Эти грамоты передавали Московскому Патриархату некоторые полномочия Константинопольской Церкви над Киевской и были изданы в 1686 году. Опубликованы Верой Ченцовой.

В документе есть ряд ключевых слов, которые помогают лучше уяснить его смысл. В частности, ключевой является связанная пара слов ὑποκείμενος и ὑπερκείμενος. Первое означает состояние подчиненности и в тексте относится к Киевской митрополии, а второе - превосходство и относится только к Константинопольскому патриархату. Константинополь остается ὑπερκείμενος и для Киева, и для Москвы. При этом нигде в тексте не говорится, что Москва является ὑπερκειμένη по отношению к Киеву, хотя говорится, что Киев ὑποκείμενον по отношению к Москве. Слово подчинение не отражает одного важного нюанса греческого слова ὑποκείμενος, а именно того, что подлежащий субъект остается субъектом (τὸ ὑποκείμενον), то есть не исчезает и не растворяется в том, чему подчиняется - в данном случае Москве.

Субъектность Киева по отношению к Москве отличается от его субъектности по отношению к Константинополю, что видно из следующей фразы: ἡ τοῦ Κιόβου ἐπαρχία διὰ τὸ εἶναι ὑποκειμένη ὑπὸ τὸν ὑψηλότατον καὶ ἁγιώτατον οἰκουμενικὸν θρόνον τῆς Κωνσταντινουπόλεως, τὴν τοῦ ἀρχιερέως αὐτῆς χειροτονίαν ὡς ἀείποτε περὶ τούτου ἐλάμβανε. Здесь следует обратить внимание на время глаголов. Получать хиротонию от Константинополя здесь употреблено в прошлом времени - действительно, эта практика осталась в прошлом. А вот в связи с субъективностью Киева по отношению к Константинополю использован инфинитив εἶναι. Таким образом, субъектность Киева по отношению к Константинополю находится вне обстоятельств времени, а по отношению к Москве обусловлена исключительно обстоятельствами времени.

Об этом следующая фраза: γινώσκειν ἐκεῖνον (Москву то есть) γέροντα καὶ προεστῶτα αὐτοῦ, ὡς παρ’ἐκείνου χειροτονουμένη καὶ οὐχὶ ὑπὸ τοῦ οἰκουμενικοῦ, ὡς ἀνωτέρω εἴρηται, διά τε τὸ τοῦ τόπου ὑπερβάλλον διάστημα, καὶ διὰ τὰς συνεχῶς συμβαινούσας ἀναμεταξὺ τῶν δύο βασιλειῶν μάχας, καὶ τρόπῳ συγκαταβατικῷ χρωμένου κατὰ τὴν αὐτοῦ προπάλειον συνήθειαν καὶ διδόντος οἰκονομικῶς ἐκείνῳ τὴν τοιαύτην ἄδειαν. То есть право совершать хиротонии над Киевскими митрополитами Константинополь передал Москве из-за больших дистанций (διάστημα) и войн (μάχας), препятствующих коммуникациям между Константинополем и Киевом.

Различие между двумя субъектностями проявляется и в следующей фразе из синодального документа 1686 года: ἡ ἁγιωτάτη ἐπαρχία Κιόβου εἴη ὑποκειμένη ὑπὸ τοῦ ἁγιωτάτου πατριαρχικοῦ θρόνου τῆς μεγάλης καὶ θεοσώστου πόλεως Μοσχοβίας, χειροτονεῖσθαι δηλαδὴ μητροπολίτην Κιόβου. Здесь ключевым словом является союз δηλαδή - то есть. Этот союз дает понять, что значит, что митрополия Киева стала субъектом (ὑποκείμενον) Москвы - а именно в том смысле, что Москва отныне рукополагает для нее митрополитов. И не более того.

Константинополь с целью аргументации своего превосходства над Москвой и Киевом по сути конструирует классическую неоплатоническую схему. Она кратко изложена в том же предложении, где использован термин ὑπερκέιμενος: τοῦ οἰκουμενικοῦ πατριάρχου, ὡς ὄντος πηγὴ καὶ ἀρχὴ καὶ ὑπερκειμένου πάντων τῶν πανταχοῦ παροικιῶν τε καὶ ἐπαρχιῶν. То есть Константинополь - это источник, начало и “над-лежащее” (ὑπερκείμενον) всех остальных церковных структур, в том числе Москвы и Киева. В таком же смысле неоплатоники рассматривали горнюю сферу как архетип дольнего. Чтобы завершить эту иерархическую структуру подчинения, в предложение было добавлено слово ὄντος, которое придает константинопольской власти онтологический характер.

Характерно, что в грамоте дважды говорится, что передача прав над Киевом от Константинополя Москве осуществляется не по правилам, а вопреки им. Для этого используются разные выражения: способом снисхождения (τρόπῳ συγκαταβατικῷ) и по икономии (οἰκονομικῶς).

Как уже было сказано, в 1686 году было издано несколько грамот касательно Украины. В частности, был официальный синодальный документ, предоставленный Церкви, а было письмо на имя московских князей. В этом письме сказано, что разрешение поставлять Киевских митрополитов получал тогдашний Московский патриарх, а “также патриархи после него” (καὶ οἱ μετὰ τοῦτον πατριάρχαι ὁμοίως). Но вот в официальный церковный документ последняя фраза не была включена. И это красноречивое молчание подчеркивает временный характер константинопольского разрешения.

Константинополь подчеркивает, что остается патриаршей кафедрой для Киева. А Московский патриарх - “старец и предстоящий” для Киева (γέροντα καὶ προεστῶτα). Интересно, что приблизительно в это же самое время Константинополь издал еще одну грамоту, в которой определил отношения между Иерусалимским патриархом и архиепископом Синая. Там роль Иерусалимского патриарха для Синайского архиепископа была определена как “патриарх и старец” - то есть не то же самое, что в отношениях между Киевом и Москвой. Для Киева Константинополь оставался патриархом.

Именно поэтому Константинополь четко прописал требование, чтобы Киевские митрополиты на каждой литургии продолжали поминать Константинопольского патриарха. Кстати, в славянском переводе грамоты, выполненного московским посольским указом, это требование сформулировано более размыто. Вскоре это условие было нарушено Москвой. В ΧΧΙ веке это стало поводом для Константинополя отозвать свое решение от 1686 года.

Linkedin.com

Теги: