До 1000-ї річниці з дня смерті рівноап. князя Володимира


«Я – не Бог твой, и ты не народ мой» (Ос1,9).

За последнее время в духовной жизни Украины произошло множество знаменательных событий. Одно из них я хотел бы особо выделить и рассмотреть более подробно – это попытка объединения УПЦ и УАПЦ с перспективой на будущее подчинение этой новой церковной единицы Константинопольскому Патриархату.

Ещё вчера славяне были послушными сынами Восточной Церкви-Матери, и все свои внутренние противоречия разрешали с помощью византийского Первосвятителя. На Руси сперва только греческие епископы возглавляли Киевскую кафедру, а когда мы сами начали рукополагать своих иерархов, то посылали ставленников под благословение в столицу Восточной империи. А сегодня заперли перед ней дверь.

Сегодня вспоминается благочестивое прошлое Святой Руси и в то же время оставляется без внимания этот немаловажный факт, который и определял независимость церковной организации от государственной инспекции. Находясь в таких условиях, Церковь действительно могла влиять на общество, могла быть совестью Руси. Сегодня же верные УПЦ (здесь и далее – Московского Патриархата) и РПЦ боятся даже упоминаний о своем родстве с Константинополем. Может быть, потому, что не та уже сила, не то влияние, не та гордыня у Церкви-Матери? А может, и потому, что мы не представляем себе жизни Церкви без государственных дотаций, и боимся свободной духовной жизни во Христе, как калека не представляет своих дней без костылей? УАПЦ отказалась от первоначального плана по переговорам об объединении, УПЦ КП, кажется, сильно не плакала, а РПЦ и, соответственно, УПЦ возрадовались, потому что больше всех этого не желала, и, думаю, текущему ходу событий немало поспособствовали. Когда ветер подует с востока, шляпы падают на западе. Украина – как детектор лжи, обнажающий внутреннее состояние России.

 О нет, я отнюдь не собираюсь рассказывать басни о том, кто кого подкупил, есть вещи более очевидные чем сплетни. Меня поразила до глубины души реакция нашего православно-канонического народа на это событие – это злорадное ликование: «Ничего у вас не получилось, Слава Богу!». А если подумать по-христиански, или просто по-человечески, – ну что такого, что люди, находящиеся долгое время без благодати, наконец-то при содействии Константинопольской Церкви смогут причащаться? Какое огромное количество христиан смогут радоваться Христу!

А как же наши давние обиды? Это что, теперь бывшие "раскольники" нам скажут: «Мы же говорили, что нас признают, вот и признали, и весь ваш подвиг "стояния за веру" пропал даром». Нет, они должны не перед Вселенской Церковью, а лично перед нами упасть на колени, чтоб наше личное самолюбие не страдало. Пускай их дети, которые даже не понимают, в чем грешны их отцы, без Христа пропадают, пускай их неотпетые покойники идут в ад, главное чтобы справедливость восторжествовала. Одна робкая прихожанка Киевского Патриархата как-то у меня спросила после вечерней службы: «Извините, что я к вам подошла, поверьте, я долго не могла решиться, но после разговора с прихожанами вашего храма я несколько ночей не могла спать. Неужели я пойду в ад, но почему, я же так старалась поститься и соблюдать евангельские заповеди?». «То, что я принадлежу к УПЦ, – ответил я ей, – не дает гарантии, что я не попаду в то же место, которое пророчествовали вам. И то, что я очутился именно в этой церкви не случайность и не моя заслуга, а Божий дар. Мне кажется, вы идете по правильному пути, молитесь, чтобы Господь открыл то, что я не могу вам лишь от части очень поверхностно объяснить, и не бойтесь подходить к нашим священникам, не переживайте, у нас тоже есть хорошие люди». Я тогда невольно вспомнил притчу о тех евангельских рабах, один из которых будет бит меньше, потому что знал меньше, а другой больше, потому как больший имел доступ к хозяйству\имуществу Хозяина, и больше знал. Может быть, за то Господь «законным» православным скорби посылает, что своей наглой правдой мы топчем души вот таких вот хороших людей.

«И это что же, можно будет ходить в ихние храмы?» Я думаю, что можно, ведь УПЦ является частью вселенского Православия, на чем в последнее время особенно акцентирует внимание в своих официальных заявлениях. Если Вселенская Церковь общину верующих людей, которые раньше были в расколе, признает, а Патриарх Московский нет, то, наверное, один отделит себя от всех, а не наоборот. Именно так ответил святой Киприан Карфагенский Римскому Папе Виктору, когда тот, будучи формально прав в вопросе о праздновании Пасхи, на все остальные церкви, которые были не согласны с ним наложил анафему. Святой Киприан сделал вывод, что не стоит настаивать на правилах там, где необходимо рассуждение.

Тогда я, наверное, не смогу быть постоянным прихожанином храма бывшей УПЦ КП. Нет, не потому, что там какие-то следы скверны останутся, или злопамятство обуяет. Просто моя духовная жизнь очень счастливо сложилась в той духовной атмосфере общины, которая для меня привычна, и я не смогу уже ничего существенно поменять, да и не зачем. Вот мои дети, или воспитанные в среде украинской интеллигенции земляки, пожалуй, смогли бы, а почему бы и нет?

 Мы очень долго помним злое, о том, как храмы отбирали, друг друга проклинали. Неужели мы не понимаем, что и нашим церковным оппонентам тогда, в 1990-е, тоже было что вспомнить, ведь только недавно были советские репрессии и гонения, и ведь не на одну только Церковь. Происходило искоренение украинской культуры, зияла свежая рана огромных утрат, которая ещё долго будет давать о себе знать. Кроме всего этого стоит помнить о главном. Мы не только не считаем за грех ненависть к ближнему, а даже воспитываем её как добродетель. С какой же душой мы тогда к Таинствам подходим? «Итак, если ты принесешь дар твой к жертвеннику и там вспомнишь, что брат твой имеет что-нибудь против тебя, оставь там дар твой пред жертвенником, и пойди прежде примирись с братом твоим, и тогда приди и принеси дар твой» (Мф 5, 23).

 Заметьте, какая любовь в этой, казалось бы, простой просьбе Творца о поведении по отношению к Своей твари! Господь не сказал «если ты что-то там против кого-то имеешь, то покайся», а наоборот, если ближний твой закопался в смущении и обиде после общения с тобой, это ты пойди и утешь его душу своим покаянием. И это ещё замечать в людях надо уметь. Ты можешь спокойно потоптаться по чувствам и совести человека, и пойти себе дальше в храм Богу молиться. А ныне послушав там проповедь Патриарха Кирилла ещё и убедишься, что все сделал правильно, потому как нынче «поляризация мира на секулярный и православный, и кругом происходит дискриминация по вероисповедному признаку и с расколами нужно бороться», вот я и борюсь, как могу. А Ближний твой, который оказался по ту сторону добра и зла, промолчит, потому как ты по букве прав или более импульсивный имеешь характер, или, может, он и сказал бы что-то, так ты ему влепишь на сто слов больше, чем полагается в таких случаях говорить.

 Мне кажется, что пока УПЦ не изживет, как болезни, этой закваски «русского мира», живущей в душах тысяч её прихожан, до тех пор вряд ли мы найдем общий язык. Конечно же, и представители других церквей не без греха, но на нас большая ответственность, потому как у нас больше возможностей терпеть, смиряться и нести свой крест вслед за Христом, который дождит дождь на добрых и злых, и хочет спастись всякой твари, и, может быть, надеется, что мы ему поможем в этом деле всей Его жизни вечной.

«Я есть источник живой воды, кто хочет, иди ко мне и пей», – говорил Господь. Мы готовы благодать из этого источника уже по пластиковым бутылкам, извините, разливать и отдавать тому, кто дороже заплатит. Ведь с точки зрения канонов вполне возможно, чтоб на территории Украины существовали храмы каноничных церквей разных государств. Разве могут быть церкви-конкуренты?

Мои друзья в Нью-Йорке ходят к грекам помолиться, потому что храм РПЦ, который им по менталитету ближе, далеко от их дома. Церковь всегда в своей практике пользовалась принципом икономии (рассудительного снисхождения), пренебрегала буквой канона, для того чтобы человек, который искренне стремится ко спасению, мог беспрепятственно подойти к Христовым Таинствам. Церковь по слову прп. Ефрема Сирина похожа на матерь, которая стремится накормить человека, даже тогда, когда тот не хочет. На Первом Вселенском Соборе было принято решение, чтобы ариан принимать через перекрещивание, а на Втором, тех же еретиков она принимала просто через покаяние. Это не противоречие норме канона, а любовное рассуждение. Потому что люди до этого времени уже успели разобраться в мнениях, помириться, осознать свои ошибки и покаяться, к чему же теперь к ним такая неуместная строгость, когда сердца стали мягче?

 О каком покаянии отпавших от УПЦ прихожан может идти речь, когда у них батюшка и у нас батюшка, а кто кому приход уступит? У них епископ и у нас епископ, а как тогда город делить? Какая благодать? У каждого свои житейские проблемы и их нужно решать. По отношению к раскольникам мы говорим на языке Ветхого Завета «око за око…» и политической риторики Московской Патриархии – это наши враги. Иоанн же Златоуст говорил, что раскольники – это язва Церкви, которая болит, и Церковь молится о них, как об отпавшем своем члене, и стремится вобрать в себя и оживить омертвевшее, но ещё не погибшее.

На Седьмом Вселенском Соборе практически всех епископов-иконоборцев принимали в сущем сане, а они все-таки иконы уничтожали, в тюрьмы православных бросали. Прп. Феодор Начертанный, которому иконоборцы прямо на лице хулу на Духа Святого начертали, упрекнул царицу Ирину в том, что её муж император Константин Копроним был агрессивным еретиком, а она, мол, за него молиться просит. Но императрица его очень любила, и созвала собор, чтоб загладить вину императора, как же могла о муже не молиться жена? Мне кажется, что именно такая ситуация созрела и у нас на Украине. Да, действительно, могли мы, как обычные грешные люди когда-то наделать много лихого, но со временем чувства остывают и естественное течение жизни все-таки поставит нас перед необходимостью примирения и покаяния. У Церкви есть опыт преодоления расколов – это медленное и постоянное исцеление раны. К сожалению, рваную рану раскола в УПЦ мы еще больше искусственно раздираем и на уступки друг другу не идем, свою личную неприязнь подпираем каноничными нормами. Существует такая поговорка: "Закон как дышло, куда повернешь, туда и вышло". Представители "МП" свою истину этими жердями подпирают, и "КП" не отстает в своем стремлении доказать свою правоту.

 Иду я как-то по центру нашего города и вижу просто «богохульную» картину. Наши местные «филаретовцы» вместе со всевозможными христианскими и не христианскими деноминациями молятся Богу об украинской семье. О каких ещё канонах может идти речь, когда у всех на виду представители УПЦ КП их уже с десяток нарушили за один только день. Молились с еретикам и «жидами», что строго настрого запрещают не только апостольские правила, но и всевозможные уставы. Ещё и «московских попов» при этом в необразованности и темноте интеллектуальной обвиняют, мол те не идут на контакт с украинским истеблишментом. Но, извините, нельзя же путать грешное с праведным. Если я христианин, то это не значит, что с людьми разных деноминаций мне запрещено общаться. Если я, к примеру, женат, то только с законной женой уполномочен спать, а говорить по душам уж с кем угодно можно. Природа Церкви не гуманитарного, а сакрального характера и она должна соблюдаться в чистоте. Не в том смысле, что мы морально чище других христиан, а в том, что в молитве заключен тот или иной дух. И опытный христианин, молясь, имеет рассуждение не слов, а духа, то есть глубинного опыта поколений, которые питают ту или иную традицию. А у нас разный опыт, которым мы призваны делиться, а не отказываться от своей традиции во имя мира во всем мире.

 Возможно, все-таки стоит поговорить по-людски о наших бедах и проблемах без канонических комментариев, ведь и Московская Патриархия, и Киевская митрополия немало перед Законом Божьим погрешили и друг другу сала за шиворот залили не один килограмм. Всем известно, что не было такого времени, когда бы Церковь жила строго по канонам. Методы, которыми Москва добывала себе каноничную автокефалию ничуть не лучше тех, которые использовал Филарет, создавая свой не каноничный патриархат. Каноны служат ориентиром в поступках и действиях служителей Церкви, но главное в другом: «Горе вам, книжники и фарисеи, лицемеры, что даете десятину с мяты, аниса и тмина, и оставили важнейшее в законе: суд, милость и веру; сие надлежало делать, и того не оставлять» (Мф. 23,23).

За неимением любви было бы неплохо пообщаться хотя бы на языке культуры. Ведь есть у духовенства и простых прихожан УПЦ, УАПЦ и УПЦ КП много общих бед и радостей, ведь мы живем Божьим Промыслом на одной земле. Хотя вряд ли это возможно, пока существует наше общее прошлое и настоящее – «ПП» – Патриарх Кирилл и Патриарх Филарет. Но я уверен, рано или поздно мы должны будем дать ответ перед Богом и своими детьми о той Церкви, которую Господь нам туне даровал, но может и отобрать, если Церковью будем торговать.

Фото Facebook

Теги: