Портал "Религия в Украине" продолжает знакомить читателей с откликами и рецензиями на новую богословскую литературу, изданную в Украине. Доктор философских наук, профессор Национального педагогического университета им. М.П. Драгоманова Юрий Черноморец предложил рецензию на монографию диакона Андрея Глущенко:
Серия книг, посвященная 400-летию Киевских духовных школ, уже успела стать новым знаковым достижением КДАиС. Вместе с недавно вышедшей книгой высокопреосвященнейшего митрополита Антония «Богословские статьи, доклады и речи» монографии юбилейной серии составляют новый этап как в раскрытии богословского потенциала КДАиС, так и в историко-богословских исследованиях киевской традиции духовного образования и науки.
Книга отца Андрея Глущенко написана в рамках парадигмы неопатристического богословия. Неопатристика, основанная протоиреем Георгием Флоровским, стремилась вернуться к духу и букве Отцов Церкви ради обновления православной теологии, ради большей верности традиции. При этом основатели неопатристики о. Г. Флоровский и В.Н. Лосский считали, что концепции Святых Отцов можно и нужно излагать на языке современной философии и культуры. Практически все представители неопатристики были уверены, что при такой актуализации наследия Отцов в их сочинениях можно найти ответы на все мировоззренческие вопросы современности.
Уже при возникновении неопатристики в конце 1920-х годов отец Георгий Флоровский предвидел, что актуализация святоотеческого наследия будет связана со святоотеческим пониманием экклесиологии и антропологии. Создание православной онтологии Церкви и человека для отца Георгия Флоровского было напрямую связано с раскрытием потенциала евхаристического опыта верующих с одной стороны, и актуализацией мировоззренческого потенциала халкидонского догмата – с другой стороны. Православная теология с различной мерой успеха пыталась решить поставленные задачи. Как отметил владыка Каллист Уэр: если двадцатое столетие для православной теологии стало веком экклесиологии, то задача раскрытия потенциала святоотеческой антропологии осталась актуальной для нового столетия. Во многом отставание в этой сфере связано с приписыванием Святым Отцам антропологического экзистенциализма такими неопатристическими мыслителями как В.Н. Лосский, Х. Яннарас, митрополит Иоанн Зизиулас. Актуализация святоотеческой антропологии, созданной в свете халкидонской ортодоксии, началась даже не в рамках собственно православной неопатристики, а в среде историков теологии. В 1965 году Ларс Тунберг издал свою капитальную монографию «Микрокосм и Посредник. Богословская антропология Максима Исповедника». Эта книга на 500 страниц содержала исчерпывающее описание всей антропологии Максима Исповедника как вершинного достижения византийской халкидонской ортодоксии. Но в работе отсутствовал анализ онтологических оснований теологической антропологии. Попытку описать такое основание как теорию взаимности, сделанную во второй книге Ларса Тунберга «Человек и космос. Видение Максима Исповедника» (1985), нельзя признать удачной. Также и приписывания преп. Максиму схоластизированного схематизма в работах Василиоса Караяниса, В. Жана-Клода Ларше не смогли прояснить оснований антропологии вообще и теории обожения в частности. Новый этап исследований начался с книг Торстена Толлефсена «Христоцентричекая космология Максима Исповедника» (2000), Паскаля Мюллер-Журдана «Пространственно-временная типология византийской ecclesia: Мистагогия Максима Исповедника в философской культуре поздней Античности» (2005 г.), Виктора Петрова «Максим Исповедник: онтология и метод в византийской философии VII века». Диссертация отца Андрея Глущенко «Значение антропологии преподобного Максима Исповедника для современной апологетики», изданная ныне как монография, была защищена до новой волны исследований антропологии преп. Максима. В рамках сегодняшней парадигмы исследований антропология преп. Максима помещается в контекст космологии Исповедника, истолковываемой как синтез христианского учения о творении (содержание) с неоплатонической метафизикой (форма). Но в пределах предшествующей халкидоноцентричной парадигмы понимания антропологии преп. Максима отец Андрей осуществил смелую попытку дать неопатристический синтез антропологии. При этом переход от патристики к неопатристике у отца Андрея происходит через выявление апологетического потенциала антропологии преп. Максима. Такая методологическая новация позволяет обнаружить значимость антропологии преп. Максима и, шире, всего святоотеческого мышления для современного диалога православия и светского мировоззрения, православия и научного мировоззрения. Не менее значимым является «наведение мостов» между святоотеческой теорией и практическими апориями духовного опыта, встречающимися в истории и современности православия.
Важнейшее достижение книги отца Андрея Глущенко – это разбор многочисленных домыслов и ошибочных мнений, накопленных как православными, так и инославными учеными при интерпретации святоотеческой антропологии. В лице киевского исследователя и многолетнего преподавателя патрологии в КДАиС православная традиция обрела строгого, но справедливого судию, отделяющего зерно ортодоксального понимания человека от плевел досужих рассуждений. Глубокий аналитический ум отца Андрея может увидеть очевидную и простую истину там, где столетиями ученые развивали спекулятивные интерпретации и не могли достичь удовлетворительного объяснения всех текстов и идей святого Максима. Особенно ярко эта способность достичь истины проявляется при анализе учения Исповедника о посреднической функции человека в мире, или вернее – в мирах. Казалось бы, это учение далеко от источников православного учения – Писания и Предания, но оказывается, что оно возникает как истолкование первой главы книги Бытия (с. 168 и далее). Также и в различных «онтологических схемах» обнаруживаются не пустые метафизические положения, но основания нормативной для православия антропологии, во всем соответствующей догматическому учению Церкви. Уже не раз в современной православной теологии отмечалось, что учение о человеке не было догматизировано. Однако этот факт не означает, что нормативного учения не было. Наоборот, в борьбе с оригенизмом, монофелиством, языческими представлениями о человеке формировалась строго ортодоксальная антропология, которая уже сегодня может быть частью догматического учения Церкви (как предлагали о. Думитру Станилое и св. Иустин Попович).
Конечно, наука идет вперед, и сегодня к синтезу, достигнутому отцом Андреем, можно добавить множество новых деталей, например, в учении о структуре души (и особенно – волевой способности), в учении о вере, в интерпретации учения о логосах. Но и сегодня труд киевского патролога важен и нужен для обретения нормативного понимания православной антропологии, раскрытия ее потенциала, критики ошибочных концепций. Для студентов изучение монографии отца Андрея может сэкономить месяцы и годы, которые иначе пришлось бы потратить на самостоятельное достижение синтетического понимания святоотеческого понимания человека. А для исследователей книга может стать верным помощником и энциклопедией проверенных знаний. В последнем качестве труд отца Андрея Глущенко можно поставить в один ряд с работами С.Л. Епифановича «Преп. Максим Исповедник и византийское богословие», С.М. Зарина «Аскетизм по православно-христианскому учению», архимандрита Киприана (Керна) «Антропология свт. Григория Паламы».
Фото Facebook
Теги:
dutchak1 написал: