Знаменательным даром по случаю юбилея стал переданный Блаженнейшим Владыкой омофор, в котором святой Патриарх Александрийский Мелетий Пигас подписал Соборное деяние о предоставлении Русской Церкви Патриаршего достоинства.
«Ваше Блаженство, я от всего сердца благодарю Вас лично. Думаю, к этой благодарности присоединяется весь епископат, клир, верующий народ нашей Церкви. Вы преподнесли нам великую историческую святыню», ― с такими словами Святейший Патриарх Кирилл обратился к Блаженнейшему Папе и Патриарху Феодору, отметив, что этот омофор будет храниться в музее кафедрального Храма Христа Спасителя «в память и о том историческом событии, и о Вашей большой любви к Русской Православной Церкви».
http://www.patriarchia.ru/db/text/5076449.html
Даже если это омофор действительно Мелетия, неужто у него был лишь один омофор? И неужели память о событии в бесконечно удаленной от Египта московской епархии так бережно хранилась, что помнили, кто во что был одет? Омофор сей Мелетием использовался на соборе в Стамбуле. Потом хранился в Египте. Кто хранил память об этом его стамбульском эпизоде?
В общем, обычные греческие разводки со "святынями". Странно еще, что не был подарен пузырек с тьмою египетскою.
Этот Мелетий долго отказывался признать русскую автокефалию.
Мелетий восстал против законности и правильности единоличного посвящения Иеремиею Московского патриарха и против правильности Собора 1590 года, как не выражающего голоса всей Восточной Церкви.
«Я очень хорошо знаю, — писал он Иеремии, — что ты погрешил возведением Московской митрополии на степень патриаршества, потому что тебе небезызвестно (если только новый Рим не научился следовать древнему), что в этом деле не властен один патриарх, но властен только Собор, и притом Вселенский Собор; так установлены все доныне существующие патриархии. Поэтому Ваше Святейшество должно было получить единодушное согласие остальной братии, так как согласно постановлению отцов Третьего Собора всем надлежит знать и определять то, что следует делать всякий раз, когда рассматривается вопрос общий. Известно, что патриарший престол не подчиняется никому иному, как только Кафолической Церкви, с которою он соединен и связан исповеданием единой и неизменяемой православной веры. Я знаю, что ты будешь поступать согласно этим началам и то, что ты сделал по принуждению, по размышлении уничтожишь словесно и письменно. Но так как наши слова не приводят тебя пока ни к чему доброму, а только к смущению, гневу и их последствиям, то я избавляю Ваше Святейшество от моих упреков и самого себя от хлопот и молю Бога быть милостивым к вам во всем на будущее время».
Таким образом, один из известнейших и ученейших восточных патриархов открыто восстал против законности учреждения Иеремиею Русского Патриархата, как сделанного им единолично, без согласия и одобрения других восточных иерархов, на что Иеремия решительно не имел никакого права и поступил в этом случае в духе Ветхого Рима. Но этого мало: Мелетий прямо заявляет, что Иеремия так поступил только по принуждению, и выражает уверенность, что Иеремия, поразмыслив, сделанное им по принуждению уничтожит и словесно, и письменно. Голос Мелетия, человека в высшей степени ученого, строгого канониста и притом очень влиятельного на Востоке, серьезно грозил уничтожить сделанное Иеремиею в Москве, тем более что Пигас мог найти себе сильную поддержку в среде других греческих иерархов, которые подобно Иерофею Монемвасийскому очень неодобрительно смотрели на учреждение русского патриаршества, видели в этом унижение Греческой I Церкви, дело хитрости и насилия со стороны русских"
(Каптерев. Характер отношений России к православному Востоку // Собр соч. т.1. М., 2008, с. 70)
Но его вовремя подкупили:
"В 1592 году Государь Феодор Иоаннович послал для александрийского патриарха Мелетия "шапку служебную святительскую, для святой воды чашу золотую, убрусец низан жемчугом дробным и четыре сорока соболей".
В следующем году - 520 золотых, два сорока соболей
(архим. Порфирий Успенский. Александрийская патриархия. т.1. Спб., 1898,с. 138)
Кстати, в ту пору только александрийский папа служил в митре.
В патриаршество Мелетия он был единственным епископом во всем своем патриархате. даже викариев у него не было (с. LХVII). И спустя полвека Арсений Суханов вопрошал - "александрийский над кем будет патриарх? Только всего у него в церкви по всей епархии, а не имеет под собою ни единого митрополита и архиепископа и епископа - над кем же он будет патриарх?"
Также стоит отметить, что предшественник Мелетий - Сильвестр - в 1585 году "от лица Иоанна Богослова предсказывал царю Феодору Иоанновичу чадородие и наследие царя Константина в недогое время" (с. LVIII). Однако царь Феодор смог через 7 лет родить лишь одну дочь (1592), Феодосию, прожившую всего девять месяцев и скончавшуюся в том же году. И во владение Константинополем он не вступил...
Русскому послу в Стамбуле он вручил богородичную просфорку и сказал, что если ее кусочек бросить в море во время шторма, то буря стихнет. Разводя царя на бабки, бросил странную фразу - "ныне патриаршество свое предаю твоему благочестивому царству".
А вот загадочное про Мелетия:
"В качестве посла султана к Скифам, Мелетий убедил их не переходить Дунай и не воевать против христиан; его послушали" (с. LХIV). Скифы - это, наверно, запорожцы.
А "вишенка" подарка "от Мелетия" в том, что именно Мелетий похоронил главный замысел московитов: возвести своего епископа не просто в патриаршее достоинство, но сделать его первым патриархом православного мира ("Третий Рим" и все такое). Собор же, проведенный Мелетием, оставил его на пятом месте.
Теги:
dutchak1 написал: