульманским, иудейским, буддийским, католическим, протестантским факторами. И эти факторы очень важны, без них Россия была бы неполной, особенно без исламского фактора. У нас огромное количество мусульман, и в значительной степени они вместе с русским народом сформировали Россию. Но вектор развития у нее все-таки свой, и это вектор не западный и не определяемый теми силами, которые находятся к востоку и к югу от нашей страны. У нее свой вектор, связанный с православием.

— Самостоятельная цивилизация Россия?

— Абсолютно так. 

«МЫ НЕ МОЛЧАЛИ, ПРОСТО НАС НЕ ПОКАЗЫВАЛИ ПО ТЕЛЕВИЗОРУ»


— Какой этап в своем развитии РПЦ сейчас переживает? Ренессанс, подъем?

— Церковная жизнь всегда едина, я бы не выделил никаких этапов в церковной истории...

Продолжение см. тут

 

Теги: