От редакции: Предлагаем Вашему вниманию материал Дениса Таргонского, получивший первую премию в рамках конкурса статей – 2016 “Христианского мегаполиса” в тематическом разделе “Церковь и культура”.


И праведник шел за посланником Бога,

Огромный и светлый, по черной горе.

Но громко жене говорила тревога:

Не поздно, ты можешь еще посмотреть

На красные башни родного Содома.

(А.Ахматова, «Лотова жена»).

Речь пойдет не о рок-н-ролле в собственном смысле слова, а о современном человеке в церкви. О том пути, который прошел человек до встречи с православной духовной традицией и о том направлении жизни, который он определяет для себя, воцерковляясь. О той границе, где встречаются Церковь и культура. О том крайнем пределе, достигнув которого, заканчивается мир культуры и начинается благодатный мир христианства.

Постараюсь поразмыслить об этом на собственном примере, так как принадлежу к разряду молодых людей. Думаю, о молодости я вправе судить. Я очень любил рок-музыку до встречи с христианством. Размышления об этом явлении культуры будут красной нитью проходить через всю статью. Каждый может прийти к собственным выводам по принципу тождества человеческой природы: все мы одинаково больны грехом, но по-разному грешим.

Представители Православной церкви всё чаще появляются на рок-сцене или на каких-то общественных ток-шоу. Это закономерное явление, потому что христианство в мире общекультурной неразберихи всегда могло дать ответы на волнующие вопросы о человеке: «Будьте всегда готовы всякому требующему у вас отчета в вашем уповании, дать ответ с кротостью и благоговением» (1Пет.3:15). Но стоит ли идти туда, куда не приглашают, и навязывать вопросы, которые ещё не созрели в государстве, в обществе, в человеке? Достаточно ли у церковных людей любви, смирения и подготовки, чтобы окружающие поверили нашей проповеди, или мы все же идём в мир, потому что нас притягивает его прелесть?

Есть между церковью и современным миром тот предел, на котором необходимо встретить всех, кого Бог приводит в церковь, и помочь им жить иной, церковной жизнью. Господь, посылая апостолов на проповедь, заповедал идти прежде к «погибшим овцам дома Израилева» (Мф.10:6). Он благословлял их на труд, в котором апостолы просто принимали участие. В этом случае справедливо изречение: «Один сеет, а другой жнет» (Иоан.4:37). Бог тысячелетиями готовил к благовестию людей, к которым посылал Своих учеников. Именно о своей роли посредников всегда стоит помнить воцерковленным людям. Именно они встречают новоначальных и воцерковляющихся и соприкасаются с неверующими.

У церкви свой путь, пролегающий в бесконечность. Она проходит его сквозь большие и малые отрезки истории, в границах великих и незаметных культур, сохраняя при этом свою внутреннюю целостность. Сообразоваться с этой поступью вечности сложнее всего. По природе своей человек не может отдать всё, чтобы стать частью церкви – Тела Христова. Мы стараемся поступать наоборот, то есть церковь сделать частью своей обыденной жизни, этнической культуры. Мы стремимся переварить и усвоить христианство в границах своего личного мировоззрения, и, таким образом, ограничить свою церковность разовым, но еженедельным походом в храм, или культурой проведения традиционных праздников. Мы меняемся во вторичном, а в главном сохраняем верность себе.

Мы приходим в храм с тем, от чего успели отказаться, но не посмели ещё разлюбить. Семя этой любви ещё долго остаётся в сердце незамеченным. Если я, например, любил русский рок, то, конечно же, я приложу неимоверные усилия, дабы создать православную рок-группу. Я буду себя убеждать в том, что, сочиняя песни, воспеваю евангельские истины, и вынужден брать гитару в руки в миссионерских целях. Я обязательно найду батюшку, который благословит меня на сей «подвиг». В действительности же, я просто буду наслаждаться хорошей музыкой, и при этом мнить что-то о себе.

Мне пришлось как-то быть свидетелем одной приходской сценки. Сидят себе на лавочке после «Отче наш» двое молодых людей. Одна из старушек сделала им замечание: «Не положено, мол…». «Скажите спасибо, что мы вообще в храм ходим», – услышала она в ответ и отошла в раздумьях. Такой сценарий поведения современного молодого поколения в церкви становится уже классическим сюжетом, наравне со сказаниями о бабушках в платочках. В обществе принято давать дорогу молодым. В церкви этот путь молодого энтузиазма закрыт. Св. Исаак Сирин говорил: «Если увидишь новоначального, возносящегося на небо, схвати его за ноги и сбрось наземь, потому что чем выше он взлетит, тем больнее он ударится, когда упадет». Человек, наоборот, лишь тогда увидит свой путь, когда смирится перед авторитетом истинной простоты, когда будет делать себя тем, что есть церковь, а не делать церковь из себя.

Приходящее в православные храмы молодое поколение духовенства и мирян чувствует себя не ведомым, а ведущим в церковной жизни. Может быть потому, что, прочитав две-три умные православные книги, оно думает, что поняло суть всего православия. Мы продолжаем делать то, что делали раньше, только со слащавой харизмой православного просветителя, совершающего свой подвиг на православных сайтах. То, что стоило бы делать просто, облекаем в ризу добродетели, потому что на это получили благословение.

Любящему поиграть на гитаре не обязательно сочинять умилительные псалмы или создавать православную рок-группу. Имеющим пристрастие к хорошей книге не стоит с энтузиазмом глотать богословскую литературу, лелея надежду стать прогрессивным проповедником. «Учитель, я пойду за тобою, куда бы Ты не пошел. И говорит ему Иисус: лисицы имеют норы и птицы небесные – гнезда, а Сын Человеческий не имеет, где приклонить голову» (Мф.8:19-20).

Христос отнюдь не отвергает здесь благие желания человека, Он отсекает лукавые лисьи мотивы. Можно искать истину и обрести Христа, а можно искать пути к самореализации и потерять истину. Вы никогда не слышали «Христос Воскресе» в новоиспеченном стиле «rock-orthodox» молодой команды православных ребят «Пастырь»? [1] Нужно иметь мужество назвать вещи своими именами – это кощунство. В древности кощунами назывались татарские отряды, которые грабили православные храмы и издевались над нашей святыней. Сейчас на такой вандализм (потому что сакральное пение – это тоже икона) по какому-то недоразумению можно добиться благословения. “Не был бы яд – ядом, если б вином не назывался”, так и у истины не может быть привкуса heavy metal.

Мне кажется, что очень честно поступил К.Кинчев, солист группы “Алиса”, отказавшись петь в церковном хоре и исполнять церковные песнопения, объясняя свой отказ несовместимостью heavy metal и церковного пения. В этом отказе от заманчивого предложения церковнослужителей есть и ощущение несоответствия своей славы рок-кумира с высотой святости, и жизненный опыт и откровенная немощь человека, который не может всё сразу свернуть и выбросить. «И сказал Бог: не подходи сюда; сними обувь твою с ног твоих, ибо место, на котором ты стоишь, есть земля святая» (Исх.3:5).

Не в осуждение Ивану Охлобыстину будет сказано, но у него всего этого не хватило, чтобы смириться и отойти в сторону, отказаться от благих благословений на священство. Когда я по своему неофитству с порога храма решил сразу пойти в монастырь и с огня мирских пристрастий решил броситься в полымя духовной борьбы, один мудрый батюшка поставил мне подножку рассуждения: «Доучись-ка сначала в институте». А после ВУЗа и в монастырь было идти неохота, остыл.

Для молодежи в церкви сегодня широко открыты двери, так, что можно и с гитарой на плече пройти. Если ты умный, иди в семинарию, любишь петь – в хор, если ты активен, организовывай православные движения…. Но мне кажется, что молодежь ищет узкий путь. Молодым людям очень хочется угодить Богу, но не всегда хватает сил на эти «бремена неудобоносимые». Если человек умеет играть на гитаре, так пусть «лабает» с Божьей помощью в соответствующих местах и при этом исповедуется и причащается. Этого более, чем достаточно, чтобы изживать свои грехи, и вопросов к батюшке хватит на всю жизнь, лишь бы ответов хватало.

Мудрый православный пастырь о. Георгий Флоровский писал в своих размышлениях «О Церкви»: «Через всю церковную жизнь проходит яркое и напряженное чувство благодатной близости Божией, не попаляющей и уничтожающей, но укрепляющей тварь через уничтожение греха». Церковная жизнь отнюдь не ограничивается жизнью прихода, она пронизывает жизнь человека в мире его семьи, работы, интересов. Что бы ни делал христианин, он созидает церковь, потому что живет с Богом.

Очень жаль, если, войдя в храм, молодёжь топчется на его пороге, занимается активной просветительской деятельностью, толком не просветившись, учит, не учившись самой главной науке христианства – борьбы со своими страстями. Христианство – это, конечно же, очень увлекательный мир мысли, искусства и литературы, но человек не по любопытству приходит в церковь. С болью в душе и с крушением в жизни, он жаждет утешения. Св. Николай Сербский говорил: «Чем больше разочарований переживет человек в этом мире, тем более счастливым его можно назвать».

Давайте посмотрим правде в глаза: человек приходит в церковь отнюдь не из большой любви к Богу, а от безысходности. Финальный акт евангельской истории о блудном сыне только подтверждает эту простую и древнюю истину – было бы ещё что пропить, пропил бы, а просто так, без денег и перспектив я одним только “предкам” и нужен. Человек ощущает в полноте действие призывающей благодати Божией не в утренней заре перспектив и новых открытий, а в вечерней дымке разочарований:

По дороге разочарований,

Снова, очарованный, пойду.

Разум полон светлых ожиданий,

Сердце чует новую беду [2].


Думаю, не стоит увлекать никого православием, ведь всякое увлечение чревато угасанием интереса...

Продолжение см. тут

Теги: