Немного об автокефальной соборности в День Соборности Украины

Три юбилейные даты – 100-летие Соборности Украины (22 января), 90-летие Филарета (Денисенко) (23 января) и 40-летие Епифания (Думенко) (3 февраля) – венчают собой завершение «романтического периода» истории борьбы за украинскую автокефалию. Мы стоим на пороге довольно серьезной борьбы за реальный передел сфер влияния в украинском православии, драматизм которой может усилиться по мере роста степени непредсказуемости президентских выборов в Украине, первый тур которых назначен на 31 марта.

Признаться, «романтический период» тоже местами был далек от совершенного романтизма. Многое делалось за закрытыми дверями (до сих пор не опубликован договор между Украиной и Константинопольским патриархатом!), что-то спешно и «не по процедуре», в общем - осталось ощущение некоторой суеты, неуместной для столь исторического события, к которому, по идее, украинский народ шел не одно столетие. Ну да ладно, после того, как цель достигнута, спишем все эти недостатки процедуры на суровость военного времени, неумелость политиков и беспрецедентность исторического момента. Все же, при всех его недостатках, «романтический период» и последовавший за ним «медовый месяц автокефалии» запомнились как светлые страницы новейшей украинской истории. В конце концов, за все это время не пролилось ни капли разноюрисдикционной православной крови, которой так выпрашивала Москва.

Однако праздник не может быть бесконечным, тем более если он, как мы уже отметили, празднуется «по сокращенной программе». Патриарх (во всех смыслах этого слова) советской и украинской церковной политики Филарет (Денисенко), невзирая на свое 90-летие, вновь выходит на авансцену. Да, еще в декабре стало известно, с каким трудом удалось провести Объединительный Собор 15 декабря на сценарию, придуманному именно этим могучим старцем. Собор начался со многочасовым опозданием, но все же проголосовал за кандидата – не порошенковского и не константинопольских экзархов, - а его, Филарета. За его патриаршего наместника, юного по архиерейским меркам Епифания (Думенко).

И вот, выждав небольшую рождественскую паузу, Филарет опять переходит в наступление. Понятно, что ему трудно и противоестественно принять такой статус Украинской Церкви, который означал бы отказ от достижений Киевского патриархата и значительное снижение статуса Украинской Церкви даже по сравнению с тем временем, когда она была «непризнанной». Вероятно, трудно принять ему, опытному бойцу, и полное списание на покой, невнятный «почетный» статус с неоговоренным официально титулом. Трудно – во всяком случае, до тех пор, пока новорожденное детище Константинопольской Матери-Церкви не станет в полный рост полуупраздненного, но не смирившегося Киевского патриархата. (Между прочим, не обязательно быть украинским националистом, чтобы почувствовать всю несообразность 15-го места в диптихе для 1000-летней Церкви с тысячами приходов, которая теперь вроде бы уступает крохотным Албанской или Чешских земель и Словакии поместным Церквам).

Накануне праздника Крещения Господня Филарет издает распоряжение с неуказанным адресатом, где повелевает за богослужениями «в Украинской Православной Церкви» поминать себя как «Святейшего Филарета, Патриарха Киевского и всея РУСИ-Украины», а Епифания – как «Блаженнейшего Митрополита Киевского и всея Украины». Это очень напоминает диспозицию, существовавшую в УПЦ КП в 1992-95 гг., пока Филарет не стал ее единоличным предстоятелем. Тогда там тоже поминались Патриархи Киевские и всея Руси-Украины (сначала Мстислав, а потом Владимир) и Митрополит Киевский и всея Украины Филарет, принесший с собой этот титул из УПЦ МП. Возрождая ту забытую практику, Филарет сознательно закладывает почву для двоевластия и в новой Церкви?

Еще через пару дней почетный Патриарх дал большое интервью одному из украинских телеканалов, где поставил под сомнение правильность названия Церкви – ПЦУ. Прояснилось таким образом, что употребленное в его распоряжении название «Украинская Православная Церковь» не было случайной опиской. Пока Филарет списывает эти разночтения на «трудности перевода» - дескать, греки под «Церковью Украины» имели в виду то, что украинцы называют «Украинской Церковью». Ведь возникшие ранее Церкви Болгарии, Румынии, Албании и даже Польши именуются как «Болгарская, Румынская и т.д.». На самом деле никакой «трудности перевода» здесь нет – на примере Церкви Украины, как 20 годами ранее на примере Церкви Чешских Земель и Словакии, - Константинополь сознательно внедряет новую «наднациональную» модель поместности при вселенском центре в Константинополе, которую в Москве называют «восточным папизмом». Действительно, еще в Средние века, а потом и в Новое время православные Церкви устраивались по национальному (культурно-этническому) принципу, хотя, если рассуждать чисто теоретически, следуя идеальной экклезиологической модели, они должны были бы устраиваться по принципу территориальному. Иначе получается – в большей или меньше степени – «ересь этнофилетизма». Поскольку Украинской Церкви «некогда торговаться», и автокефалию она готова была получить практически на любых условиях, Константинополь применил к ней строго территориальный принцип. Конечно, получился некоторый казус и «конфликт интересов», потому что столь национально окрашенную и культурно самобытную Церковь как Украинская еще поискать надо. И Филарет не единственный человек в Украине, который почувствовал этот «нерв», на котором можно играть в выстраивании дальнейших отношений с Константинополем.

Ну и совсем вызывающе выглядит выступление Патриарха на предвыборном съезде Юлии Тимошенко, после чего Филарет направился к президенту получать звезду Героя Украины в связи со своим 90-летием. Сейчас в Украине как раз начинается сезон предбыворных съездов, пора официально выдвигать кандидатов в президенты. По всем рейтингам, Тимошенко занимает первое место, поэтому выступление именно на ее съезде – самый эффективный способ выразить идею о неизбежности «транзита власти». Начав с быстрых и радикальных реформ, президент Порошенко «выдохся» примерно к исходу первого года своего правления и начал катастрофически терять популярность на фоне возрождающейся в стране коррупции и жесткой тарифной политики. Безвизовый въезд в Европу для украинцев, куда миллионы отправились на заработки, и Томос об автокефалии – большие достижения последнего периода его президентства, но вряд ли они способны радикально повлиять на рейтинг. А где-то рядом маячит еще и совсем пророссийский кандидат-шоумен… Хотел ли Патриарх Филарет послать обществу сигнал о неизбежности победы Тимошенко? Бог весть. Но Петру Алексеевичу вряд ли было особенно приятно наблюдать такой «акт соборности» церковного и светского политиков в День Соборности Украины.

На фоне активности старца-Патриарха не слишком выразительно выглядит молодой предстоятель ПЦУ Митрополит Епифаний, который за прошедший месяц не сформулировал какой-либо программы своей деятельности на столь историческом посту – первого предстоятеля признанной Украинской автокефальной Церкви. Остается надеяться на то, что, будучи чрезвычайно корректным и деликатным человеком, он отложил все сколько-нибудь яркие заявления и идеи на день своей интронизации. Подобно молодому предстоятелю, остальные, весьма яркие в недавнем прошлом, церковные лидеры и спикеры бывшей УПЦ КП тоже заняли выжидательную позицию, что довольно непривычно в целом. Бывшая УАПЦ так и вовсе «сошла со сцены» и рискует быть несправедливо забытой, что вряд ли вызывает большой восторг у ее немногочисленных, но заслуживающих уважения активистов.

Похоже, «моментом истины» для украинской автокефалии станет предстоящий Собор ПЦУ, а не Объединительный Собор 15 декабря или торжества, связанные с переездами Томоса из Константинополя в Киев и обратно. Рассуждая сугубо рационально, есть примерно одинаковое количество предпосылок как для новых разделений, так и для постепенного вливания среднего и низового звеньев УПЦ МП в ПЦУ. Будем надеяться на лучшее…

Сredo.press

Теги: